В тени Алтополиса - Артем Юрьевич Углов

– зашипела на манер дикой кошки, вот только получилось это жалко. Словно дрожащий маленький котенок, испугавшийся собственной тени.

- Правильно сделала, - одобрил я поступок девушки, - значит в следующий раз не придет.

- Этот не придет, придут остальные.

- Тогда и им дашь поджопника. А не поймут, мы их быстро в бараний рог скрутим.

Девушка грустно улыбнулась.

- Мой кавалер, мой защитник, ты не понимаешь… понижение в статусе уже состоялось. Теперь спокойной жизни мне не дадут. Речь сейчас идет не о мадам Камилле, с ней то как раз все понятно, а вот остальные… Трудно работать в женском коллективе, особенно когда занимаешь привилегированное положение. Столько завистниц вокруг, только и ждущих возможности втоптать тебя в землю. Да я лучше бы снова под этого козла легла, чем видеть ухмыляющиеся рожи. Сучки!

На Арину это было не похоже. Обыкновенно она редко ругалась, да и меня сколько раз хлопала по губам за сквернословие, а тут словно прорвало.

- Может уволишься?

- Как? – раздался жалостливый то ли стон, то ли всхлип.

- Просто перестанешь ходить туда и все.

- И все? А паспорт, а другие документы, оставшиеся у мадам в сейфе? Без них я на нормальную работу не устроюсь, и даже уехать из этого треклятого места не смогу.

- Можно обратиться в жандармерию – сказать, что потеряла. Они восстановят.

- Серьезно? – красные от слез глаза уставились на меня. - Ты знаешь, сколько месяцев продлиться бумажная волокита?

Я этого точно не знал, никогда не имел дела с документами за неимением оных. Слышал только, что долго.

- Хозяйка выдумала какие-то штрафы, издержки, - продолжила хлюпать носом Арина. - Сказала, что я должна отработать положенное, иначе не видать мне паспорта.

- И каков размер виры? - осторожно поинтересовался я.

- Пятьдесят тысяч.

- Рублей?

- Но не фантиков же, - Арина попыталась изобразить улыбку, но ничего не вышло. Дрожащие губы отказывались подчинятся своей хозяйке. – У меня остались кое какие накопления, которых не хватит и на десятую часть озвученной суммы. А еще надо платить за жилье, за еду… Ладно, чего уж там, мне не впервой… и не из такой задницы выбиралась. Давай лучше поговорим о тебе.

Признаться, после всего услышанного я успел позабыть о причинах визита. Вечно сильная и уверенная в себе девушка вдруг оказалась такой уязвимой… Без родни в городе, без ухажера и близких подруг, способных помочь и защитить, она была одинокой в целом мире. Настоль же одинокой, как и я сам. Вот только шкету с улицы выжить в трущобах куда проще, чем молодой и красивой девушке. Но она молодец, держится. И даже сейчас вспомнила обо мне, хотя своих проблем было выше крыши.

Повинуясь порыву, я подошел к скособочевшейся на табурете девушке и крепко обнял. Прижал к себе, чувствуя, как по щеке заструилась влага: то ли моя, то ли чужая. Одни в целом мире…

- Спасибо, - прошептала она. Чмокнула сухими губами в лоб, а после легонечко оттолкнула. – Ну хватит уже телячьих нежностей, а то сейчас разревусь.

- Доктора говорят, плакать полезно.

- В моем случае бесполезно. Поверь, этот водопад слез ничем не остановить, стоит только начать.

Арина сумела достаточно быстро переключиться с одной темы на другую, словно и не было мгновения слабости. Деловым тоном пересказала все, что удалось узнать за неделю.

Господин Стоцкий и вправду числился в штате медперсонала клиники Святого Пантейлемона. Арина мало того, что пробила информацию по базе данных, так еще и сумела раздобыть копию фотокарточки. Плохого качества, с поперечными полосами и многочисленными пятнами по сторонам, но все же я узнал его. Это был тот самый Аполлинарий Андреевич, угощавший гусиным паштетом.

И великий князь тоже нашелся - Александр Михайлович Романов, который год пребывающий в достославном городе Алтополис в статусе инкогнито. Пресса о причинах столь затянувшегося визита не сообщала и официальные лица помалкивали, но как известно шила в мешке не утаишь. Ходили слухи, что между дядей и племянником случилась крупная ссора: один наговорил всякого, другой же разгневался сверх всякой меры, и даже соизволил разбить фужер вина о стену. Как известно монарших родственников не сажают, вот и отправился Александр Михайлович в далекий степной город. Где по сей день и прибывал в качестве ссыльного.

Раздобыть фотографию великого князя не составило труда. Со страниц журнала на меня уставился товарищ Ортега, только моложе лет на пять: без морщин и задорного блеска в глазах.

- Выходит, не мошенники, - пробормотал я рассеяно. Не то чтобы изначально были сомнения… просто одно дело, когда общаешься с человеком в сумраке бара без соответствующего антуражу и величия, и совсем другое видеть его запечатленным на фоне гербового флага Империи в военной форме.

- И что мне теперь делать?

- Соглашаться.

- Но они же социалисты?

- И что?

- Как что?! - удивился я. – Да они же хуже турков будут, те хоть басурмане – враги понятные, а эти – православные, своих же бомбами закидывают. И царей убивают, и церковь всячески поносят. Они… они…

- Тебе тоже бомбу дают? Нет? Вот когда всучат, тогда и начнешь паниковать, а сейчас успокойся.

- Когда всучат, поздно будет, - проворчал я из одного лишь упрямства.