Звезда надежды - Гленда Норамли

Этим утром Мелдора разбудил писец, Наблон, известный также как Муравей. Подобно Колибрану Сверчку, он имел антенны, но на этом сходство и кончалось. Его коротенькие антенны выдавались вперед; глаза были круглыми и черными, из щек торчали жвала (которыми было очень удобно колоть орехи или разгрызать мозговые косточки), смыкающиеся перед вполне человеческим ртом. В остальном Наблон был вполне похож на обычного человека. К несчастью, когда Наблон волновался, жвала начинали самопроизвольно щелкать; именно так и случилось этим утром.

— Маркграф (щелк!)! — потряс за плечо Мелдора Наблон. — Маркграф (щелк!), проснись! Срочное сообщение…

Мелдор проснулся и сразу насторожился. Он привык вставать рано, хотя обычно его пробуждение бывало более приятным: чашка чая на подносе и звуки льющейся в ванну горячей воды. Щелкающие жвала производили совсем другое впечатление.

— Что случилось? — спросил он и потянулся за висевшим на спинке кровати халатом. Наблон сунул одежду ему в руки.

— На нас напали, — сказал писец. — Началось! Сотни Приспешников (щелк!) с Подручными! Они лезут со всех сторон, видны на всех наших картах. Все много хуже (щелк!), чем мы ожидали. Маркграф, их тысячи!

Мелдор остался спокоен.

— Они где-нибудь уже подошли к границе?

— Нет, еще нет, но…

— А ты смотрел карты, на которых маршрут из Восьмого?

— Да, конечно (щелк!).

— Ну и что?

— Там большой отряд, скорее даже армия.

— Ах… Значит, Портрон все-таки обратился в Санхедрион. Эту новость тебе бы следовало сообщить мне первой, Наблон. Даврон еще не вернулся, я думаю?

Отвечая на заданные ровным тоном вопросы Мелдора, Наблон начал успокаиваться.

— Нет, маркграф.

— Этого я и ожидал. Все должно было случиться именно так, — сказал Мелдор и отправился умываться. Вода была холодной. Протянув руку за полотенцем, старик добавил: — И нет смысла за ним посылать: то, что случилось, уже случилось. Пожалуйста, скажи моему слуге, чтобы пришел сюда, Наблон. И распорядись, чтобы завтрак мне подали в картографический зал.

Наблон подал полотенце и пошел выполнять поручения, снова защелкав жвалами.

Пока слуга помогал Мелдору одеваться, к маркграфу непрерывно приходили помощники — сообщали новости и получали распоряжения. Похоже было, что больше всего Приспешников с Подручными приближалось с востока, где границей Звезды Надежды служил Канал — ирригационное сооружение, по которому подавалась смесь леу и воды.

Когда через десять минут Мелдор вошел в огромный картографический зал, он безошибочно направился к стене, на которой были развешаны карты местности вокруг Канала. При строительстве предполагалось, что помещение будет служить залом приемов; теперь же в нем установили три длинных ряда щитов, повторявшие очертания границ Звезды Надежды. К щитам были прикреплены сделанные Керис карты, образовывавшие непрерывную линию. Наблон стоял у щита с картами восточной границы; его антенны возбужденно шевелились, жвала непрерывно щелкали.

— Маркграф! Там с каждой минутой ситуация ухудшается!

Рядом с Наблоном стоял командир стражей — бывший Благородный, Зеферил Овертонский. Его изгнали за свободомыслие, и теперь он стал главным военным советником Мелдора, создателем оборонительных сооружений Звезды Надежды. В глазах его отражалось волнение, однако воин хорошо владел собой.

— Решительное наступление, маркграф, — сказал он. — Враг приближается со всех сторон, но основные силы сконцентрированы в районе Канала. В других местах — мелкие отряды. Думаю, Карасма намерен завязать схватки по всей границе вдоль Извилистого и даже к югу от Расколотого, чтобы стражи оттуда не могли прийти на помощь тем, кто защищает Канал. Я объявил общую тревогу, как мы и договаривались на такой случай, — добавил он. — Все воины должны занять свои посты, по возможности верхом. Я отправил курьеров предупредить защитников границы, да сейчас они и сами уже наверняка знают о нападении. Маркграф, позволь мне отправиться к Каналу.

— Нет. Ты должен оставаться здесь, у карт. Отсюда ты будешь видеть общую картину и сразу узнавать обо всем, что происходит. Чего еще может хотеть командующий?

— Возможности участвовать в сражении, — раздраженно ответил тот. — Проклятие, отсюда до Канала полдня езды! Какой смысл отдавать приказы, которые будут выполнены только через шесть или восемь часов? — При всей своей смелости Зеферил был сейчас перепуган: он никак не ожидал, что ему придется командовать сражением против настолько превосходящих сил противника. Наблон, был шокирован тем, как непочтительно Зеферил разговаривает с Мелдором; однако воин был Благородным и не считал себя ниже простолюдина-маркграфа, а потому и не видел необходимости придержать язык, — по крайней мере до тех пор, пока Мелдор не сказал таким тоном, что возражения стали невозможны:

— Ты остаешься здесь. Если ты окажешься в центре наших позиций у Канала, до любого их конца гонец не доберется скорее чем за три-четыре часа. О других частях границы я уже и не говорю. Здесь ты можешь видеть, что происходит по всей границе, и отдавать необходимые приказы. И отсюда до Канала не полдня езды, если курьеры будут иметь подставы быстрых коней — ты же давно все это организовал. А сейчас нужно сообщить всем, чтобы никто ни под каким видом не пересекал границы Звезды Надежды даже на шаг — это касается и стражей тоже. — Мелдор знаком отпустил Зеферила; тот вытянулся перед маркграфом, сделал кинезис послушания и начал отдавать приказы посыльным.

Пальцы Мелдора сжали локоть Наблона.

— А теперь я хочу, мой друг, чтобы ты точно описал мне все, что видишь на картах, — точно и спокойно, пожалуйста.

Даврон, которому выпало нести дозор перед рассветом, услышал какой-то шум. Тихое поскрипывание доносилось из темноты где-то ниже по склону. Даврон бесшумно вытащил из ножен один из метательных ножей (он оставался безоружным только в пределах Звезды Надежды) и пригнулся, пытаясь разглядеть, кто — или что — приближается к лагерю. Он не сразу заподозрил опасность: ночной гость совсем не таился. Шаги были равномерными и громкими. Даврону неожиданно показалось, что амулет Разрушителя стиснул его руку, и он рассеянно потер это место. Впереди что-то блеснуло, как будто звездный свет отразился от доспехов воина или лоснящейся шкуры зверя. Во всяком случае, приближался кто-то один: с таким противником он наверняка справится. Даврон снова потер руку. Он мог бы поклясться, что амулет сдвинулся с места — вещь совершенно невозможная: ведь этот знак проклятия сросся с его плотью… Даврон посмотрел на руку, внезапно окаменев от ужаса.