Эти заманчивые сокровища дракона - Михаил Исхизов

 Путешественники застыли, захлестнутые нахлынувшей из леса волной ужаса. Даже Фамогуст был потрясен.

 Но благородный рыцарь Калант Сокрушитель Троллей не знал, что такое страх. Услышав отчаянный вопль, он понял, что в лесу, действительно, затаилось кровожадное чудовище. А раз так, то появлялась возможность спасти козу, которая находилась под его покровительством и совершить подвиг. Рыцарь не мог упустить эту возможность. Он привстал на стременах и выхватил из ножен славный Калибур.

 - Эй, ты, чудовище! - закричал он в сторону непроницаемой зеленой стены. - Я, рыцарь Калант Сокрушитель Троллей, бросаю тебе вызов! Выходи на дорогу, и мы сразимся с тобой. Каким свирепым и могучим ты бы ни было, я вызываю тебя на смертельный бой!

 Тишину, наступившую после вызова, брошенного рыцарем чудовищу, вскоре снова нарушил душераздирающий вопль, а за ним жуткий стон, свидетельствовавший, что чудовище разделалось со своей жертвой.

 А вызов рыцаря остался без ответа. Коварный хищник не желал выходить на честный бой. Очевидно, он бесшумно и осторожно подкрадывался к дороге, чтобы напасть на отряд. Но ему не суждено было сделать это внезапно, его ждала достойная встреча: отважный рыцарь изготовил к бою надежный Калибур, Буркст сжимал дубину, Мичигран направил конец посоха в сторону леса, Альдарион обнажил кинжал. А где-то была еще и храбрая коза Гельма.

 Гельма, нырнув в чащу, приняла круто вправо, сделала полукруг и направилась к тому месту, где на дороге остановился отряд Каланта. Коза давно почувствовала, что кто-то, таясь в лесу, следует за отрядом. Ее нисколько не заботила судьба рыцаря и его спутников, но здесь находился Тихоня, ее лучший друг, которого она считала необходимым оберегать от всех существующих опасностей. Гельма и направилась выяснить, кто следит за ее лучшим другом Тихоней. А если существует опасность - устранить ее.

 В лесных зарослях Гельма пробиралась стремительно, но умело и бесшумно. Она не потревожила ни один куст, не наступила ни на одну сухую ветку, не вспугнула ни одну птицу. Добравшись до места, где по ее мнению, мог притаиться враг, Гельма стала двигаться еще осторожней и вскоре увидела варвара. Варвар был высок и широкоплеч, на поясе его висел длинный меч, на голове красовался медный шлем стражника. Придерживаясь руками за толстое дерево, он смотрел на дорогу, где в это время находился отряд Каланта. Гельма вспомнила, что видела высокого варвара, с медным шлемом на голове, в отряде Бахаррака. Варваров коза не любила. Варвары были врагами. И этот варвар, конечно, тоже был врагом. Он мог сделать что-нибудь плохое Тихоне. Такого Гельма допустить не могла.

 Осторожно, так, чтобы притаившийся варвар не мог услышать ее, Гельма приблизилась и стала разглядывать врага. Любимым местом, куда коза обычно стремилась загнать свои рога, был зад противника. Это место Гельма считала наиболее уязвимым, а, может быть, даже, специально предназначенным, чтобы бить в него рогами. Но варвар оказался слишком высоким. Можно было боднуть врага в ногу, но это не давало должного эффекта. Пока коза обдумывала план нападения, варвар пригнулся и стал через прогалину смотреть на дорогу. Перед Гельмой, во всей красе, предстал беззащитный тыл врага. Это было именно то, о чем коза мечтала. Ничего лучшего она не получила бы, даже если бы попросила помощи у святого Фестония. Медлить было нельзя. Гельма прицелилась, наклонила рогатую голову, сделала два стремительных прыжка и в многострадальный зад Гортека Медная Башка наблюдавшего за дорогой и совершенно не подозревавшего, что возле него кто-то есть, врезались рога козы.

 Неожиданный удар в место, которое определяется как тыл и только в самых редких случаях подвергается нападению, потрясло варвара. "Кхеммы!" - молнией блеснула под медным шлемом мысль. Не отдавая себе в этом отчета, Медная Башка, после рассказа Крроба, все время думал о беспощадных и кровожадных оборотнях. И случилось то, чего он больше всего боялся: они явились.

 - А-а-у-у-а!.. У-у-а-а-у!.. - невольно вырвался у варвара вопль ужаса.

 "Главное, не смотреть в их горящие красным огнем глаза..." - вспомнил Медная Башка. Он обхватил руками толстое дерево, прижался к нему лицом и крепко зажмурился.

 "Когда враг в панике, следует действовать быстро и энергично, нельзя дать ему опомниться", - такое правило утвердила для себя Гельма после многочисленных схваток с самыми разными противниками. Коза не медлила. Действовала быстро и энергично. Она рванула оттопыренный зад врага острыми зубами.

 "Начинают есть, - сообразил Медная Башка. - Но я невкусный... Может быть им не понравится... Главное - не посмотреть им в глаза..." Он зажмурился еще крепче.

 Гельма куснула еще раз и вырвала большой клок из кожаных штанов варвара.

 - А-а-у-у-а!.. У-у-а-а-у!.. - снова в ужасе взвыл тот, и еще крепче прижался к дереву.

 Результат нападения Гельму удовлетворил. Она решила, что теперь враг уже не сможет обидеть хорошего человека Тихоню.

 Варвар обхватил дерево, по-прежнему, прижимался к нему лицом и уже не орал, а жалобно поскуливал. И только сейчас он вспомнил о богине Шазурр...

 - О Могучая, Кровавая, Беспощадная и прекрасная в гневе своем! - взвыл он. - Спаси меня, твоего раба и я принесу тебе в жертву целый табун черных жеребят!

 Сказал и застыл. Ждал, услышала ли его богиня Шазурр, прекрасная в гневе своем, спасет ли она своего раба?

 Судя по тому, что его больше не тронули - богиня проявила свое снисхождение и заступилась.

 Выждав какое-то время, и продолжая тихо поскуливать, Медная Башка открыл глаза, затем несмело и осторожно оглянулся. И никого не увидел. Это придало ему смелости. Он оторвался от дерева и обернулся... Никого... Кхеммы-оборотни исчезли... Постепенно приходя в себя и успокаиваясь, Гортек стал оглядывать местность, пытаясь обнаружить какие-то следы, оставленные кхеммами. Но опытная Гельма никаких следов не оставляла. Ни сломанной ветки, ни сорванного листа...

 Гортек ощупал зад, которому трижды нанесли урон. Крепкие кожаные штаны висели лохмотьями, полушария кровоточили... Но, что такое изорванные кхеммами штаны и небольшая рана, по сравнению с жизнью?! Медная Башка упал ничком на скудную лесную травку и возблагодарил богиню Шазурр Великую, Беспощадную и прекрасную в гневе своем, за чудесное спасение и поклялся ей, что каждого черного жеребенка, которого он увидит, он принесет в жертву Великой и Беспощадной. Поблагодарив богиню за чудесное спасение, Медная Башка медленно направился в сторону поляны, где его ждала Орда. Провожать отряд Каланта до развилки дорог, как ему велел Бахаррак, Медная Башка не стал. Он боялся кровожадных кхеммов. В этот раз его спасла от мучительной смерти богиня Шазурр, прекрасная в гневе своем. А выручит ли она его, если оборотни нападут снова?.. Медная Башка решил не рисковать. Если Бахарраку хочется проследить, в какую сторону направился рыцарь, пусть он сам и следит, или пошлет кого-нибудь другого.