Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

ответил папа Лиззи. – Эти семьдесят два часа также даны мне на раздумья, готов ли я ради девочки рискнуть союзом с Лигой.

Мама возмущенно фыркнула и приготовилась громогласно возмущаться. Мистер Росси, похоже, это заметил и поспешил вмешаться:

– Мнения об Ариане разнятся. Хоть все и признают ее помощь при раскрытии заговора, зато спорят о самом факте ее существования. Как человек она не имеет отношения к Лиге, но как брахион-полукровка является преступлением против Канона и угрозой миру праймусов, а как Изара стала бы идеальным оружием. Слава богу, лишь немногие требуют ее казни. Большинство хочет склонить ее отдать душу праймусу или заставить работать на Лигу.

– Что, простите?! – Мама опередила меня с этим вопросом.

– Не переживайте, вашу дочь поддерживает Плеяда, миссис Моррисон. И всё же с точки зрения политики это весьма щекотливое обстоятельство, так как наши охотники зависят от печатей праймусов.

– И начни Лига шантажировать нас разрывом соглашения, мы вляпаемся в… неприятности, – добавил Райан с угрюмым видом.

Тоби прочистил горло.

– Вы серьезно раздумываете над тем, чтобы выдать им Уилсона Харриса? – Хороший вопрос, потому что это добавило бы нам всем – и мне в частности – еще больше проблем. Стоит Лиге узнать, что я могла сделать праймуса человеком, никакая дипломатия в мире не спасет меня от выдачи Лиге.

– Да кого волнует этот ублюдок?! Пусть сгниет в своей камере! – зашипела мама. – Речь идет о моей дочери! Как долго вы еще сможете ее защищать, если Лига надавит на вас с помощью этих печатей? – Следовало признать, это тоже был хороший вопрос.

– Пожалуйста, не надо волноваться, миссис Моррисон. Лига бы слишком испугалась потерять вообще любой доступ к Ари, – произнес Тоби. Райан хмыкнул и начал метаться по маленькой комнатке. Несчастная декоративная пальма, которой не повезло оказаться у него на пути, испытала на себе всю его досаду. – Может, черные ациамы стали бы решением? Если вооружить ими охотников, Лига бы не осмелилась так на нас давить.

– У меня были достаточные основания для запрета этих ациамов среди охотников, Райан, – заявил мистер Росси. Наравне с пониманием в его голосе сквозила властность. – Мы не хотим лишний раз провоцировать Лигу.

– На протяжении веков Плеяда хотела получить оружие, которым можно убивать бессмертных. Теперь его выше крыши, а нам нельзя им пользоваться, – бесновался Райан. – Лига уселась нам на шею, ведьмы объявляют войну праймусам и, видимо, Ари, а у «Омеги» новый лидер. А что делаем мы? Мы разбираемся с политикой. – Бедная пальма простилась с еще одним листочком.

– Не унывай, мой неистовый тигр маори. У нас еще осталась парочка козырей в рукаве, – пробормотал Викториус, с наслаждением блуждая взглядом по татуированным мускулам охотника. Я чуть не расхохоталась на всю палату, так дико Райан уставился на эпатажного человечка. Да, к Викториусу нужно было привыкнуть. Но это всегда было удовольствие – наблюдать за этим красноречивым чудиком в действии. По крайней мере, пока его целью не становился ты сам.

– Козырей, к которым нужно бы присмотреться повнимательнее. В том числе: Ари со своим неисчерпаемым источником энергии в виде души и премилыми загадочными способностями. Ваш заклятый враг, который, по всей вероятности, на стенку лезет в своей темнице и мог бы прояснить пару-тройку загадок. – Его глаза нашли глаза верховного, и мне показалось, что они обменялись безмолвными посланиями. – Кроме того, Люциан – почти непобедимый, красивейший брахион, которого побаивается каждый член Лиги. И не забывайте мою скромную персону.

– Ты? – Брови Райана взлетели почти до самого ирокеза. – Это ты-то наш козырь в рукаве?! Да ты умеешь только поддакивать и действовать на нервы. Что он вообще здесь забыл? – Он с упреком взглянул на мистера Росси.

Викториус пропустил мимо ушей оскорбления и, восторженно мурлыча, наморщил нос:

– Если бы я только знал, какой у вас, хитрых охотников, тут богатый выбор великолепных особей мужского пола, я бы уже давно заглянул на огонек.

У Райана беззвучно отвалилась челюсть. Мистер Росси на всякий случай занял стратегическую позицию между этими двумя. Он явно старался это скрыть, но я увидела, как на его лице мелькнула ухмылка.

– До сих пор Викториус был для нас очень полезен, – успокаивающе проговорил верховный мастер. – Его знания как доверенного лица Джирона бесценны. К тому же его мастер отдал свою жизнь, защищая Ари.

– Джирон отдал свою жизнь, чтобы помешать Танатосу заполучить душу Ари. Это огромная разница, – возразил Райан.

Люциан громко захлопнул папку с делом.

– Всё верно. Но для Викториуса слишком многое поставлено на карту. – Он взглянул на Викториуса. – Он был отмеченным предателя. В глазах Лиги он вне закона. Без Плеяды он и недели не проживет на свободе.

Викториус задумчиво кивнул и вернул Люциану взгляд с серьезностью, которой никто не ожидал от этого маленького человечка:

– Разве что какой-нибудь другой праймус примет меня под свою защиту…

И я потихоньку начала соображать, почему Люциан допустил, чтобы Викториус переехал к нам с мамой. И почему его практически не беспокоило, что Викториус использует против нас то, что узнал о нашей связи. Он заключил с Викториусом сделку!

Судя по тому, что в мою руку снова впились будто бы стальными когтями, мама тоже до этого додумалась. Мои суставы тревожно щелкнули.

– Ты же не хочешь снова стать отмеченным, Вик, – ахнула она. – И уж точно не… не… вот этим вот.

«Вот этот вот» явно наслаждался произведенным эффектом. Причем так открыто, что я опасалась, как бы она сейчас не выпалила всю правду о нас с ним.

– Мышка Трикси, я натворил кое-что очень нехорошее, – терпеливо уточнил Викториус. – Без реально могущественного мастера я довольно быстро кану в Лету, а я не собираюсь так скоро покидать этот прекрасный мир.

Гневно втягивая в себя воздух, мама поворачивалась то к своему соседу, то к моему бессмертному парню и обратно.

– Вы же не серьезно…

– У Викториуса на самом деле нет выбора, – с нетерпением перебил ее мистер Росси. У него были заботы похуже. У нас у всех были заботы похуже. – Его пребывание здесь, в лицее, с самого начала зависело от этого!

Ощутимый восклицательный знак в конце его реплики не оставлял места никаким «но». Я вгляделась в мамино лицо и впервые от всего сердца порадовалась, что мне не придется проводить сегодняшнюю ночь дома. Ее взгляд сулил неприятный вечер, когда клочки полетят по закоулочкам.

– Кроме того, Викториус прав.

– Это в чем это?! – фыркнул Райан.

– В нашей тюрьме хранятся ответы, которые могут значительно упростить переговоры с Лигой. Думаю, мне пора ослабить свои правила касательно допроса Харриса.