Тайная стража России. Очерки истории отечественных органов госбезопасности. Книга 6 - Коллектив авторов

В том же интервью Н. П. Патрушев заявил, что «надо обратить внимание на то, что в прилегающих [к лабораториям] районах фиксируются вспышки заболеваний, нехарактерных для этих регионов»[527]. Периодический интерес СМИ к таким вспышкам заболеваний, даже имевшим место много лет назад, зачастую приобретает политическую окраску. Так, в июне 2020 г. в СМИ появились сообщения о том, что под давлением Москвы и Пекина президент Казахстана К.-Ж. К. Токаев объявил о намерении отстранить военных биологов США от работы в одной из лучших научных лабораторий республики. На тот момент эти специалисты из Пентагона более десяти лет изучали в Средней Азии, имевшие место в прошлом эпидемии чумы, сибирской язвы, лихорадок и различных коронавирусов, что стало беспокоить руководство сопредельных государств из-за явных совпадений с очередными открытиями лабораторий США вспышек новых, казалось бы, навсегда ушедших в прошлое заболеваний[528].

Осознание реальной угрозы побудило президента Российской Федерации В. В. Путина подписать вступивший в силу с 4 января 2021 г. указ о действиях в случае проникновения в страну и распространения опасных инфекционных болезней. Указом предписано в течение трех месяцев ввести план межведомственного и межрегионального взаимодействия, а также создать координационный совет и организовать штаб для утверждения мер сдерживания распространения заболевания. Кроме того, предусмотрена система трех уровней опасности, которые будет устанавливать Роспотребнадзор: первый будет объявлен в случае, если заболевание зафиксировано в других странах, второй – если появятся единичные случаи заболеваний в России, третий – если будет отмечено распространение в субъекте Российской Федерации[529].

Здесь следует отметить давний, еще с советских времен устойчивый и напористый интерес американцев к факту вспышки сибирской язвы в Свердловске в 1979 г. Но только с наступлением горбачевской «перестройки» у них появилась надежда легально проникнуть в этот закрытый для иностранцев режимный город для целенаправленного сбора интересующей их информации. Однако, несмотря на несколько ходатайств, добиться разрешения попасть в город они смогли только после развала СССР с приходом к власти Б. Н. Ельцина, который во время эпидемии сибирской язвы в 1979 г. был первым секретарем Свердловского областного комитета КПСС.

История вопроса заключается в следующем. Первые признаки поначалу неизвестной эпидемии появились в Свердловске в начале апреля 1979 г. В медицинские учреждения города поступили пациенты со странными для медиков симптомами. Многие из заболевших быстро умерли, и врачи чувствовали себя бессильными. По получении тревожной информации в Свердловск немедленно прибыл начальник 15-го главного управления Генерального штаба Вооруженных сил СССР генерал-полковник Е. И. Смирнов, затем – заместитель министра здравоохранения, главный государственный санитарный врач СССР генерал-майор П.Н. Бургасов, а также главный инфекционист Минздрава В. Н. Никифоров. Они были командированы для организации борьбы с эпидемией, о которой еще не ведали лечащие врачи города. В данной ситуации наиболее компетентным из них был «отец бактериологического оружия СССР» П. Н. Бургасов, который до перевода в Москву занимался в 1958–1963 гг. секретными разработками по защите от биологического оружия в городке Свердловск-19. Срочное прибытие к месту события именно П.Н. Бургасова[530], а также Е. И. Смирнова указывало на возможную и наиболее вероятную причину массовых заболеваний, связанную с работой секретной лаборатории военно-биологического центра Министерства обороны, именуемого в Свердловске как военный городок № 19 или Свердловск-19.

К расследованию чрезвычайного происшествия подключили органы КГБ СССР. Собранная органами госбезопасности информация не давала однозначной картины. По одним данным в понедельник утром 2 апреля работник военного городка Свердловск-19, будто бы, не включив предохранительные фильтры и защитные механизмы, приступил к работе, в результате чего случился аварийный выброс. Назывался и выброс через лопнувший фильтр из-за повышения давления в вентиляционной системе. Источником заражения назывался также функционировавшее в Свердловске-19 производство вакцины, на котором будто бы произошла утечка спор сибирской язвы. Среди других причин назывались ошибка рабочих, допущенная при монтаже новой установки в сушильном цехе и вызвавшая какую-то аварию. Прорабатывалась также версия о бактериологической диверсии противника с целью политической компрометации СССР.

В эпицентре событий, связанных с локализацией распространения сибирской язвы, оказалось Управление КГБ по Свердловской области, которое тогда возглавлял генерал-майор Ю. И. Корнилов, а также Особый отдел по Уральскому военному округу под руководством генерала-майора В. Б. Багнюка. Сотрудники органов госбезопасности с первых же дней своего участия в решении проблемы сосредоточились на обеспечении режима секретности и защиты сведений, составлявших государственную тайну, а также на информационной работе по реконструкции событий в целях установления первоисточника заражения. Для тщательного анализа они осуществили полное изъятие документов, связанных со вспышкой заболевания: изымали истории болезни в больницах, журналы вызовов скорой помощи, документы, связанные со вскрытиями умерших и исследованиями их тканей, документы санитарно-эпидемиологической станции, расписки граждан на получение антибиотиков, отчёты горздравотдела о ходе массовой вакцинации и т. п.

Органы КГБ приняли участие в разработке и реализации комплекса мер в целях защиты сведений о лаборатории военно-биологического центра Минобороны. Диагноз легочной формы сибирской язвы появился в первые дни эпидемии, но, чтобы отвести внимание от Свердловска-19 жителям через местные органы власти было рекомендовано соблюдать осторожность с приобретением на рынке непроверенного ветеринарами мяса больных животных во избежание заражения сибирской язвой. На стенах домов появились красочные плакаты с нарисованной коровой и подписью «Сибирская язва». В областных газетах опубликовали предостережения для граждан и призыв опасаться употреблять в пищу непроверенное мясо животных, которые могли быть заражены. Об этом же давали сообщения в программах регионального телевидения. В результате многие люди старались избегать в своем меню мясных и даже молочных продуктов. Побочным результатом таких предупреждений стало то, что жители стали сторониться улиц, по которым ездили рейсовые автобусы, маршрут которых пролегал в районе возможного очага заражения: дескать, машины на своих колесах разносят зараженную спорами пыль. С 21 апреля началась поголовная вакцинация населения от сибирской язвы. В общей сложности через процедуру прошло 60 тыс. человек (по другим источникам – 200 тыс.). Врачам помогали студенты-старшекурсники Свердловского мединститута. Кроме того, все въезды-выезды перекрыли милицейскими и военными кордонами[531].

Несмотря на почти официальный статус диагноза сибирской язвы, патологоанатомы его подменяли, вписывая в свидетельства о смерти граждан диагноз ОРЗ, пневмония, бактериальная пневмония, отравление неизвестным ядом, сепсис, инфаркт и другие. Сотрудникам органов госбезопасности пришлось поработать соответствующим образом и с медицинскими работниками областной ветеринарной лаборатории, не нашедших возбудитель болезни там, где было рекомендовано – в мясе животных, конфискованного у жителей. На самом деле, палочка сибирской язвы была найдена на лестничных перилах и в жилищах людей, на дорожном покрытии, в траве