Когда отцветает камелия - Александра Альва

уже показался просвет и железный заборчик, отгораживающий территорию святилища от Леса сотни духов. – Я буду за вами присматривать.

* * *

Когда на Яматомори опустился вечер и гора окрасилась жёлтыми огнями фонарей, Эри появилась на площади. Облачённая в красно-белые одежды мико, она прошла к главному хондэну и низко поклонилась, выражая уважение богине Инари. Напротив священной постройки уже стоял длинный столик, на котором были разложены бумага, кисти и тушь, и Эри села перед ним на шёлковую подушку, завершив церемониальную часть.

По правую и левую руку от акамэ, держа в руках фонари, заняли места старик Кимура и Хару в белых одеяниях, прошитых красными нитями по рукавам и вороту. На их лицах читалось благоговение, словно им выпала честь присутствовать во время грандиозного события.

Из главного зала вышел Юкио. Он оглядел присутствующих и медленно направился по площади к столу, за которым сидела Эри. Остановившись позади неё, хозяин святилища положил руку художнице на плечо и прошептал:

– Не волнуйся, я рядом. – Пальцы чуть сжались, ободряя.

– Я много тренировалась, но если меч находится далеко отсюда, то я не уверена, смогу ли его почувствовать.

– Знаю. Ты не должна об этом переживать. Просто сделай то, что в твоих силах, а остальным займусь я.

Сегодня голос Юкио звучал твёрдо, руки не дрожали, а аура вокруг него вновь пульсировала от силы, и на душе у Эри стало спокойно. На время господин Призрак смог изгнать скверну из тела и сейчас находился рядом, живой и невредимый.

С этого места хорошо просматривалась длинная каменная лестница, по которой поднимался Кэтору, неся в руках круглый поднос с шёлковой тканью. Он должен был забрать последние осколки меча Такэмикадзути у Амэ-онны, которая не могла ступать на священную землю Яматомори, и потом принести артефакт к святилищу.

Послышался стук шагов. Вскоре тануки преодолел последние тории, прошёл по дороге из гравия и поставил перед акамэ лакированный поднос.

– Это всё, что осталось, – сказал он, разворачивая тонкий шёлк цвета спелого персика. – Мы использовали слишком много осколков, чтобы создать печать.

Внутри лежала лишь пыль, отливающая серебром, но даже от столь малой частицы могущественного артефакта веяло светлой энергией, окутывающей и приносящей умиротворение. Кэтору также положил на стол ханко в форме цилиндра и отошёл со словами:

– Возможно, она тоже поможет в поисках.

Эри кивнула и сначала коснулась металлической пыли, которая прилипла к коже, а затем провела пальцами по резному краю печати. Сразу стало невыносимо жарко, но ладонь Юкио, всё ещё лежавшая на её плече, словно усмиряла бушующую внутри силу и приносила ощущение прохладного ветра.

Отложив поднос в сторону, Эри окунула кисть в тушь и провела тонкую неровную линию. Её глаза закатились, и она погрузилась в видение.

Шум прибоя.

Где-то кричали чайки.

В темноте вспышками проступали очертания зелёных холмов, а в нос ударил солёный запах моря. И везде, повсюду ощущалась тяжёлая аура скверны.

Но нужно было погрузиться ещё глубже, и Эри ступила на белый песок, на котором виднелись следы, ведущие дальше по побережью. Ноги проваливались, но она продолжала пробиваться сквозь смыкающийся вокруг неё мрак.

Песчаный пляж сменился скалистым берегом, и на одном из высоких камней, возвышающихся над морем, кто-то стоял. Чёрные волосы развевались на ветру, и, когда незнакомец обернулся, словно почувствовав, что за ним следят, тьма поглотила Эри.

Единственное, что звучало в её ушах, когда она вновь открыла глаза, было произнесённое человеком из видения: «Наконец-то!»

От звука этого голоса волоски на теле встали дыбом, а тёмное, вязкое предчувствие беды заполнило всё её существо. Приятный привкус соли во рту сменился резким железным вкусом крови: из носа потекли две алые струйки, оставляя яркие дорожки и исчезая между губами.

– Эри, хватит! – Она узнала обеспокоенный голос Юкио, но никак не могла остановить руку, которая резкими, грубыми мазками продолжала писать картину.

Хозяин святилища схватил Эри за запястье – крупные капли туши сорвались с кисти и упали на край бумаги васи, растекаясь неровными пятнами. Художницу оттащили от стола, и она нащупала гравий, больно впивающийся в ладони, – кажется, её усадили прямо на землю.

– Эри, смотри на меня, – продолжал говорить с ней Юкио, обхватив руками лицо акамэ. – Тише, всё уже закончилось.

Она попробовала сосредоточить взгляд на лисьей маске – голубые огни словно пылали в темноте, а чёрный завиток на лбу закручивался по спирали.

– Со мной… всё в порядке.

Хоть и медленно, но она приходила в себя. Оглядевшись, Эри заметила, что, кроме Юкио, вокруг стояли Кэтору, Хару и господин Кимура. Кто-то из них кричал, что нужно принести воды, а кто-то присел рядом, держа её за руку.

– Спасибо за беспокойство, – вновь заговорила она и улыбнулась, но тут же прикрыла лицо рукавом: наверняка зрелище окровавленных губ и зубов было не слишком приятным.

Юкио вытащил белый платок из-за ворота кимоно и протянул ей, но не успела Эри вытереть лицо, как послышался звонкий голос Кэтору:

– Тут вода, посторонитесь! – Тануки растолкал служителей и принёс откуда-то уже наполненную чашу. – Вот, попей.

– Эри-тян, похоже, ты взяла на себя слишком много, – шепнул Хару и оставил в её ладони маленький защитный талисман. – Будь осторожнее с этой силой, она опасна.

– Вы все слишком переживаете, – сказала Эри, но всё же приняла чашу с водой и сделала жадный глоток. – Во время тренировок в Лесу сотни духов со мной постоянно такое случалось, и ничего, я до сих пор жива. А что насчёт картины? Мне удалось её нарисовать?

Юкио помог Эри встать и, поддерживая её за локоть, подвёл к столу. Там лежала бумага, которая от обилия воды и туши пошла волнами, и на ней грубыми мазками был нанесён пейзаж.

Неровная линия прибоя, песчаный пляж, сменяющийся скалами, и край холма, покрытый густым лесом.

– И что это за место? – спросил Кэтору, склонившись над рисунком с противоположной стороны. – Ты не можешь определить более точно? Почти на любом острове встречаются похожие виды.

– Сейчас я уже не чувствую след ауры, – покачала головой Эри. – Наверняка место, которое я увидела, находится слишком далеко отсюда, и моих сил просто не хватает, чтобы дотянуться до него.

Юкио молчал и долго стоял неподвижно, осматривая картину, пока наконец не указал на чёрное пятно в воде.

– Что это?

Среди невысоких волн, бегущих к берегу, действительно виднелось нечто тёмное и округлое. Оно находилось достаточно далеко в море и поэтому оказалось прорисовано не так чётко, как остальные детали.

– Не похоже на лодку, – проговорил Хару, тоже склонившись над пейзажем. – Возможно, камень?

– Подождите! – Старик Кимура прошёл к столику и занёс над ним