Адмирал Нимиц - Элмер Поттер

Наверняка утверждать нельзя, но похоже, что адмирал Нимиц оставался выше споров. Окончательный план операции должен был быть одобрен им, но по возможности он следовал надежному правилу: говорить подчиненным, где и когда делать, но никогда — как.

За две недели до начала операции «Флинтлок» адмирал Нимиц организовал его знаменитый техасский пикник в самом большом парке Гонолулу. Были приглашены все техасцы, носившие в это время военную форму. Известно, что там было приблизительно 40 000 солдат, моряков и морских пехотинцев. Все началось как небольшая дружеская вечеринка, но потом превратилось в поистине техасскую, то есть гигантскую, пивную пьянку. Все клумбы были разорены, и повсюду валялись корзины для пикника, банки из-под сухого пайка, пропуска на берег, а по мере того, как воздух и пиво нагревались, на газонах начали появляться еще и рубашки цвета хаки. Этот однодневный бунт против военного этикета опустошил парк не хуже тайфуна. Полиция Гонолулу вытащила из кустов 120 000 бутылок и огромное количество другого мусора.

Бригадный генерал К.Л.А. Маршалл оставил нам описание участия в этих событиях самого адмирала Нимица:

«Нимиц, самый старший по званию техасец среди них всех, пришел в парк в полдень в сопровождении нескольких офицеров его штаба. Вместе с ним, но с отставанием примерно в 30 ярдов, шел мой старый друг, генерал Роберт К. Ричардсон, армейский командующий Центрально-Тихоокеанского сектора, в сопровождении офицеров своего штаба.

Все военнослужащие, как один, побросали свои дела, построились позади адмирала Нимица и промаршировали по парку, сначала туда, а потом обратно, вопя подобно толпе индейцев-команчей. Они не имели ничего против генерала Ричардсона, который был способным и внимательным командиром; просто Нимица они любили больше. Среди всего этого бедлама Нимиц не только чувствовал себя абсолютно непринужденно но и получал огромное удовольствие, смеялся, махал всем рукой и даже успел осчастливить немногочисленных охотников за автографами, перемещаясь при этом в таком темпе, что вся веселая толпа, бежавшая за ним, почти протрезвела»,

Накануне отбытия Пятого флота на операцию «Флинтлок» в Перл-Харбор прибыл замминистра Форрестол, чтобы взглянуть на это событие. Ему, как главному лицу, отвечавшему за обеспечение флота техникой и имуществом, должно быть, было приятно видеть, насколько флот вырос после его предыдущего визита. Он увеличился даже со времени операции на островах Гилберта.

После того как Форрестол осмотрел тактическую группу быстроходных авианосцев, которая теперь называлась 58-м оперативным соединением, и Южный штурмовой корпус, стоявшие в Перл-Харборе и Гонолулу, адмирал Нимиц отправил его на эсминце на рейд Лахаина, неподалеку от острова Мауи. Там дислоцировался Северный штурмовой корпус, прибывший днем раньше из Сан-Диего.

Когда они подошли к рейду, молодой командир эсминца в чине коммандера попросил коммандера Ламара узнать, чем хотел бы заняться адмирал. Нимиц ответил, что он намерен пройти по всему ряду стоящих на якорях транспортов и судов снабжения. Командир повел свой эсминец вдоль линии судов с такой большой скоростью, что транспорты начали качаться. С флагманского судна транспортной эскадры послали сердитую радиограмму: «Мне не нравится, как Вы ведете себя на море». Когда ее показали Нимицу, он улыбнулся и попросил командира поднять его четырехзвездный флаг. После этого коммодор эскадры быстро послал радиограмму с извинениями. Нимица это не успокоило. Ведь это было замечание офицера такому же офицеру. Нимиц решил посмотреть, что собой представляет флагманское судно, находящееся под началом такого офицера. По приказу Нимица эсминец остановился, и они с Форрестолом в сопровождении помощников в маленькой шлюпке отправились осмотреть транспорт.

Молодой лейтенант, бывший в это время на дежурстве, не понял, что на корабль с визитом прибыли заместитель министра и командующий флотом. Ламар и помощник мистера Форрестола пытались как-то дать ему понять, показывая восемь пальцев и выкрикивая: «Заместитель министра» и «Флот». Все было напрасно. Шлюпка подошла к трапу, но начальство никто не встречал. Дойдя до квартердека и обнаружив, что делегацию не приветствуют ни коммодор, ни командир, адмирал возмутился. Заместитель министра не совсем понял, в чем дело, но чувствовал, что что-то и в самом деле не так.

В этот момент показались коммодор и командир, покрасневшие и запыхавшиеся, застегивая форму на ходу — очевидно, их только что разбудили. Адмирал Нимиц осмотрел судно, обнаружил, что все в полном беспорядке, и сделал соответствующее сообщение командиру оперативной группы.

Корабли могущественного Пятого флота, который моряки начинали называть Большим Синим Флотом, заполнили Перл-Харбор настолько плотно, что бухта казалась почти полностью покрытой сталью. Ночью 22 января 1944 года корабли ушли к Маршалловым островам для проведения операции «Флинтлок». Следующим утром адмирал Нимиц из своего штаба на холме Макалапа смотрел на гавань, которая теперь была почти пуста. 58-е оперативное соединение, быстроходные авианосцы и многочисленные корабли охранения не возвратились в Перл-Харбор до конца войны. Отдельные корабли, в основном те, которые требовали серьезного ремонта, возвращались, но в целом оперативное соединение оставалось в море, где его снабжали, заправляли и обслуживали мобильные эскадры обслуживания.

С начала января 475 самолетов ВВС обороны и наземного базирования под командованием адмирала Джонни Гувера совершали вылеты главным образом с островов Гилберта, для нанесения ударов по Маршалловым островам. Хотя фоторазведка показала, что основные цели вторжения, Намюр, Рой и остров Кваджалейн в атолле Кваджалейн, не были так же хорошо укреплены, как Бетио, бомбили их, тем не менее, гораздо больше.

Пятый флот Спрюэнса, двигавшийся к Маршалловым островам, включал 375 кораблей, на которых было 53 ООО десантников — из которых половина была армейскими солдатами, а половина — морскими пехотинцами — и 31 ООО личного состава гарнизона. 58-е оперативное соединение под командованием Митшера состояла из б авианосцев, б легких авианосцев, 8 быстроходных линейных кораблей, 6 крейсеров, 36 эсминцев и 700 палубных самолетов. Это были намного более мощные силы, чем те, что были посланы к островам Гилберта, но на сей раз адмирал Тауэрс уже не сказал, что Спрюэнс хочет «забить гвоздь кувалдой».

Согласно тщательно разработанному плану, оперативное соединение должно было достигнуть Маршаллов

29 января. Пока самолеты Гувера нейтрализовали аэродромы на атоллах Джалуит и Милл, самых близких к островам Гилберта, одна группа авианосцев должна была ударить по аэродрому на Вотье, другая — штурмовать аэродром на Мэлоулап, а другие две — напасть на Кваджалейн. Той ночью корабли оперативной группы должны были приблизиться и обстрелять аэродромы, чтобы препятствовать полетам японских самолетов на Эниветок.