Заложники удачи - Иэн Сент-Джеймс

– Мистер Тодд! Ну, наконец-то!

Тодд хотел сказать: «Черт возьми, это не моя вина. Я бы встретился с тобой и раньше». Но вместо этого он улыбнулся и пожал руку Руса, оценив при этом изысканный шелковый костюм от Армани и к нему шелковый галстук… и загар… и фальшивую улыбку… и то, что Рус сам налил кофе из маленького серебряного кофейничка в дрезденские фарфоровые чашки.

Потом последовала длиннющая лекция о том, почему «Альсруер, Вормак и Рус» были наиболее удачливой и реальной агентской компанией по продаже недвижимости. Тодд беспокойно и нетерпеливо дергался в кресле. Он думал о том, как там Мэнни. Время шло быстро. Ему бы следовало ожидать Карьера в Хилтоне. Рус ему нужен был только для того, чтобы он пришел на пресс-конференцию – но Рус говорил о чем угодно, только не об этом.

– Таким образом, мы сделаем классический документ, – говорил он. – Он будет напечатан на бумаге с водяными знаками и будет в красивой кожаной обложке. – Он вдруг замолчал, увидев, что внимание клиента как-то рассеялось. – Что-нибудь не так, мистер Тодд?

– Нет, нет, вы говорите прекрасно, но… – Тодд взглянул на часы. – Просто я очень скоро должен быть в Хилтоне. – Он бросил на Руса тревожный взгляд. – Вы ведь придете, правда? Это здесь недалеко.

– Я постараюсь заглянуть к вам попозже, – произнес Рус с ободряющей улыбкой. – Должен сказать, что я заинтригован. Если уж говорить правду, я уже много думал над вашим маленьким проектом.

Тодд вздрогнул, чувствуя обиду оттого, что самую большую ошибку в его жизни назвали «маленьким проектом».

– Конечно, этот ваш маленький концерт дает вам кое-какие плюсы.

Уже два раза он сказал слово «маленький»! Тодд начал медленно закипать от ярости. «Ах ты, козел. Если бы ты мне не был так сильно нужен…» Он выдавил улыбку.

– Едва ли это «маленький концерт», мистер Рус. Мы планируем аудиторию мирового значения, которая составит пятьдесят миллионов человек.

– Нет, это-то конечно, – искренне закивал Рус. – Я снимаю перед вами шляпу. Тут уже есть что продать. Вы не поверите, какую это создает огромную разницу. А тем более в наши дни. Хуже рынка просто не представишь. – Откинувшись назад в кресло, он показал рукой на цветную фотографию, висевшую на стене. – Видите ее? – спросил он, а потом замахал руками. – А, нет, это не та. Я думал, это снимок «Бич-Отеля» в Римини. Слышали когда-нибудь о нем?

Когда Тодд покачал головой в ответ, Рус не удивился. Он придумал это название только что.

– Продал его в прошлом месяце, – соврал он. – Замечательный отель. Прекрасно был размещен. Примерно такой же по размеру, как и ваш. Два года назад он потянул бы на тридцать миллионов. А в прошлом месяце он был продан за одиннадцать, и то только потому, что наша фирма проводила продажу. Владельцы сначала обратились в другую фирму до нас и получили предложение только на семь миллионов.

Убив одним ударом двух зайцев, он откинулся в кресле и наблюдал за эффектом, который вызвали его слова.

Тодд забыл о своем раздражении. Сердце у него упало. «Значит, рынок настолько плох! Знает ли об этом Карьер? Боже мой, надеюсь, что нет».

Получив удовольствие от столь очевидного испуга, Рус продолжал:

– Ну, не будьте таким мрачным, мистер Тодд. Я уверен, что у вас ситуация получше. Для начала вы пришли прямо к нам. Таким образом, это ставит вас в лидирующую позицию, и потом у вас еще предстоит эта телевизионная передача, и вы должны извлечь из нее все возможные преимущества. Таким образом, еще предстоит масса работы. – Вздохнув, он повернулся в своем кресле и протянул руку за документом на столе у него за спиной. – Чем быстрее мы проделаем всю бумажную работу, тем скорее все у нас закрутится.

– Бумажную работу?

– Просто стандартное соглашение. – Рус пододвинул Тодду напечатанный контракт. – Как только вы подпишете его, я запущу в действие всю машину. К сегодняшнему вечеру уже целая команда людей будет работать над этим. – Он протянул руку через стол и подал Тодду свою ручку. – Сегодня утром, я думаю, согласуем брошюру, – сказал он весело. – Вы прислали нам столько хороших фотографий, что мы их можем поместить и внутри ее, поэтому я подумал…

И он снова заговорил о каких-то посторонних предметах. У него были клиенты, которые больше гордились фотографиями своей собственности, чем даже фотографиями семьи. Это был тот урок, который он вбивал в голову своим помощникам: «Поймайте их на брошюре, и они подпишут контракт не задумываясь».

Однако было ясно, что этот маленький толстячок о чем-то думал!

– У вас какие-то проблемы, мистер Тодд?

По-прежнему держа ручку Руса в руке, Тодд поднял глаза от контракта.

– Это дает вам три процента от цены продажи, я правильно понял?

– Да, и, боюсь, это все, – вздохнул Рус. Он неопределенно пожал плечами: – Правда, я хотел бы получить больше. Мы ведь и заслуживаем больше. Это меня временами раздражает, но самая ценная часть работы – та, которую клиент никогда не видит. Вся работа как бы за сценой. Поверьте мне, что приходится попотеть до чертиков, но именно это как раз и создает такую разницу. Поэтому-то наши клиенты всегда и получают наилучшую цену. Я буду обговаривать этот проект по твердой цене в следующую пару месяцев. Тем же самым будет заниматься и остальная моя команда. Мы будем писать письма, звонить, проводить встречи, использовать наши лучшие связи, подогревая почву для этого концерта Барзини. Потом мы получаем телевизионную передачу для широкого круга и после этого… – он усмехнулся, – …мы бьем по ним аукционом. Как вы думаете, мистер Тодд? Выдержат ли ваши нервы аукцион?

Вопрос не мог бы быть задан в более неподходящий момент. Тодд как раз пытался отвлечься от мыслей о том, что он теряет, заключая сделку столь поспешно. Ему нужно было продать «Палому Бланку» сегодня. Это был его единственный шанс, а Рус напомнил ему об упущенных возможностях.

Рус рассмеялся.

– Вижу, что вы удивлены, но именно так я хочу сыграть эту партию.

Тодд не был удивлен. Он чувствовал страшную боль в сердце. Слушая, как кто-то другой говорит об его собственных планах, он чувствовал, как нож вонзается в рану. Он положил ручку Руса на стол. Он хотел сказать: «Это именно то, что я хотел бы сделать». Вместо этого он посмотрел на Руса болезненным взглядом.

– Да, сэр, я планирую провести аукцион в марте, через три-четыре недели после телевизионной передачи. Но я должен сказать вам, что произойдет, мистер Тодд. Мы будем поднимать, поднимать и поднимать цену. – Рус важно кивнул головой. – Следите за моей мыслью: мы будем наращивать давление, и за несколько дней до аукциона кто-нибудь сделает нам как раз нужное предложение, поэтому мы можем отменить аукцион и избежать дополнительных расходов. – Он откинулся назад в кресле, сияя. – Итак, мистер Тодд, наши клиенты всегда получают самую высокую цену. Потому, что мы никогда не останавливаемся на достигнутом.