Отныне я – странник - Виталий Гавряев

На верху подростка ждала новая беда — несмотря на все усилия мальца, крышка потайного лаза не поддавалась. Толи старый полусгнивший пень служивший крышкой был слишком тяжёл для мальчишки, толи снаружи, эту крышку сильно завалило снегом. Но после двух минут бесполезных потуг Оливер устало присел на ступеньку и, прижав руки к груди, стал покачиваться вперёд — назад, растерянно смотря на масляную лампу — которая была единственным источником света и стояла ступенью ниже. Так прошло ещё полминуты — у единственного мужчины рода Ардвидссон текли слёзы обиды и он растирал их по своим щёкам грязными руками, шмыгая носом, и проклиная своё бессилие. Затем — неожиданно, зло, ударив себя кулаком по коленке, Оливер снова посмотрел на выход из лаза. И тихо шепча проклятья неподатливой крышке, поднялся по лестнице, так что смог там стоять только в полу приседе — упираясь плечами в доски, к которым был прибит пень маскирующий выход.

— А-А-А … — Вырвалось из его груди, когда мальчишка со всех сил начал выпрямлять ноги.

В его глазах закружились в нелепом хороводе звёздочки: в груди как будто что-то оборвалось — прострелив болью; но крышка поддалась. Она резко пошла вверх — от чего мальчишка чуть не упал, и с дрожью в руках он всё-таки одолел эту тяжесть — откинул крышку и, пошатываясь, вышел из подземелья на чистый, девственно белый снег, предварительно погасив фитиль своего светильника. Уже вечерело, поэтому огонёк мог сослужить плохую службу — выдав его присутствие раньше времени. Вернув на место пень (который благодаря хитроумному устройству состоящему из противовесов и прочих механизмов в открытом состоянии не касался земли): мальчишка побрёл в направлении противоположном от лагеря русских. С неба обильно падал снег и дул порывистый ветер, — который должен был быстро замести все следы оставляемые маленьким человечком.

Оливер сделал приличный крюк — чтобы московиты не смогли сами разобраться, откуда он к ним пришёл. И парнишка начал сожалеть о том, что подобно зайцу слишком увлёкся запутыванием своих следов — ходьба по сугробам сильно вымотала его. Усугубляло ситуацию то, что снегопад усиливался, затрудняя возможность ориентироваться на местности. А это со сгущающейся темнотой, в свою очередь повышало шансы заблудиться.

— В пору хоть кричи, чтобы привлечь внимание проклятых Московитов. — С ужасом подумал Оливер, поняв, что больше не уверен в том, что движется в нужном направлении.

Юноша уже набрал в лёгкие воздуха, собираясь призывать, кого ни будь на помощь. Но увиденное заставило его только зашипеть: скорчить испуганную гримасу и в ужасе попятиться назад. Неизвестно откуда, перед подростком возникла абсолютно белая фигура с нелепой большой белой головой и грозно что-то проговорила на непонятном языке. В руках у этого чудовища было какое-то неизвестное оружие, — которое было направлено в грудь мальчишке. Юный Ардвидссон ни на йоту не усомнился, что это было колдовское оружие «белого демона» и отрок перестав пятиться, обречённо ждал, когда оно заберёт его душу. Он даже зажмурил глаза — готовясь к этому ужасному моменту. Но ничего страшного не происходило: только кто-то, приблизившись к нему — крепко взял за руку и уже спокойно о чем-то заговорил. Оливер открыл глаза — перед ним стояло уже три демона. Один держал его и о чём-то говорил с двумя своими товарищами, — которые даже во время беседы, внимательно осматривались по сторонам. Вскоре они пришли к единому решению и один из них — самый низкий одел лыжи: и связав пленника неспешно повёл его за собой.

Вскоре показались огни военного лагеря и путники, выйдя на утоптанную тропу, направились по ней к нему. Так они миновали дозорных, которые закутавшись в тулупы, прохаживались вокруг стана. Поравнявшись с Ардвидссоном, о чём-то переговаривались с его конвоиром и с интересом поглядывали в след этой паре. Вскоре, они шли по лагерю, мимо костров, возле которых грелись солдаты-оккупанты, некоторые из которых, повернувшись, провожали идущих взглядом, на время, прекращая свои разговоры. Так они подошли к какой-то землянке, в которой был один человек — сидящий за столом и устало посмотревший на вошедших людей красными от недосыпа глазами.

Выслушав доклад конвоира приведшего к нему задержанного, командир демонов что-то ответил и кивнул на один из четырёх свободных топчанов — куда и был усажен Оливер. То, что это был командир колдунов, можно было не сомневаться — они отчитывались перед ним как перед старшим, на нём была такая же белая одежда, рядом на столе лежало уже знакомое мальчишке оружие и белый шлем. Правда, лицо у сидевшего мужчины было вполне человеческое, даже без бороды, — которую мальчишка ожидал увидеть у русского мага. Конвоир — доставивший мальчика в лагерь, тоже снял свою вязаную маску, и тоже оказался вполне нормальным и даже весьма добрым человеком. Это стало понятно после того, как он что-то крикнул, выглянув за двери жилища: больше похожего на медвежью берлогу (тем, что было выкопано в земле). Затем по-кошачьи мягко подойдя к Оливеру, извлёк из своего мешка, — весящего за спиной что-то завёрнутое в шелестящую упаковку, немного развернул и протянул это угощение мальчишке. Так как речи друг друга они не понимали, то «Белый Демон» жестами объяснил, что это можно кушать. И одобрительно закивал, когда юный Ардвидссон, несмело откусил небольшой кусочек от предложенного ему угощения…

Всё «закрутилось», когда в землянку пришёл толмач, благодаря которому, хозяева землянки смогли начать общаться со своим гостем и узнали о цели прибытия Оливера в их лагерь. При этом особенно оживился мужчина — хозяин землянки и приказал первым делом, как следует накормить дорогого гостя. Он на самом деле оказался командиром колдунов, — которые называли себя охотниками (егерями) и звали его Юрием Витальевичем: добродушного егеря доставившего Ардвидссона к своему начальнику звали странным именем «Дядя Тимофей».

Переговоры начались с требования Ардвидссона, о предоставлении гарантий безопасности его семье и это было принято русскими как само собой разумеющиеся условие. После чего, люди в белом, подробно расспрашивали мальчишку: мол, сможет ли он показать, где в Нарве находятся казармы; где живёт комендант; где расположен арсенал и как попасть в казематы крепостных укреплений. А под конец их беседы произошло то, чего не ожидал Оливер — в землянке появился русский царь. Он оказался высоким, крепким мужчиной, который прямо с порога громко и задорно всех поприветствовал — мгновенно став центром всеобщего внимания. Юноша как заворожённый наблюдал за этим исполином: а встречаясь с ним взглядом — мгновенно опускал свой взгляд. И только поэтому Оливер заметил, что русский самодержец имеет непропорционально маленький размер ступни. Царь в свою очередь, каждый раз глядя на мальца с забавно вымазанной в шоколад мордашкой (парнишка только что доел угощение), расплывался в широкой улыбке. Затем подойдя к мальчугану, присел рядом с Ардвидссоном, расспросил Оливера о семье, о жизни и быте города. После чего, правитель Московии пожелал ему удачи и, утратив к нему всякий интерес, снова начал что-то обсуждать с командиром егерей.