Забирая жизни. Трилогия (СИ) - Бец Вячеслав

– А давайте их замочим? – он с азартом выдал результат своих размышлений.

Андрей поперхнулся водой из фляги. Вурц изумленно уставился на него.

– Ты что, с ума сошел? – откашлявшись, просипел Андрей.

– Ну а чё? Посмотри на них – они ж тебя пырнут в подворотне при первом же удобном случае. Во, гляди, как зырят. Я предлагаю не ждать, а валить их первыми.

Из‑за того, что Вурц лишь сокрушительно качал головой, а Андрею требовалось откашляться, возникла непродолжительная пауза.

– Толя, мы в чужом городе, тут на каждом углу патрули, кто его знает чем все это обернется. Не нужно опрометчивых решений, – ответил, наконец, Андрей.

Черенко разочарованно пожал плечами.

– Как хочешь, но если нас застигнут врасплох – я предупреждал.

Появился старичок с едой и обсуждение прекратили. Пока ели к вопросу с «волками» больше не возвращались, но после этого к нему неожиданно вернулся сам хозяин «Феерии».

– Ну что, договор в силе? – поинтересовался он, забирая посуду.

– Да, рассказывайте, – подтвердил Андрей, откинувшись на ветхом стуле и рискуя растянуться на полу.

– Есть у меня три постояльца, с которыми у меня постоянно проблемы. Я хочу, чтобы их тут не было. Желательно, чтобы они умерли.

– Ого, – изумился Вурц. – Какие же проблемы они вам создают, что их надо убить?

– Не платят, позорят заведение, угрожают.

Услышав ответ, Вурц чуть было не поперхнулся. Хозяин заведения с названием «Феерия», которое находилось в самой настоящей дыре этого мира, и реально дырой же и являлось, рассказывал, что его заведение позорят. Куда уж дальше?

– Почему вы не обратитесь к патрульным? Раз такое дело – их вышвырнут из города.

– Вот именно – вышвырнут. Потом они вернутся и убьют меня – это они мне уже пообещали.

– В смысле убьют? Патрульные им дадут это сделать?

– Ну, дадут или не дадут… но я не хочу рисковать своей жизнью, чтобы это выяснить, – покачал головой хозяин.

Возникла пауза во время которой Черенко всячески силился обратить на себя внимание Андрея, но поскольку парень боковым зрением видел его усилия, то старался максимально игнорировать Толю. Пока Андрей думал, Вурц решил задать ещё один вопрос.

– А что у вас тут делают с убийцами?

– Мне‑то какая разница, если я буду в могиле? – сразу ответил хозяин.

– Э‑э, я имел в виду чем это нам грозит? – поправился Вурц.

– За это не волнуйтесь, – тихо ответил хозяин. – Обычные драки здесь случаются постоянно и никого не привлекают, а если в результате драки обнаружатся несколько трупов – главное, чтобы они не были гражданами «Нового порядка». Самозащита у нас не запрещена. Главное, чтобы у вас свидетели были, а для этого есть я.

– Ну и нравы, – вздохнул Андрей. – Ладно, а почему вы обращаетесь к нам? Вон тут сколько народу – любой может взяться за такое.

– Резонно. Просто вы были первыми, кому понадобились скидки, вот я и подумал…Но если вы отказываетесь – я все понимаю…

– Мы ещё не отказались, – торопливо заявил Толя, чем, наконец, заставил командира взглянуть на него.

– Допустим, мы согласимся, – медленно сказал Андрей, и Вурц посмотрел на него с разочарованием, – но о ком речь?

– Вон о той троице.

Старик легким кивком головы показал в сторону «волков». Толик низко опустил голову, чтобы посторонние не заметили широкой самодовольной улыбки, больше похожей на оскал, которая появилась на его лице. Вурц был в замешательстве, Андрей хоть и вымученно, но тоже улыбнулся, качая головой. Все трое при этом не проронили ни звука.

До этого момента предложение звучало дико, и Андрей ни за что на него бы не согласился. Однако Черенко был прав, говоря об угрозе со стороны «волков». Если они хотят остаться здесь и спокойно делать своё дело, то с бандитами, так или иначе, придётся разобраться. И раз обстоятельства вынуждают принять превентивные меры, то предложение и возможная помощь хозяина «Феерии» будут как нельзя кстати.

– Так что? По рукам? – нетерпеливо спросил хозяин.

– Да, – внезапно за всех ответил Толик. – Мы всё сделаем.

Вурц бросил на него растерянный взгляд. Было в этом взгляде и недовольство, но в тот момент никто не обратил внимания на тонкости выражения эмоций Вурца.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Отлично, – довольно улыбаясь, хозяин поспешил к другому столику, откуда его уже несколько раз звали.

– Больше не принимай решений за меня, – отчитал Толю Андрей, когда хозяин удалился.

– Не буду, – быстро пообещал Толя.

Троица впала в задумчивость. Впервые в жизни Андрею нужно было хладнокровно спланировать и осуществить убийство. Хлесткое «да» Черенко подействовало, словно заклинание, моментально увеличив выработку адреналина, будто в драку нужно было вступать немедленно. Андрея даже немного затрясло, и он не без волнения боролся с собой. Вурц был не в восторге от перспективы ножевой схватки, в которой он и без того не сомневался, но старался этого не выказывать. Один Толик сиял, как медный таз.

– В следующий раз в таких делах – слушайтесь меня. Я глупости не посоветую, – поучал он.

– Конечно, – процедил Вурц. – Я помню: пейте, друзья, такого хорошего самогона вы в жизни не пробовали! Я потом чуть кишки не выблевал.

Он напомнил об одной из попоек в «Убежище», когда Толик притащил откуда‑то три трехлитровые банки мутного самогона и радушно угощал им всех желающих, приговаривая какой‑де хороший самогон он добыл. В результате взвод, как боевая единица, перестал существовать на два дня из‑за сильного отравления, а Андрей лично получил суровую выволочку от полковника, и добротную порцию моральных унижений от Родионова.

– Все ошибаются, – невозмутимо отрезал Толик и сразу же перевел разговор. – Так что будем делать? И когда?

– Ты нас подписал – ты и предлагай. Я до сих пор не могу принять, что стану убийцей, – ответил Андрей.

Несмотря на то, что слова выражали его внутренние колебания, сказал их Андрей достаточно спокойно.

– Чё за бред? А раньше ты не убивал, что ли?

– Убивал, но это была честная борьба или самозащита.

– Сейчас это тоже не убийство. Ты сам знаешь. Эти чмошники завалят тебя и на костях станцуют. Это знаешь что… э‑э… превентивная самозащита, во!

– Ну нихрена ж себе ты завернул! – очнулся от задумчивости Вурц. – Где научился? У Бернштейна?

– Так, малолетка, перестань подкалывать старших, а не то зубы выбью, – добродушно пробасил Толик.

Вурц заулыбался, явно не желая расставаться со своими зубами, которыми он гордился и которые и без того пострадали от Кати. Шутливая атмосфера немного отвлекла от тяжелых мыслей. Совсем чуть‑чуть.

– Есть два варианта, – тихо продолжил Черенко, – мы их подначим, выведем на улицу и там порешим. И второй – последим за ними немного, а вечером поймаем со спущенными штанами и дальше смотри пункт первый.

– Давайте не будем хотя бы опускаться до их уровня. Раз уж мы приняли решение – давайте драться честно, – заявил Андрей.

На него устремились две пары выкатывающихся из орбит глаз.

– Кажется, кому‑то надо измерить температуру, – шутливо бросил Вурц.

Черенко молчал, сверля Андрея взглядом, полным непонимания. Пока он мучительно подбирал наименее оскорбительные слова, Вурц, для которого этот день с самого начала был «изумительным», и, судя по всему, меняться не собирался, продолжил.

– Командир, я тебя очень уважаю, но что за бред? Они бы с нами так не игрались. Наоборот, искали бы любую возможность сделать все поподлее. А мы что? В рыцарей будем играть? А если кого‑нибудь из нас из‑за этого убьют?

Вурц был прав, и Андрей понимал это, но не мог смириться с мыслью, что станет подлым беспринципным убийцей. Если он это сделает, то опустится до уровня «волков», которых презирал, и перестанет себя уважать. Он верил в свои силы, верил, что они победят, так что уж лучше он рискнет схватиться с врагом в честном бою один на один, чем станет говнюком, трусливо убивающим в спину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Не я предложил их валить. Раньше ты молчал, когда я говорил, что лучше в это не лезть, значит, теперь тоже молчи. Когда начнет темнеть – выманим их на улицу, а там – по обстоятельствам.