уДачный отпуск - Маргарита Южина

– А почему ему не предлагают операцию? Почему врачи бездействуют, если такой тяжелый диагноз? И как это он протянул целых два года, если со своим смертельным диагнозом умудрился не попасть ни к одному врачу? Тут что-то непонятное. Приводи его ко мне в кабинет, мы пройдем все анализы, сделаем…

– Не получится, – вздохнула Аня. – Он ничего не знает о летальном исходе… И потом… у него мать, она такая деятельная женщина! И уж она-то так просто не смирилась бы, но уж если Вера Павловна руки опустила… Может, она просто не хочет его мучить?

– М-да… ну и рассуждения у вас… Вот черт, и я завтра на семинары еду, приеду только через месяц…

– Но что делать-то?! – в отчаянии воскликнула Аня. – Я не могу вот так ходить и ждать!

– Н-ну-у… Во-первых, успокоиться, – спокойным, мягким голосом проговорила Ольга. – Кто-то что-то слышал, кто-то что-то сказал! Сама ведь говоришь: обещали месяц, а парень уже два года… И потом, я при-еду – и никаких тайн! Потащу его по всем врачам уже сама. Если нужна операция – сделаем, если что-то другое понадобится, постараемся помочь, так что – продержитесь месяц.

– Да? – всхлипнула Аня. Она только сейчас поняла, насколько все серьезно. – Оля, а что мне месяц… как его держать?

Оля минутку подумала, а потом просто выдала:

– Знаешь, люби его. Говорят, любовь чудеса вытворяет.

– Нет, Оля, ты все неправильно поняла… – смутилась Аня. – Это мы раньше друг друга любили, а теперь… нет, я никак не могу… Он, конечно, может, и рад был бы… а может, и не рад, но я…

– Погуляй с ним, – не слушала ее Оля. – Подними ему настроение, поболтайте, вспомните что-нибудь. Положительные эмоции еще никому не мешали. И еще: хорошо бы его что-нибудь здесь держало. У него дети есть?

– Нет, детей нет, – прилежно доложила Аня и тут испуганно затараторила: – Но вот детей я точно не могу! Ну куда мне дети-то! Ему-то, может, и надо, а я…

– Это плохо, что детей нет… – задумчиво проговорила Оля. – Тогда тебе необходимо чем-то его заинтересовать. У него есть хобби?

– Хобби? – Аня на минутку задумалась. – Наверное… он у компьютера пропадает все время.

– Нет, с компьютером здоровья не наживешь. Узнай, что его еще интересует, ну и… поддержи. Сама этим заинтересуйся. Увлеченного человека многое на земле держит.

– Хорошо, – охотно согласилась Аня. – Я его завтра же заинтересую… мы марки будем собирать, нормально?

Ольга хихикнула, а потом принялась советовать:

– Ты постарайся, чтобы он сам тебе что-нибудь рассказывал. Вот и узнаешь, что ему нравится.

– Хорошо, а потом… можно, я завтра вечером позвоню – отчитаюсь о его здоровье?

– Даже нужно, – проговорила Ольга и добавила: – Только сама не паникуй.

После разговора с Олей Ане заметно полегчало. Все совершенно нормально – завтра она… черт, как же с Сонькой быть? Если с ними на прогулку увяжется, никакого спокойствия не получится – начнет кудахтать «Савушка-Савушка», а Даньке это неприятно, Аня же видела. И как от нее отделаться? Ничего, утро вечера мудренее, завтра что-нибудь придумается.

Утром она встала с чувством тревоги. Еще глаза не раскрыла, а какое-то неясное беспокойство почувствовала.

– Предчувствие, что ли? – испугалась она. – Неужели с Жорой?

Но тут же вспомнила вчерашний звонок Ольге – своей только что обретенной сестре, – и все встало на места.

– Данька… – вздохнула Аня. – Нам с ним надо продержаться месяц. Если б он еще помогал мне…

Она полезла под душ, а после сразу же поставила бигуди в маленькой старенькой кастрюльке. Сегодня надо быть красивой, чтобы Данька не вздумал отказаться пойти с ней на прогулку.

– Черт… – бубнила она себе под нос. – И как гулять? Как собачку его выводить, что ли? Или как влюбленным первоклашкам – за ручку по городу таскаться? Вот Сонька-то увидит, она ручки-то нам повыдергивает, обоим.

Все же Аня накрутилась и встала к гладильной доске приводить в порядок свое самое любимое платье – такое простенькое на первый взгляд, но очень дорогое и стильное – на все последующие взгляды.

Прогулка была намечена на вечер, а потому целый день у Ани был свободен, и она уселась к телефону.

– Ань, ты, да? – спросил в трубке чуть глуховатый, самый дорогой на свете голос. – А я тебе вчера звонил, звонил…

– А… мы ж с тобой говорили, – напомнила ему Аня. – Ты был немного пьян, да? Не помнишь?

– Ой, Анют, вчера пришлось с компаньонами посидеть, ну никак на трезвую голову контракты подписывать не хотели, заразы такие… – честно признался Георгий. – И как только люди столько пьют? С ума сойти…

– Жор, я… ты когда домой – в Питер? – спросила Аня, горько осознавая, что, вероятно, и через две недели ей не удастся вырваться в Санкт-Петербург.

Это был крах, провал всей ее прежней жизни: кто будет ждать ее на фабрике столько времени? Но и бросить Даньку она не могла. Ольга со своих семинаров вернется только через месяц, она вчера сама сказала, а кому еще нужен Данька? Его даже собственная жена не любит! И мать… Любит, конечно, но… она же тоже не всемогущая! И что получается? Анечка остается, порхает возле Даньки, спасает его, а в финале – Сонечка имеет здорового мужа, а она сама – покореженную судьбу и брошенного Жору? Нет!

– Анют! Эй, ты спишь, что ли? – пытался докричаться до нее Георгий. – Ты где?

– Я здесь, Жора, здесь, но… как только приедешь домой, я сразу же, в этот же день вылетаю! – быстро и пылко заговорила Аня. – Нет, Жор, даже не так, не так. Ты только позвонишь мне и скажешь, когда прилетает твой самолет, а я уже в Питере тебя встречать буду! Прямо в аэропорту! С цветами!

– Ну… чего уж и с цветами… – засмущался Георгий. – Я и сам тебе цветы привезу.

– Да! Правильно! – обрадовалась Аня. – Лучше ты мне! Правильно, это же я женщина, а не ты, а я тебе… я тебе… вот все, что хочешь, только приезжай скорее, а?

– Так я тебе и говорю! Я б и сам рад! Хоть прямо пешком беги! – яростно заскрипел зубами Георгий. – Уже тоже… и измучился без тебя, и соскучился… Но вот эти дела…

– Жора! А у меня здесь тоже… дела… друг болеет, – решилась поделиться Аня. И быстро пояснила: – Он такой друг, настоящий, никакой не любимый, он муж моей подруги, моей самой близкой подруги. И вот – неизлечимая болезнь сердца. Так что… сегодня мне бы надо с ним на процедуры сходить, нам врач знакомая сказала, можно?

Георгий все понял правильно.

– Заяц, ну какие вопросы. Надо – значит надо, тем более, если непорядок с сердцем. Это я тебе по секрету скажу: он и умереть может, да. Конечно, можно.

– Жорка! – взвизгнула Аня. – Ты у меня такой… такой умница – ну прямо все понимаешь!

– А чего непонятного… у меня вот тоже… одна тут… сердечница… и ведь не бросишь на верную гибель, правильно же?