Чужой силуэт - Владимир Григорьевич Колычев

кивнул и надел браслеты, не заламывая руки назад. Обыскал, но оружия не нашел.

– А мне сказали, у тебя здесь друг, – усмехнулся Круча, глянув на девушку, которая с интересом смотрела на него.

– Друг за пивом пошел! – сказала она.

– Значит, все-таки друг… А этот друг давно у вас?

– Гриша, что ли?..

– Ночевал у вас?

– Да нет, часа два как подъехал. Дела у них с Олегом.

– Эти? – Степан щелкнул по горлу.

– Теперь, получается, да! – усмехнулась девушка.

– Любаня, шла бы ты!.. – скривился Грыжа.

Девушка надула губы, но из кухни вышла. Удерживать Степан ее не стал, а зачем? Он уже выяснил, что нужно, алиби у Грыжи, похоже, нет, а с кем он там живет, с другом или с подругой, это уже пусть в камере выясняют. Кому нужно.

– Ну что, погнали, герой дня?

Степан поднял руку, сжав ладонь в кулак, как будто собирался схватить Грыжу за шкирку. Но тот поднялся сам.

– Куда?

– В Черемушки!

– Зачем в Черемушки? – Грыжа удивился, но голос даже не дрогнул.

– А ты не знаешь?

Бандита вывели из дома, посадили в машину, а Олег так и не появился.

– А Олег с тобой был? – спросил Степан, не зная, уезжать или нет.

Вдруг они сейчас подельника или даже убийцу здесь оставляют? Может, не стоит торопиться?

– Где был?

– А чем ты сегодня ночью занимался?

– А чем нормальные люди по ночам занимаются? Спал!

– Ну да, сном от тебя как из пивной несет! – Кулик помахал перед носом ладонью.

Перегаром от Грыжи несло неслабо.

– Так вмазали с Олежей!.. Вчера с пацанами, а сейчас вот с ним… Но сейчас бы пивка!..

– С пацанами вы сегодня ночью Белокрылова мочили.

– Мы?! Белокрылова?!. Ты че, начальник, с дуба рухнул?

– Не мочили?

– Нет, конечно!

– Но где он живет, знаешь?

– Белокрылов?.. – задумался Грыжа. И вдруг спохватился: – А кто это?

– Поехали! – засмеялся Круча, включая первую скорость.

– Пивка, говоришь? – хмыкнул Кулик, кулаком хлопнув по ладони. – Почечное будешь?

– Да не убивал я никого!

– Это ты после пивка скажешь! – предрек Саня.

– Как Сафрон к тебе приходил, скажешь. Как про Черемушки говорил… Кого вы там в Черемушках должны были замочить?

– Да не замочить!

– А что?

– Да чисто психическая атака!.. Белокрылову на нервы действовать, как будто мы всегда рядом. Ну чтобы боялся!

– Испугался?

– Да не было нас там!.. Сафрон понял, что спалился… Понял, когда вы тогда в сауну подъехали. И сказал, что не надо ничего предпринимать.

– Но вы все равно поехали и убили?

– Да не убивали мы никого!

– А тебя не удивляет, что Белокрылова убили?

– Э-э… А я должен был за голову схватиться? Ой-ой! Как же мне теперь жить, Белокрылова убили!.. Давайте без этих заморочек! И вообще, я требую адвоката!

– Может, лучше явку с повинной? – спросил Кулик.

– Все, ни слова больше!

– А где твои пацаны, скажешь? Кальян, Витамин, кто еще там?

– Только в присутствии адвоката!

– Ну смотри…

По пути в отделение Степан свернул к гаражному кооперативу, остановился у закрытых ворот. Сторож не выходил, но этого и не требовалось.

– Куда это мы? – нервно спросил Грыжа.

– Зона беспредела. Адвокатам въезд категорически запрещен… Саня, ты тиски починил? – спросил Степан.

– Только нижние, – подыграл ему Кулик. – Яйца зажимать.

– Ничего, начнем с яиц.

– Эй, может, хватит?

– Мы тебя не слышим. Без адвоката.

– У Кальяна Витамин, там они, отсыпаются!

– После Черемушек?

– Да не было нас там!

Грыжа назвал адрес, Степан позвонил в отделение и велел готовить группу захвата – в распоряжение старшего лейтенанта Зарникова, будет ему как дембельский аккорд. Сам за Кальяном и Витамином не поехал. Во-первых, времени нет, а во-вторых, Грыжа у них уже в руках, а значит, его дружки никуда не денутся.

Глава 5

Три дня день рождения друга праздновали, умаялись, бедные, вчера даже до полуночи не дотянули. Посидели, выпили, Грыжа вспомнил, что завтра с утра Олегу помочь надо, лег спать. Кальян предложил девочек вызвать, но сам же себя и отговорил. И он завалился спать, и Витамин. Вроде такая картина складывалась, но как оно на самом деле было?

Бандитов доставили в отдел, допросили, развели по камерам. Подъехал Комов, какой-то озадаченный, весь в себе.

– Ты не влюбился? – спросил Степан, внимательно глядя на него.

– С чего ты взял? – встрепенулся Федот и посмотрел так, как будто его взяли с поличным. Косо посмотрел, настороженно, вопросительно.

– Красивая?

– Кто?

– Любовница!

– Да какая она мне…

– Да не тебе, балда, Белокрылову!

– А-а…

Федот немного подумал, сунул руку во внутренний карман пиджака, достал фотографию русоволосой красотки с невероятными глазами.

Степан смотрел всего лишь на фотографию, но уже почувствовал силу ее притяжения.

– Ну как?

– А фотография зачем? Подозреваешь… Как ее?

Степан глянул на оборот снимка, но там чисто, ни слова не написано.

– Дарьяна… Но я ее не подозреваю.

– Ангелочек, чистая душа? – рассматривая девушку на фотографии, спросил Круча.

– Да дело даже в не в этом!

– А в чем?

– Зачем Дарьяне убивать Белокрылова?.. Жена к нему вернулась, да, но это тесть настоял. А тестю сейчас нельзя перечить. Тем более что Белокрылов и не собирался сходиться с женой, с Дарьяной жил, на ней жениться думал… Зачем ей убивать?

– Ну да, ну да.

– И замок там в двери взломан, отмычкой открыли, криминалист подтвердил. Белокрылов услышал, поднялся, вышел в коридор, а взломщики уже там. Бах-бах, и в дамки!

– А Дарьяна не слышала?

– Никто не слышал, ни соседи, никто. Пистолет с глушителем был… Не проснулась она, потому что спала крепко, снотворное на ночь приняла. Утром только смогла проснуться… Да по ней видно было, что под снотворным. Нервничает, говорит, переживает, что Белокрылова заставляют… заставляли с женой жить… Они уже платье свадебное заказывать хотели, а тут это…

– И Сафрон на Белокрылова наехал, и тесть свинью подложил, – подытожил Степан.

– Нельзя так о покойной! – совершенно всерьез, без тени юмора, поправил его Федот.

Степан долго смотрел на него, но Комов этого как будто не замечал. Похоже, он с головой ушел в свои мысли… о прекрасном. Может, не понял, что свинья – в переносном смысле?

Открылась дверь, Лозовой сначала зашел в кабинет, затем уже спросил:

– Разрешите!

– Где Кулик?

– Тиски отмывает… – улыбнулся Рома.

Но Комов даже не попытался понять, о чем речь.

– Когда Белокрылова убили? – спросил Степан.

Комов даже ухом не повел, погружался все глубже и глубже в себя.

– Федот!

Комов дернулся, как будто над самым ухом выстрелили.

– В районе четырех утра, – не переспрашивая, сразу сказал он.

– Дарьяна в это время спала?

– Да.