После флота - Александр Витальевич Лоза

обшарпанный общественный транспорт не украшал улиц. В январе состоялся первый концерт группы «Ленинград» Шнурова в «Арт-клинике». Месяц летел за месяцем… В начале мая новостные каналы захлебнулись криками – «Захват «Авроры»! А дело было так. Группа молодых людей из анархистов и нацболов под видом туристов прошла на легендарный крейсер, и пока несколько человек отвлекали дежурных матросов, два парня и девушка забрались на мачту и развернули пиратский флаг. На берегу их криками поддерживали соратники Лимонова. В течение пяти часов спасатели и психологи пытались снять «захватчиков» сверху. Газеты писали, что большинство участников этой скандальной выходки отделались штрафами. Как говорится, каждый выражается как может! На сцене Мюзик-холла состоялся творческий вечер Пожлакова в юбилейной программе «Ребята 70-й широты».

В августе после многолетней реставрации сняли леса и открыли храм Спаса на Крови. А в середине августа 1997 года наш город потрясло убийство вице-губернатора, главы Комитета по управлению городским имуществом Маневича. Это был видный экономист и политический деятель занимавшийся разработкой законодательства по приватизации, государственных программ приватизации, реформой жилищно-коммунального хозяйства на федеральном уровне. Он был идеологом концепции управления недвижимостью города, согласно которой должны устанавливаться единые для всех правила игры. Маневич был убит утром, когда в служебном автомобиле ехал на работу. Как потом выяснилось, снайпер стрелял из слухового окна чердака дома напротив из автомата с оптическим прицелом. Киллер получал данные о передвижении вице-губернатора по рации. Это было громкое убийство того тревожного времени. Первое убийство в новой России такого высокопоставленного чиновника. Оно вызвало шок! Официально заказчиков и убийцу так и не нашли.

В городе ходили разговоры, что убийство было связано с совершавшимися в Комитете управления государственным имуществом при Собчаке дичайшими махинациями по фактическому расхищению государственной собственности под видом приватизации. Возможно, и так…

У меня проект чередовался за проектом. В городе росло число ресторанов. По обе стороны Невского открывались заведения, не отставала Петроградская сторона и Васильевский остров. Ресторанов открывалось много, и часто их хозяева были людьми весьма своеобразными. Мне запомнился хозяин ресторана, названного в честь героя Отечественной войны 1812 года, что был открыт на улице Чайковского. Его владелец чеченец расплачивался со мной за поставленное оборудование наличными американскими долларами. Ящики его стола были набиты пачками «зеленых». Он, как говорили, был связан с Грозненской нефтянкой… Такого количества долларов я не видел ни до ни после… Он доставал пачку, распечатывал ее, доллары пахли краской, словно их отпечатали вчера где-нибудь на Монетном дворе Заячьего острова. Возможно, так и было. Времена были такие.

Или вот еще пример. В полуподвале здания на Малой Конюшенной строился ресторан, названный в честь легендарного рыцарского замка короля Артура и его «рыцарей круглого стола». Я поставлял туда оборудование и часто общался с хозяином, который ходил в ковбойских сапогах со шпорами, в кожаном жилете со свисающей бахромой из кожаных полосок и в кожаной американской шляпе, а длинные волосы убирал в узел на затылке. Колоритная личность, чем не истинный «американец».

В центре нашего интеллигентного города, на Невском, неподалеку от Дома журналистов, открылся ресторан в гангстерско-бандитском американском стиле. Жареное мясо в меню называлось «Отбивная по ребрам», а коктейль из крепких напитков – «Контрольный выстрел» и дальше все в том же духе. Запомнился интерьер зала – на одной из стен нарисована американская улица с небоскребами, по которой мчится полицейская машина с включенными фарами. Передняя часть автомобиля 30-х годов торчала из стены, отрезанная по лобовое стекло, и у нее светились фары. Эффект был необычный. Да, вот так, гангстерский ресторан в центр нашего интеллигентного города на Неве – такие интересные были времена…

Были и другие рестораны, куда я поставлял оборудование, но за давностью лет они не зацепились в памяти. Вся страна в то время была пропитана американизмами: рекламные растяжки над Невским на английском языке, названия магазинов – на английском, фильмы – американские, валюта в стране – «зеленая» американская, обменные пункты на каждом углу…

В начале августа в стране стала проводиться так называемая деноминация – изменение нарицательной стоимости денежных знаков, и вышел указ президента об укрупнении российских денежных единиц и замене обращающихся рублей на новые по соотношению тысяча рублей в деньгах старого образца на один рубль в новых деньгах. Таким образом, изменился масштаб цен в тысячу раз. Конечно, когда ценники были с множеством нулей, это было неудобно. Освобождение денег от нулей говорило гражданам, что скачков инфляции больше не будет, что экономика будет расти, а значит и благосостояние тоже. Деноминацию планировали провести плавно, в течение нескольких лет. Конечно, наши люди боялись. Они привыкли, что любой обмен это попытка отобрать у них накопления, но деноминация прошла спокойно. Правда, он не спасла страну от дефолта 1998 года.

На телеэкране в ночь на Новый 1998 год шел понравившийся зрителям музыкальный телефильм «Старые песни о главном 3», стилизованный под популярную комедию «Иван Васильевич меняет профессию» с прекрасными артистами: Яковлевым, Куравлевым, Пуговкиным, Леонтьевым, Булановой, Мазаевым, Буйновым и другими… Мы, как и миллионы зрителей Первого канала, посмотрели его с удовольствием.

1998 год начался с показа первых серий сериала «Улицы разбитых фонарей». Людям надоели западные сериалы типа «Санта-Барбара» и «Крутого Уокера», поэтому рейтинги нашего сериала зашкаливали. Тогда же прошла премьера «Сибирского цирюльника» Михалкова. Но 1998 год навечно останется в памяти связанным с коротким словечком – «дефолт». Первым банкротством современного российского капитализма. Доля бартерных операций по стране достигла пятидесяти процентов… происходил колоссальный спад в экономике, но наш с хозяином бизнес по поставкам теплового, холодильного и обрабатывающего оборудования на кухни ресторанов, кафе и столовых разворачивался и расширялся.

В начале марта 1998 года мы с хозяином поехали в Финляндию на выставку «Гастро 1998». Это крупнейшая в Европе международная гастрономическая выставка. Цель была конкретная: найти и лично познакомиться с возможными иностранными партнерами по поставкам нам ресторанного оборудования.

Первый раз я попал в Хельсинки еще в 1996 году, в апреле месяце во время моей первой заграничной командировки. Вспомнилось когда-то прочитанное о Хельсинки – Белая столица севера. После нескольких посещений ближайшего к городу на Неве финского соседа я никак не мог привыкнуть к аккуратности, чистоте общественного транспорта – трамваев. Вот и теперь на выставку «Гастро 1998» мы ездили электричкой. Блеск краски, поразительная чистота, стеклянные раздвижные двери, удобство и комфорт! В сравнении с нашими грязными, обшарпанными, с разодранными сиденьями и облупленной краской вагонами пригородных электричек, этот финский электропоезд казался самолетом. Выставка – шумная, многоголосая, яркая – произвела впечатление. Мы договорились с несколькими компаниями о совместной деятельности.