Маскарад - Патрисия Финней

Граф Лестер отправился в замок вместе нами, чтобы лично доложить королеве о подробностях происшествия. Он решительно шагал впереди, не произнося ни единого слова.

Королева была в своих апартаментах. Она была полуодета и лишь накинула на плечи меховую накидку.

Ее Величество жестом отослала фрейлин, а мне кивком головы приказала остаться. Опустившись на пуфик у ног леди Хелен, которая шила у огня, я принялась отчаянно зевать, потому что было очень поздно. Едва успевая прикрывать рот ладонью, я изо всех сил старалась не пропустить ни слова из беседы графа и королевы. Она так хотела.

— Ваше Величество, — сказал граф Лестер. — Я пришел доложить, что ваш протеже ранен, но, слава Богу, не смертельно.

Королева прижала руку к груди и облегченно вздохнула.

— А его родители с ним? Они знают, что случилось? — спросила она.

Граф покачал головой.

— Цыганенок сирота. Ему покровительствует мистер Соммерс.

Королева взяла кошель и открыла его.

— Пусть о нем позаботятся как следует…

— Я уже все устроил, Ваше Величество, — вставил граф. — Мой личный врач будет постоянно навещать его, пока мальчик окончательно не поправится.

Королева задумчиво покачала головой.

— Робин, дорогой, как это могло произойти! Ведь ребенок мог погибнуть! — в ее голосе сквозила печаль и нежность.

Граф Лестер встал перед королевой на колени и взял ее руки в свои.

— Ваше Величество, я в отчаянии! Столько происшествий за один день!

— Как вы думаете, Робин, — спросила королева, — может, и вправду это проклятие?

Граф покачал головой и решительно заявил:

— У меня нет времени на всякие суеверия! Нет, и еще раз нет! Будьте уверены, Элизабет, я камня на камне не оставлю, но докопаюсь до истины! — он поцеловал королеве руку и с озабоченным и усталым видом удалился.

Мне его стало даже немного жаль, хотя граф не обратил на меня ни малейшего внимания.

Королева сделала знак леди Хелен.

— Я бы хотела выпить поссет, чтобы поскорее уснуть, — сказала она. — Проследите, чтобы как следует смешали горячее молоко, эль, вино и добавили побольше ароматных специй. Леди Грейс поможет мне снять корсет.

Это была великая честь — только Смотрительница Королевской Спальни имеет право помогать королеве раздеваться.

Леди Хелен удивленно вскинула брови — обычно это меня отсылали за поссетом для королевы, — но, кивнув, удалилась — возможно, решив, что королева проявляет ко мне такое великодушие из-за моей больной лодыжки.

Едва леди Хелен вышла, как королева подозвала меня к себе.

— Ну что, дорогая Грейс, — сказала она, — что ты об этом думаешь? Что говорят акробаты? — Ее Величество не сомневалась, что я постараюсь увидеться с Мазу. Собственно для этого она меня к ним и отправляла.

— Они говорят, что мастер фейерверков был пьян и всю ночь провалялся в кустах. Граф его уже уволил, — ответила я.

Королева кивнула.

— Это правильное решение, — она опустила глаза, нахмурилась и покачала головой. — Но я совершенно ничего не понимаю! Милый Робин так всегда осторожен! Он проверяет каждую мелочь! И вдруг столько недоразумений!

— Три за один день, — уточнила я. — Это действительно странно. Седло, статуя, а потом фейерверк.

— Боюсь, это даст повод для сплетен. Станут говорить, что граф недостаточно заботится о моей безопасности, и что над ним тяготеет проклятье. Я должна заставить клеветников прикусить языки, Грейс. Милорд граф ни за что не стал бы подвергать мою жизнь опасности.

Я улыбнулась и сделала реверанс.

— Вы хотите, чтобы я провела расследование, Ваше Величество?

— Да, Грейс, дорогая. Но только, прошу, никаких безумных выходок. Возможно, это кто-то из врагов графа пытается подорвать мое к нему доверие и сорвать нам праздник. Пока не грянула очередная беда, Грейс, выясни, кто и что за этим скрывается.

Я опустилась перед королевой на колени и поцеловала ей руку, хотя на самом деле мне захотелось обнять ее, так она была грустна и взволнована!

Я страшно обрадовалась, что королева поручила мне такое важное дело.

— Конечно, тебе нелегко будет вести расследование, выполняя обязанности фрейлины, — продолжала королева. — Мы пустим слух, что твоя лодыжка, которая, как я вижу, совсем зажила, разболелась еще сильнее. Так у тебя появится больше свободного времени. Но на людях, Грейс, ты должна будешь постоянно помнить о своей хромоте. Как только разузнаешь что-либо важное, докладывай мне лично. А сейчас я подниму руки, и ты расшнуруешь мне лиф.

К возвращению леди Хелен с поссетом, мне удалось справиться с лифом, юбкой и съемными рукавами Ее Величества.

— Идите спать, Грейс, — приказала мне королева.

Я присела в реверансе и, удалившись, поднялась по лестнице наверх, в комнату фрейлин, где мои товарки готовились к отходу ко сну.

Элли уже собрала разбросанные где попадя сорочки и держала для Пенелопы Ноллис мягкую салфетку, ожидая, когда та закончит умываться. Олуэн расшнуровывала лиф леди Джейн, а Мери Шелтон помогала снимать гаун Кармине.

Ожидая, пока уляжется суета, я плюхнулась на кровать, чтобы записать все произошедшее.

Я люблю прислушиваться к легкомысленной болтовне своих соседок по комнате. Когда я входила в комнату, леди Сара как раз говорила:

— Даже не знаю, — она вздохнула, хмуро уставившись на очередной подозрительный прыщик на подбородке и совершенно не замечая моего появления, — чем Грейс привлекает Джона — он такой галантный кавалер и прекрасный наездник…

— Принц Свен тоже отличный наездник, — вставила Кармина. — И он гораздо выше…

— А принц мне улыбнулся, когда я передала ему блюдо с сырными тарталетками. Представляете, он даже не знал, что это такое! Пришлось ему объяснять! — заметила Пенелопа.

— А мне понравился высокий такой, лейтенант. С голубыми глазами и в зеленом дублете, — мечтательно вздохнула Кармина.

— Лично мне по душе секретарь принца, — вставила Пенелопа. — Высокий, у которого всегда такой загадочный вид.

— Ты хочешь сказать, мрачный и высокомерный! — фыркнула леди Сара. — По-моему, у него слишком тонкие губы. Сами знаете, что это значит. Тонкие губы — черствое сердце. Во всех книжках по физиогномике так написано!

Потом разговор перешел на королеву — и вскоре я убедилась, насколько Ее Величество была права насчет сплетен.

— Королева вполне может выйти замуж за принца Свена, — сказала леди Джейн Cape. — Даже парламент не стал бы возражать. Принц протестант, и неважно, что он исповедует лютеранство. Все одобрили бы этот союз. А потом бы у нее родился сын-наследник…

Вообще-то обсуждать личную жизнь Ее Величества не разрешено. Но при Дворе, да и во всем государстве все только этим и занимаются. Непрестанно!

Пенелопа и Кармина захихикали. Если честно, действительно трудно себе представить, что у дамы в возрасте королевы может родиться ребенок!

— Граф Лестер будет в отчаянии, — заявила леди Сара трагическим голосом. — Королева его первая и единственная любовь!

— Ну да, не считая жены, которую он, вполне возможно, убил, — как бы невзначай заметила леди Джейн.

Все на нее зашикали, испуганно озираясь по сторонам.

— Если он мог совершить такое, тогда он способен на все! Я почти уверена, что сегодняшние «досадные случайности» — дело его рук, — закончила леди Джейн.

— Ничего вы не понимаете! — фыркнула леди Сара. — Граф безмерно любит королеву и никогда и ничем ее не обидит!

— Это абсолютная правда, — поддержала я Сару, что, признаюсь, бывает не часто.

От неожиданности та так и подскочила на месте — до этого момента она не предполагала, что я нахожусь в комнате!

— И все-таки это очень странно: целых три происшествия за день, — задумчиво заметила Кармина. — Сначала рвется подпруга…

— А ты откуда знаешь? — спросила я.

— Это все знают, — ответила Кармина, пожав плечами. — Все видели, что она прискакала на поляну, где было приготовлено угощение, по-мужски сидя на коне принца Свена. Ох, и разговоров же было! Языки чесали все кому не лень! Смотритель королевских седел лишился места. А потом эта история со статуей…

Каменные изваяния просто так на куски не разваливаются, не так ли?

Разговор захватил всех.

— А теперь еще фейерверк! Петарда чуть не снесла королеве голову! — Кармина негодующе встряхнула локонами. — Помяните мои слова, это — проклятие!

— Чье? — выдохнула Сара.

— Ну… — протянула в ответ Кармина, — может, кто-то из Робсартов хочет отомстить за бедную Эмми. Может, тот самый ее кузен, который до сих пор требует ареста графа? Он, наверное, заплатил какой-нибудь ведьме, чтобы та наслала порчу на…