Жена двух генералов драконов - Кристина Юрьевна Юраш

class="p1">На время восстановления комнаты — в одну из гостевых спален? О да! Я только за! Мысль о том, чтобы покинуть разрушенное крыло и оказаться в более спокойном месте, наполнила меня облегчением. Гостевые спальни находились дальше от комнаты Агостона, на другом этаже, и это радовало меня.

Подальше от разрушенного крыла, от пролома в стене, подальше от места, где я чуть умерла!

Я кивнула, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Хорошо, — сказала я, стараясь звучать уверенно. — Я согласна.

Не потому что боялась.

Нет, страх давно покинул меня, уступив место чему-то более мрачному и всепоглощающему.

Я просто знала, что мне нужно место, где я смогу дышать полной грудью, где не будет ни обломков, ни пепла, ни тени того, кто превратил мою жизнь в руины.

Хавгривз внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь понять, что скрывается за моей маской спокойствия. Но я не собиралась раскрывать свои истинные чувства. Не сейчас.

— Я помогу вам перенести вещи, — предложил он, и в его голосе прозвучала забота, которая была мне так нужна. — Эм… Если что-то уцелело… В чем я лично сомневаюсь! Мы постараемся побыстрее восстановить вашу комнату! Завтра же мы вызовем магов-реставраторов.

Дворецкий растерянно посмотрел на обломки, понимая, что погорячился с вещами.

— Спасибо, — сказала я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Я буду вам очень признательна.

Агостон стоял в углу комнаты, скрестив руки на груди. Его глаза, холодные и проницательные, следили за каждым моим движением. Я упорно игнорировала его взгляд, делая вид, что не замечаю его присутствия. Каждый раз, когда мне нужно было посмотреть в его сторону, я скользила по нему равнодушным взглядом, словно он был всего лишь мебелью.

В новой комнате не было никаких траурных штор. Свет, проникающий сквозь большие окна, заливал помещение мягким, золотистым светом долгожданного рассвета, создавая ощущение тепла и уюта. Но мне было плевать на эту красоту. Я не могла усидеть на месте. Ноги сами несли меня к окну, и я выглянула наружу, пытаясь успокоить нервы.

Сердце колотилось.

Руки дрожали.

В голове — только одна мысль: «Если это был он… Если это был мой Анталь… значит, он не просто призрак. Значит, он имеет цель».

А призраки появляются не просто так. Я знала это с детства, когда мой разум ещё был полон фантазий и страхов. Они не приходят ради слёз. Они приходят ради предупреждения, ради мести или ради спасения того, кто им дорог.

Глава 19

Ради мести. Но это было в том мире! В том далеком мире, в котором все было так привычно и понятно, в котором не было магии, зато были счета за квартиру.

Я вспомнила последний день в своем мире. И он был счастливым. Наконец-то я накопила денег, чтобы избавиться от проклятого животика, который портил всю картину. Я долго выбирала клинику, читала отзывы, сдавала анализы. Что могло пойти не так? Звезды вон каждый год на такую операцию ложатся, и ничего! Чем я хуже?

Мечты о стройной фигуре грели мою душу. И я решилась, хоть это и было очень страшно. Последнее, что я помню, как меня разрисовывали маркером, отмечая, что оставить, что убрать, и мечту о том, как красиво будет смотреться мой плоский животик на пляже и в джинсах. Не будет этой проклятой складки, которая появлялась тогда, когда я садилась. Не будет этих валиков, на которые приходилось натягивать футболку. И сразу надо мной засияет солнце, запоют птички, и от мужчин не будет отбоя.

А потом был наркоз, какие-то крики и… я очнулась на похоронах некой Элис в совершенно другом мире!

Но результат был! Талии Элис могли позавидовать все. И это даже без корсета! Казалось, что ее можно обхватить пальцами двух рук, что иногда в шутку делал

«Анталь!»

— имя отозвалось в сердце, как тихий, но настойчивый зов.

Я больше не могла ждать.

Каждый день, проведённый в тоске и ожидании, казался бесконечным.

Время тянулось медленно, словно вязкий сироп, и я чувствовала, как мои нервы напрягаются, как струны арфы, готовые вот-вот порваться.

Наконец, когда в доме воцарилась тишина, когда последние слуги покинули завалы, а шаги Агостона стихли в далёком коридоре, я решилась.

Направилась в библиотеку.

В ту самую библиотеку, где когда-то мы с Анталем проводили часы, погружённые в чтение, смех и разговоры. Где он читал мне стихи, а я слушала, затаив дыхание, словно каждое его слово было драгоценным камнем, который я боялась уронить. Где мы смеялись, забыв обо всём на свете, а потом целовались за шторой, думая, что Харгривз ничего не замечает.

Теперь полки были пыльными.

Книги — закрытыми.

Словно всё здесь ждало, пока я снова начну дышать.

Я шла вдоль стеллажей, проводя пальцами по корешкам, словно пытаясь нащупать что-то знакомое. «Саги о мёртвых», «Духи прошлого», «Призраки и их послания», «Что хочет сказать привидение?» — названия книг казались мне насмешкой.

Ничего не помогало заглушить боль.

Пока я не нашла тот самый том.

Том с чёрной кожаной обложкой, без названия на корешке, только цифра: VII. Я открыла его, и на титульном листе увидела зловещую строку, написанную чьей-то рукой, словно кто-то прошептал её мне прямо в ухо: «Пишет тот, кто видел. Кто не верил. И кто был наказан за это… »

Эти слова не испугали меня, а, наоборот, разожгли интерес, словно кто-то шепнул: «Ты близко. Продолжай».

Я открыла страницу и начала читать. Слова были как нити, связывающие меня с прошлым, с тем, что я потеряла.

«Призраки не появляются из пустоты. Они приходят, когда их жажда сильнее смерти. Чаще всего — это месть. Муж, убитый женой, возвращается, чтобы она страдала так же, как страдал он. Чтобы быть живым напоминанием о муках, которые она ему причинила. Отец, погибший в битве, возвращается, чтобы сын не повторил его ошибок. Но бывает и иное: призрак приходит не для того, чтобы отнять, а чтобы спасти. Он видит беду, которую не видит живой. Он знает, кто предаст, кто убьёт, кто разрушит всё, что он любил. И он возвращается — не для того, чтобы быть услышанным, а чтобы быть увиденным. Чтобы остановить то, что ещё можно остановить. Обычно призраки предпочитают вечер или ночь. И почему-то очень любят появляться, когда много людей. Наверное, им так проще затеряться среди них. Одна леди призналась мне о том, что всю ночь протанцевала с призраком. Разумеется, она сначала