Улица свежего хлеба - Катерина Сергеевна Снежная

– Осмотреть твою ногу.

– Пожалуй, – ответила она, подумав, что ей тоже жаль. – Но не думаю, что смешивать отношения, хорошая мысль. К тому, я так мало знаю о тебе.

В повисшей паузе, она остро ощутила, как ей нравится смотреть на него. Как в маленьком пространстве, между ней и Алексеем всего лишь стол с тарелками полными еды. И если бы он был едой, Забава почувствовала бы себя жгуче голодной, плотоядно вздрагивающей от запахов и вида, готовой умять все что есть, не стесняясь, непристойно жадно, пока не насытиться. Сидящий перед нею мужчина притягивал к себе словно магнит.

– Что ты хочешь знать обо мне, – голос Алексея слегка сел, и он медленно перевел ласкающий взгляд на ее губы.

Забава выругалась про себя, призывно облизнула нижнюю губу, не заметив, как снова соскользнула с рабочих отношений на интимные. Переход происходил сам собой, попирая всякое благоразумие.

– Не знаю. О семье. О себе, – произнесла она, ощущая, как совершенно не хочется есть. – Ты местный? Или откуда-то.

– Местный, – выражение его глаз секунду назад томное, плотское, сменилось на прохладное и стальное.

– Я видела в прошлый раз у тебя детское кресло на заднем сиденье, – вспомнила она, пытаясь удержать охлаждение в атмосфере. – Ты женат?

Он покачал головой.

– Нет, и никогда не был, – произнес он, теперь в его лице проскользнула наигранная обреченность. – У меня шестеро детей.

– Шесть! – от удивления Забава ахнула. – Шестеро.

Он немного смущенно улыбнулся и кивнул.

– Как!? Ты нарожал шестерых и отказываешься сделать какую-то женщину честной? – спросила она, не поверив в сказанное. Это звучало невероятно. Шестеро! По нынешним временам, подвиг.

– Ты не подумала, что они могут быть не от меня?

– Если ты на первом свидании рассказываешь подобные вещи, неудивительно, что ты до сих пор не женат! – покивала она головой, потрясенно и все еще смеясь глядя на него.

Мужчина, сидящий напротив Забавы, лишь усмехнулся. Она и не догадывалась, как близка к истине.

– Шестеро детей способны отпугнуть даже самую отъявленную искательницу богатого мужа. А те, что не сдавались, и были достаточно отчаянны, быстро понимали, что им придется активно участвовать в воспитательном процессе, а возможно даже платить алименты в случае развода, бросали меня при забеге до свадебного алтаря.

Забава смеялась.

– Хорошо, что у нас не свидание, – произнес он, красноречиво разглядывая, как лицо Забавы приобрело от смеха соблазнительно-привлекательные черты и ему хочется к ней прикоснуться.

– Определенно, – просмеялась она и весело уставилась на новоиспеченного босса. – Ты их усыновил, верно. Почему?

Алексей кивнул.

– Я воспитывался в детском доме. И всю жизнь мечтал о большой крепкой семье.

Забава посерьезнела, удивленная и ошарашенная. Так вот почему он отреагировал так на ее слова о большой и дружной семье. А с другой стороны, трудно было представить, как ребенок из детского дома смог достичь таких вершин в жизни. Вокруг нее вилось огромное количество молодых людей, чей старт в жизни был значительно успешнее. У них было все. Хорошее жилье, любящие и успешные родители, деньги, но многим из них этого оказалось недостаточно, чтобы хотя бы получить университетский диплом.

– А твои родители? – спросила она, выразительно разглядывая его, не скрывая восхищения во взгляде.

– Отец бросил нас, когда мне было пять. Мать, – Алексей поморщился и суровость влилась в его взгляд. – Она сильно пила.

– Ты один в семье?

– Нет, нас трое. Ты устроилась в компанию и ничего не знаешь?

Забава улыбнулась уголком рта, решив, что теперь обязательно узнает.

– Я планировала работать помощником ГАПа, а не секретаршей президента. Так что извините, мистер суперзвезда.

– Давай сменим тему, – неожиданно резко предложил он, смягчив приказ улыбкой.

Вероятно, воспоминания для него были болезненными, и Забава соглашаясь сменила тему на ничего незначащие разговоры об архитектуре, строительстве и погоде.

После обеда, Алексей отвез ее домой и Забава поднимаясь к себе, не могла не думать прекрасном мужчине, который замечательно смеется. В его смехе она легко угадывала тонкий ум, юмор, доброту. Взять на воспитание шестерых малышей, построить строительную империю, стать большим человеком, все это было достойно восхищения. Но определенно в нем ощущалась твердость и грубоватость.

Он не был галантным или гибким, явно не умел ухаживать за женщинами. Забава не могла не чувствовать его физического интереса к ней. За время обеда, Алексей ни разу не попытался склонить ее к чему-то такому. Наоборот, казалось, он прекрасно контролирует себя и свои желания. И это сдержанность, закрытость, лишь сильнее разжигало в Забаве нечестивую, разгульную часть натуры, что как чертик, охмеленный от задора, обольщал ее «совратить святого». Она и сама была поражена, насколько сильно ей этого хочется, вопреки здравому смыслу. Вопреки, всем замыслам и планам.

Ее сладкие грезы были прерваны звонком заказчика, уже точно знавшего, что удача повернулась к нему лучшей стороной.

– Забава, добрый день. Надеюсь, вы не забыли про ужин? – спросил Гребенкин.

Она вспомнила, что действительно согласилась с ним поужинать, после того, как появляться изменения в их деле. Это был следующий важный шаг.

Забава вошла в квартиру и, пройдя в спальню, упала на кровать, глядя в потолок. Все складывалось как нельзя лучше. Один к одному. И заказчик будет доволен, и ей будет не сложно получить доступ к проекту и кажется, она нравилась Алексею. И он ей тоже. И именно в этом была проблема. Именно по этой причине она ощущала угрызения совести.

– Помню, – солгала она.

– Заеду за вами, в семь вечера.

Гребенкин положил трубку. А Забава вспомнила о пакете с информацией, что прислал Тимур. Поднявшись, она нашла и раскрыла папку, доставая из нее досье. Следующий час она копалась в интернете, изучая ссылки и жизнь босса.

Интуиция не подвела ее. Бизнесменом Алексей был и в самом деле жестким. История со строительством метромоста и сносом старинных построек, жесткий демпинг цен при монополии на поставку бетона и разработки карьеров песка, с бизнес биографией вопросов не было. Очевидно, что Алексей играл грубо и сметал конкурентов без раздумий.

Другое дело личная жизнь. Информации оказалось не много. Алексей периодически мелькал в местных интернет СМИ. Присутствуя с разными спутницами на городских вечеринках и светских мероприятиях, но ни о его семье, ни о детях ничего не было известно. Единственная большая статья рассказывала о том, как пару лет назад он нашел одного из своих братьев и пока ищет самого младшего. Его брат Владимир Скалов оказался тоже бизнесменом.

К семи вечера Забава была собрана. Она выбрала простые джинсы и строгий сиреневый свитер, хорошо оттеняющие цвет ее локонов.