Грязный - Никки Роум

В дверях моей спальни стояла Хэтти. Она была завернута в одеяло, а в глазах стояли слезы. Я посмотрел на телефон в своей руке, затем снова на нее, но она отвернулась и обошла меня в коридоре.

— Хэтти, подожди.

— Подожди? — прошептала она в чистом гневе. — Подожди? Чего ты хочешь, чтобы я ждала, Никс? Еще одного оправдание причины, по которой измена — это нормально? Это хуже, чем раньше, потому что на этот раз ты сделал меня посторонней женщиной. Как ты мог так поступить со мной? С ней? Пошел ты.

Она повернулась и направилась в комнату моего брата, заперев за собой дверь. Она все неправильно поняла. Я не встречался с Феникс, я ни с кем не встречался. Я встал у двери и тихо постучал, стараясь не разбудить всю свою семью.

— Хэтти, пожалуйста, открой. Позволь мне объяснить.

Там было тихо. Я слышал, как она шмыгает носом по другую сторону двери, но было ясно, что она не собирается меня впускать.

— Феникс не моя девушка. Мы работаем вместе, вот и все.

— Даже лучше. С ней ты тоже спал, когда мы были вместе? — спросила она.

Гнев нарастал во мне с рекордной скоростью. Постоянное обвинение в том, чего я не совершал, было утомительным.

— Знаешь что, Хэтти, забудь об этом. Забудь обо всем этом. Если это то, во что ты хочешь верить, тогда вперед. Верь, что я изменил тебе, верь, что я с кем-то другим, пока занимаюсь с тобой любовью, верь всему этому, потому что, что бы я ни делал, я не могу убедить тебя в обратном.

Я услышал, как она ахнула, а затем с трудом перевела дыхание, когда слезы прорвались наружу. Что-то внутри меня хотело выломать эту гребаную дверь и вбить в нее немного здравого смысла, но та часть меня, которая всю свою жизнь пыталась показать ей, что ее любят, не могла этого сделать.

Я встал, прошел по коридору и закрыл за собой дверь своей спальни.

На следующее утро я был измотан и зол. Не на Хэтти. Нет, эти чувства быстро прошли, как и раньше. Я был зол на себя за то, что не боролся за нее. Я знал, из чего состояло ее прошлое, и я знал, как трудно ей было доверять.

Возможно, я все испортил прошлой ночью, и я даже не был уверен, что это все было. Мои планы оставить ее здесь были эгоистичными, но пока я лежал в постели, обнимая ее, в моей голове прокручивался миллион сценариев, где может быть, только может быть, у нас все получится.

Это потребовало бы времени и терпения, но я был готов сделать все это для нее. Потом позвонил Феникс, и все наши проблемы разрешились. Вместо того чтобы бороться, я ушел, но сегодня я это изменю.

Ей нужно было знать, что я никогда не переставал любить ее и буду бороться за наше будущее.

— Доброе утро. — сказал я, направляясь к кофейнику.

— С тобой все в порядке, Николас?

— Да, ма, я просто плохо спал.

— Хэтти оставила это для тебя на столешнице.

— Что?

Я поднял глаза на маму и обнаружил, что она держит в руке конверт, на котором написано рукой «Хэтти». Я открыл его, и мое сердце упало, когда я прочитал все.

Никс,

Мне жаль, что снова до этого дошло. Эти постоянно, повторяющееся война, которую мы ведем друг с другом, вредно для нас обоих. Я знаю, что обычно во всем виновата я, и я знаю, что ты заслуживаешь большего, чем я могу тебе дать. Спасибо тебе за выходные с твоей семьей. Это было одно из лучших Рождественских праздников за последние годы. Я возвращаюсь домой, к жизни, которую я построила в Нью-Йорке. Жизни без тебя. Я не желаю тебе ничего, кроме счастья в будущем.

— Хэтти

— Мне нужно идти.

— Куда идти? — спросила она.

— Мне нужно найти Хэтти. Она сказала, во сколько ее рейс?

— Нет, милый, это было на столешница, когда я спустилась сегодня утром.

— Ладно, люблю тебя, мама.

Я поцеловала маму в щеку и схватила ключи от ее фургона.

— Я верну это, когда найду ее.

Моя мама кивнула, и я чуть не надорвал задницу, спускаясь по обледенелым ступенькам. Оказавшись за рулем машины, я понятия не имел, с чего начать. Мы жили в маленьком городке, и ей приходилось ездить в Рочестер, чтобы успеть на рейс, но в Нью-Йорк ежедневно совершалось всего пара рейсов.

Я достал свой телефон, но первое пришло только в полдень. Я завел машину и поехал в дом престарелых. Может быть, если повезет, она заехала повидаться со своей мамой, прежде чем отправиться в аэропорт.

Я добрался туда в рекордно короткое время. Когда я добрался до входа, я пошел зарегистрироваться, и в строке надо мной было имя Хэтти. Мое сердце, наконец, перестало бешено колотиться, и я глубоко вздохнул.

Она была здесь. Я не опоздал.

Я подошел к комнате ее матери и услышал, как они разговаривают. Ну, ее мама что-то говорила, по-настоящему утешая ее, пока Хэтти плакала. Этот звук разбил мне сердце, и я заглянул внутрь и увидел, что она лежит в постели своей мамы, положив голову ей на колени, а женщина проводит пальцами по ее волосам, говоря ей, что все будет в порядке.

— Но это не так мама. Он единственный человек, которого я когда-либо любила, и я разрушаю это при каждом удобном случае.

Ее мама подняла глаза и грустно улыбнулась мне.

— Ты сказала ему это, милая?

— Какой в этом смысл? Ты видел его? Папочка и вполовину не был так хорош собой, как Никс, и он нашел способ изменять тебе.

— Никс не твой отец, и тебе пора это понять. Ты не можешь продолжать позволять своему страху перед тем, что случилось со мной, разрушать твой шанс на счастье.

Я сделал шаг в комнату, когда Клэр поманила меня к себе.

— Может быть, пришло время тебе рассказать Никсу обо всем, чем ты поделилась со мной.

Когда Клэр наклонила голову, Хэтти повернулась и посмотрела на меня. Она быстро села, вытирая слезы с лица.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

— Я пришел за тобой.

— Почему?

— Потому что я сказал тебе, что всегда буду рядом с тобой, Хэтти.

Я сел на край кровати ее матери и взял ее за руку в свою.

— Ты это имела в виду? То, что ты сказала минуту назад? Ты все еще любишь меня?

Ее плечи