MMIX - Год Быка - Роман Романов

Разумеется, это только рабочая гипотеза, но она может объяснить участие Бартини в круге очень близких к Сталину специалистов, а также особое внимание самого Сталина к Бартини. Ведь по одной из достаточно убедительных версий сам Сталин тоже был незаконнорожденным сыном знаменитого русского путешественника и военного разведчика Пржевальского. Можно сказать товарищ по несчастью. Это тоже лишь гипотеза, основанная на семейном предании Петра Капицы, дед которого был земляком, коллегой и близким другом Пржевальского. До своей смерти он хранил его личную тайну и заботился о сыне друга. Эта версия, в частности, объясняет тот факт, что для охраны семейного гнезда Капицы от Берии Сталин разместил на Николиной горе отдельную инженерную часть. А так же факт, что Иосифа отчислили из семинарии сразу после смерти генерала Стебницкого, который тоже был учёным-географом, тоже связан с военной разведкой, поскольку возглавлял топографическую службу Генштаба, но большую часть карьеры служил на Кавказе, в Тифлисе.

А вот ещё одна краткая биографическая справка: «Апраксин, граф Антон Степанович (1819–1899 гг.) – генерал-лейтенант. Известен в числе немногих первых литераторов и практических деятелей по вопросам воздухоплавания в России. Начал постройку собственного воздушного корабля, но, за его смертью, она не была закончена. Написал соч.: «Воздухоплавание и применение его к передвижению аэростатов свободных и несвободных по желаемым направлениям» (СПб., 1884 г.)».

Нет, разумеется, это тоже чисто случайное совпадение, которое ничего не доказывает. Мы же никогда не признаем, что гений, творческий дух той или иной специальности развивается на протяжении нескольких поколений и передаётся с молоком матери? Так что гениальный авиаконструктор Бартини вовсе не обязательно должен иметь своим предком одного из основоположников отечественного воздухоплавания генерала Апраксина. Соответственно, и гений военной стратегии Сталин мог получить свой дар в наследство от простого грузинского сапожника, а вовсе не от легендарного военного разведчика и учёного. И вместе они вовсе не горели страстным желанием глубоко законспирированного профессионала истребить окружающую бездарную сволочь и поддержать настоящих учёных и патриотов, чтобы вернуть Отечеству былое величие. И самое главное, что при полном отсутствии такого желания и глубоких мотивов, у них практически получилось и то, и другое.

Вот на такие безумные фантазии, на такую нетерпимую в наши дни апологию пилатчины наталкивают иногда ассоциации, связанные с фамилией Скабичевский. Да и что вы хотите от толкователя мистико-фантастического романа, главный герой которого обещал нам напоследок сюрпризы?

Вернёмся к нашим пожарным котам, которые после посещения Грибоедова явились на террасу Дома Пашкова в таком виде: «Так, под мышкой у него находился небольшой ландшафтик в золотой раме, через руку был перекинут поварской, наполовину обгоревший халат, а в другой руке он держал цельную семгу в шкуре и с хвостом». Первые два аксессуара легко объясняются с учётом аллегорического истолкования ресторана как издательской деятельности. В новую технологическую реальность информационного общества перейдёт без ущерба искусство иллюстраций (ландшафтик) и необходимая часть знаний о редакционной подготовке текстов. Белая одежда – это символ совершенного знания, в данном случае спецодежда означает профессиональное знание. Заметим, что пожарная эвакуация произведена на верхнюю площадку не какого-нибудь случайного здания, а отдела рукописей государственной библиотеки. Возможно, что это намёк на будущую ситуацию, когда рукопись книги при необходимом содействии иллюстраторов и корректоров сразу будет доступна читателям без посредничества издательств. Для тех, кто читал рукопись этой книги в Интернете, в такой ситуации уже нет ничего фантастического.

Но что означает сёмга? Понятно, что по аналогии с двумя балыками священного Писания речь идёт о знании или тексте, имеющем, по мнению Автора, такое же качество. Напомним ещё эпизод из 28 главы: «Острейшим ножом, очень похожим на нож, украденный Левием Матвеем, он снимал с жирной плачущей розовой лососины ее похожую на змеиную с серебристым отливом шкуру».

В библейской символике символ змеи противоположен символу рыбы, как всё дьявольское, сатанинское противопоставляется божественному. В нашем случае самая качественная рыба лишь одета в шкуру, похожую на змеиную. Возможно, никогда не видевший настоящего лосося покупатель может спутать его по внешнему виду со змеёй. Так и наш любимый Роман лишь по внешности похож на книгу о сатане, а по вкусу он был и останется божественным, несмотря на любые толкования.

Радует тот факт, что Бегемот перенёс на новую высокую платформу весь Роман целиком, да ещё и с хвостом. Согласитесь, что дополнение излишне, если речь идёт о цельной сёмге в шкуре. Так что можно предположить, что хвост – это не только Эпилог, но и толкование, вырастающее из самого Романа. Распознав в символе сёмги булгаковский Роман, мы заодно выяснили, по какой причине подвергся наказанию тот самый сиреневый субъект. Он хотел снять шкуру и присвоить религиозно-философское содержание без блестящей литературной формы, хотел избавиться от внешних признаков первоисточника. Это вполне вероятная ситуация в издательском мире. Тогда осуществивший наказание тихий старичок – это честное литературоведение, способное разоблачить плагиат.

Теперь, пожалуй, можно оставить три «пожарные» главы и перейти к 30 главе «Пора! Пора!». По числу поминаний нечистой силы эта глава выделяется даже на фоне остальной «змеиной шкуры». Наверное, Автор всё же рассчитывал, что мы к этому моменту уже разгадали символику сёмги.

30-е главы составляют последнюю четверть третьего ряда, а значит должны «пародировать» сюжет предшествующих глав, начиная с 21-й. Автор специально отметил, что линия сюжета 30 главы начинается с появлением Левия в предшествующей 29 главе, согласно нашему «восьмому ключу». Поэтому в тексте 30 главы нам нужно вычленить предварительную стадию, которая синхронна сюжету 29 главы и по правилу «4-го ключа» соответствует 1-й четверти 3-го ряда (21-23 стадии).

Указание на открытое окно в подвале и на оставшиеся в особняке вещи является отсылкой к открытому окну, из которого в конце 20 главы упорхнула заглавная героиня Романа. Впрочем, 30 глава и должна быть повторением 20 главы, в которой героиня сидит в одном халате на голое тело и тоже ждет сигнала от Азазелло, чтобы преобразиться от вина, как в прошлый раз от масла. А потом, напугав во дворе соседку, оседлать уже не щётку, а чёрного коня и умчаться за город.

Параллели с сюжетом 20 главы достаточно очевидны. Теперь посмотрим, работает ли «второй ключ» зеркальной симметрии с главой 3, где, как и в 20 главе, главным магическим средством было масло, которое ведёт к смерти Берлиоза. В 30 главе, таким образом, мы имеем синтез двух сюжетов – подарок Азазелло приносит смерть, которая является лишь первой частью магического ритуала преображения двух героев в бессмертные сущности, которым положено обитать не в подвале дома – отдельной личности, а высоко на небесах коллективного опыта человечества.

В 3 главе тоже идёт разговор о чёрте. Воланд убеждает Ивана поверить хотя бы в существование дьявола. Об этом же говорит и Маргарита мастеру, но как мы теперь понимаем, поверить в чёрта нужно, чтобы суметь прийти к Богу. Первый глоток целебного вина смертельно опасен для неподготовленного человека. Даже в народных сказках сначала восстанавливают целостность героя с помощью мёртвой воды, а потом уже оживляют с помощью живой. Поэтому Маргарита в 30 главе так же аккуратно готовит мастера к преображению, как готовили её саму, и этот процесс быстро повторяет события сначала 21-23 глав, а потом и второй четверти (24-26).

Проследим это повторение сюжета. Преображение Маргариты начинается с натирания мазью и отказа от одежды. Преображение мастера начинается с бритья бороды, что символически тоже означает отказ от прежней учёности. Затем герой осознаёт своё освобождение, мысленно пролетая над зеленью двора к себе в подвал. Подвал является аналогом той болотистой низины, в которой Маргарита отдыхала под пение русалок и пляски ведьм. Теперь она сама танцует, изображая ведьму, чтобы успокоить мастера и приготовить его к будущим испытаниям.

Аналог невоспитанного толстяка в цилиндре – незнакомец, испугавшийся злой шутки Маргариты, возвращает героев из состояния свободного фантазирования на грешную землю, в Москву. Далее уже сам мастер, подобно Коровьеву в начале 22 главы, пытается вернуть Маргариту к мужу. Приглашение мастера к столу повторяет такое же приглашение самой героине, а его недоверие и испуг повторяет её состояние в конце 22 главы. Нагая Маргарита, встречающая у лестницы представителя «нечистой силы», повторяет начало 23 главы. В свою очередь Азазелло подыгрывает героине, живописуя свой опыт присутствия при казнях. Угощение коньяком тоже напоминает о коньячных ванных Бегемота. Наконец, вместе с глотком коньяка настаёт момент осознания мастером реальности происходящего с ним. Этот момент параллелен завершению 23 главы и отделяет предварительную стадию последней четверти от собственно 30 стадии.