О носах и замка́х - Владимир Торин

последовало то, в чем господин управляющий банка был непревзойденным мастером. В создании обстоятельств, при которых никто и никогда никому ничего не разболтает, и обстановки, при которой никто не будет знать, что Корнелиус Ф. Портер вообще хоть как-то причастен к произошедшему…

Агенты банка покинули дом убитого Бэббита…

Часовщик Кронич жил в Сонн, а вот к нему просто так было не подступиться. Он был не из тех тремпл-толльских часовщиков, которые, словно сверчки, ютятся в коморках размером с чемодан. Его лавка «Время Кронича» была очень уважаемым местом, и раз в месяц к нему даже заходил достопочтенный судья Сомм, чтобы пополнить свою коллекцию карманных часов.

Помимо прочего, у старика-часовщика был исключительно несносный характер. Непримиримый, въедливый и непреклонный. Он, скорее, истек бы кровью под пытками, чем выдал бы хоть что-то. Семьи у него не наблюдалось, зато имелся адвокат и наличествовали теплые отношения с влиятельными людьми – чуть ли не сам господин бургомистр как-то приглашал его починить часы на Дрёммин-сквер, дом № 1, в самом сердце Габена.

Прежде, чем идти к Кроничу, нужно было выяснить две ключевые вещи. Первая: на какой рычаг надавить, чтобы он отдал Машину. И вторая: как именно потом обставить его кончину. К сожалению, каждый раз пользоваться услугами мистера Пири мистер Портер не мог: в городе разгорелось бы слишком много пожаров, и кто-то точно умудрился бы связать их вместе.

И вскоре верные клерки по особо важным делам все выяснили. Алчность. Это был ответ на первое и на второе. Старый часовщик Кронич был невероятным скрягой. И к тому же параноиком. Он не держал свои деньги в банке, а, учитывая, что за всю свою жизнь он не потратил, вероятно, и сотни фунтов, вывод напрашивался очевидный: он хранил деньги в каком-то тайном хранилище. Семейное дело Кроничей уже несколько поколений было крайне прибыльным и к тому же старик лично владел небольшим количеством невероятно успешного предприятия «Конструкты и Механоиды». Напрашивался вывод, что в упомянутом тайном хранилище должно было быть спрятано целое состояние. О поисках предполагаемого состояния мистер Портер пообещал себе подумать как только заполучит Машину.

В любом случае, если учесть, что больше всего на свете старик Кронич не любил тратиться, он бы просто не пережил, если бы кто-то угрожал лишить его того, что он копил всю свою долгую жизнь. Уж никакая Машина не стоила бы подобных мучений. Помимо прочего, старый Кронич до зубовного скрежета боялся крыс, при этом считая крысоловов шарлатанами, жуликами и бездельниками, с которыми, мол, в сговоре даже его почтальон. Да, старик совсем спятил. Но это развязывало мистеру Портеру руки, фигурально выражаясь. И связывало руки старику Кроничу (выражаясь буквально).

Привязанный к стулу, в своей ночной рубахе и колпаке, он поначалу храбрился, кусался и сыпал нисколько его не красившими оскорблениями. Как и предполагал мистер Портер, Кронич заявлял, что он, скорее, удавится собственным языком, чем скажет хоть что-то «грязным проходимцам и вонючим клопам». И тогда господин управляющий банка выложил все козыри. Он прекрасно умел прикидываться и притворяться, и сейчас мастерски выстроил блеф. Он сообщил, что им известно, где Кронич «всё» держит, что старик был слишком неосторожен в прошлые выходные и более того – им очень помог не кто иной, как мистера Кронича личный адвокат. Также он добавил, что деньги им без надобности, и они пришли сюда только за Машиной. Часовщик, несмотря на непримиримость, идиотом не был, и не считал, что какая-то Машина стоит его состояния. Нет, он не был идиотом – зато он был параноиком, а такие люди мыслят в ключе, который отличается от образа мышления всех остальных кардинальным образом. Он не верил этим шантажистам, но хуже того, что он не верил своему доверенному лицу и даже себе. Он действительно мог быть неосторожным на прошлых выходных, а старый лис Пенгроув всегда совал свой любопытный нос куда не просят. И тогда он все рассказал…

Машины у него не было, и купил он ее у изобретателя Бэббита вовсе не для себя.

Несколько дней назад в клубе «Маховик», в котором мистер Кронич был почетным членом, один из членов клуба, профессор Триллинг сообщил ему, что один его знакомый нуждается в ремонте часового механизма. Когда мистер Кронич поинтересовался, о какой модели идет речь, профессор Триллинг буднично сообщил ему: «Пружинное Сердце». Тогда самого Кронича чуть удар не хватил, в то время как сам профессор явно не подозревал, что только что назвал поистине легендарный часовой механизм. Профессор Триллинг предположил, что мистер Кронич заинтересуется, и порекомендовал его господину с «Пружинным Сердцем». Тот согласился и назвал адрес, по которому его можно будет найти, а именно: Пыльный спуск, дом № 17, мансарда.

Разумеется, мистер Кронич не мог удержаться – это ведь Пружинное Сердце, как-никак (мистеру Портеру это название ничего не сказало): он не мог позволить, чтобы какой-нибудь Саквояжный бездарь с трясущимися пальцами, мнящий себя часовщиком, запустил в него свои неуклюжие лапы. И он поспешно отправился по указанному адресу. Там он встретился с таинственным господином, который назвался мистером Рипли. Пружинное Сердце было у него, но он сказал, что предоставит его лишь в том случае, если мистер Кронич привезет ему эту самую Машину, и даже выдал ему на ее покупку весьма крупную сумму денег. На вопрос, отчего он сам не отправится на улицу Семнадцати Слив и не купит ее лично, он ответил, что не может покинуть свою квартиру, иначе случится… какой-то парадокс и вообще все грозит обернуться большими неприятностями. Часовщик не стал вдаваться в подробности, посчитав, что экстравагантность мистера Рипли не высокая цена за то, чтобы увидеть Пружинное Сердце. Он купил Машину и доставил ее в мансарду в доме у канала. Это было два дня назад и, вероятно, она все еще там.

Мистер Портер узнал, что хотел. Его люди обыскали дом, но спрятанное состояние так и не нашли – видимо, хитрый часовщик его припрятал понадежнее и на его поиски могло уйти много времени, которого совершенно не было. Пообещав себе вернуться за состоянием Кронича после посещения мистера Рипли, мистер Портер покинул дом часовщика.

А старик вернулся в свою постель, обильно смазанную крысиной отравой, против воли проглотив при этом и саму отраву…

Корнелиус Портер предпочитал старое-доброе, бесхитростное и никогда не устаревающее заметание следов. Разумеется, он мог бы пожалеть и часовщика Кронича,