Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

Юан остановился на несколько минут, чтобы отдышаться, но потом снова побежал, не обращая внимания на начинающийся дождь. Теперь он волновался и за Этериол, и за Дилан, и за Ареса, и, главное, за Кристиана и Балиана. Из того, что сказал Нейл, можно было сделать вывод, что если Таранос и впрямь хочет провести отступников из Дилана в Этериол, то он постарается подобраться к Кристиану – ведь только он может открыть Врата. Что касается Балиана, то его побег до сих пор не укладывался у Юана в голове и сильно беспокоил его. Ведь он сбежал один, ничего ему не сказав и только передав через Демиана, что собирается сам найти Тараноса. Это было совершенно не похоже на него. Ведь они привыкли не расставаться ни на день… Хоть это и было десять лет назад.

После возвращения Балиана Юан не переставал радоваться и был почти счастлив, но, несмотря на это, он, как и Кристиан, не мог не заметить, как тяжело приходится освобожденному брату. Спустя некоторое время это немного забылось за всеми происходящими событиями – нападениями на Демиана, оживлением отступников, побегом Тараноса. Казалось, и сам Балиан влился во все это и совершенно забыл о том, какой большой срок пропустил и сколько боли это ему причинило. Но нет, на самом деле он с трудом принимал окружающий мир. Он стал гораздо жестче, упрямство владело им как никогда раньше. Не так давно, когда Балиан очень грубо отреагировал на вполне мирную шутку Юана, Кристиан украдкой сказал младшему брату, что раньше он бы просто засмеялся…

Балиан не привык переживать столь серьезные потрясения и пытался излить накопившиеся чувства, срывая злобу на все и вся. Особенно доставалось бедной Лейан, которую он почему-то воспринимал исключительно как врага. Конечно, Балиана можно было понять: всему виной смерть Розетты, а также то, что у Кристиана была семья, у Юана – друзья и товарищи. Из-за этого Балиан был разбитым и непередаваемо одиноким, хоть и знал, что он – самое ценное, что есть у его братьев. Вышло так, что они приобрели, а он только потерял; это невольно воздвигло между ними подобие стены.

Масла в огонь подливало и злосчастное проклятие. Юан и Кристиан не знали об этом, но Лейан и Демиан заметили, как часто Балиан испытывает дикую боль в обледеневшей руке и всеми силами это скрывает. Он мог бы выплеснуть все накопившиеся чувства в битве с источником своих бед – Тараносом, но и в этом ему было отказано. И вот теперь, когда Нейл сообщил о готовящемся нападении на Врата Заката, терпение Балиана лопнуло. Презрев запреты Гволкхмэя и Тристана, он грубо оттолкнул с дороги Лейан, которая пыталась его образумить, и покинул Эндерглид, чтобы отыскать Тараноса. Когда Юан, проводив Нейла, вернулся в дом Рэвенлира, его уже и след простыл. Лейан рассказала Юану о случившемся, а Демиан, услышав, как речь зашла о проклятии, сказал, что во время путешествия в Эндерглид у Балиана очень сильно болела рука, так что он не мог даже держать меч.

Худшие опасения Юана подтвердились: проклятие давало о себе знать, и срок наверняка истекал, а уверения Балиана, что все в порядке, и лед ползет крайне медленно – лживы. Юан совсем растерялся, это открытие тоже не укладывалось у него в голове. Он жестоко укорял себя за то, что не додумался до этого раньше, и боялся, что Балиан пустит все на самотек. Но неужели он действительно просто позволит проклятию одолеть себя? Неужели может сдаться?

Юан коротко попросил Лейан сообщить обо всем Гволкхмэю и постараться уладить это дело, а также написать Кристиану о случившемся. Сам он, пользуясь своим статусом воина Рассвета и расположением правителя, тоже покинул Эндерглид без разрешения. Теперь Юан держал путь к Градерону, надеясь перехватить брата по дороге к темному городу – после слов Нейла Балиан должен был направиться именно туда. Если Кристиан получил письмо Лейан, думал Юан, то и он тоже пойдет этой дорогой.

Однако, как ни велики были его усилия, Балиана он так и не увидел. Строго говоря, Юан не мог быть полностью уверен, что Балиан отправится прямиком к стенам Градерона, но выбора у него не было – не станешь же спрашивать отступников, не пробегал ли мимо страж Рассвета.

Нелегко было заставлять себя рваться сквозь стену дождя. Одна за другой Юана снедали мрачные мысли. Что, если Балиан решил разгромить поселение отступников и пошел совсем в другую сторону? Что, если Таранос и впрямь там? Или – не дай бог – что, если Балиан отправился на запретную территорию, полагая, что градеронский предатель снова пойдет туда? Юану хотелось кричать во весь голос, зовя брата по имени, но он понимал, что за шумом непогоды его все равно никто не услышит. Это было верхом безрассудства со стороны Балиана – в одиночку отправиться за Тараносом, вооруженным Солфорджем, когда, быть может, от возвращения в лед его отделяли считанные часы… Но Юан понимал, что это безрассудство вызвано очень тяжелыми чувствами, и потому не разозлился ни на миг. Единственное, что он ощущал – это страх и желание как можно скорее убедиться, что с Балианом все хорошо.

Дорога до Градерона показалась Юану как никогда долгой, и все же он надеялся, что до города еще далеко – чем больше расстояние, тем больше шансов, что он встретится с Балианом. Но небо потемнело, дождь перестал, впереди в лунном свете показались стены Градерона. Балиана нигде не было.

– Юан?

– Кристиан! – Юан, тяжело дыша, вцепился в руку старшего брата. – Я его нигде не нашел… Ты знаешь?.. Ты получил?..

В темноте вечной ночи Юан с трудом разглядел, как кивнул Кристиан. Вид у него был неважный. Он тоже старался как можно скорее достичь Градерона, намереваясь предупредить Руэдейрхи о нападении и надеясь встретить Балиана. Но, подойдя к воротам, он увидел Ареса и узнал от него, что о заговоре отступников известно – Тристан от имени Гволкхмэя известил правителя Градерона об опасности, в подробностях передав информацию, полученную от Нейла. Отступники были еще довольно далеко, но воины Заката уже начинали стягиваться к Вратам. Позже они планировали держать оборону перед стенами города. Убедившись в этом, Кристиан сказал Аресу, что будет неподалеку. Он прошел вдоль стены до самых гор и вернулся обратно. Ничто не говорило о присутствии там кого-либо.

– Времени мало, – сказал Кристиан. – Ты уверен, что Балиан пошел именно за Тараносом?

– Да… Он сказал Лейан, что покончит с ним, и ушел.

– Так. Он уже знал, что готовится нападение на Градерон. Куда он мог пойти? Только сюда. Если только…

– Если только он не встретил Тараноса по дороге! – вдруг догадался Юан. – Хотя… – он приуныл. – Я ведь бежал и никого не видел… Отступники шли… Но битв никаких не было… Я боюсь, Кристиан, – признался Юан. – Лейан говорит, что у него уже давно лед почти у самого локтя… Но он говорил, что все в порядке, а я, дурак, верил ему…

С каждым словом Кристиан бледнел все больше, но его лицо становилось все холоднее, а взгляд – пустым. После возвращения Балиана Юан надеялся, что никогда больше не увидит брата в таком состоянии. Но его надежды не оправдались.

– Кристиан, – Юан погладил его по руке. – Может, я зря паникую. Ну, не мог Балиан так поступить с нами… Вот так бросить и убежать за тем, чтобы умереть. Не мог, и все! Ищет Тараноса. Нужно только понять, где именно. И знаешь, что? Плюнем на все. Найдем, призовем Врата Рассвета – давно пора было. Пройдем. Выгонят тебя – уйдем все вместе в Дилан. И Рейта и Демиан с нами.

Кристиан вымученно улыбнулся. Он понятия не имел, как все может обернуться, но подозревал, что если придется использовать ради Балиана Ключ Заката, чтобы после прохода через Врата Рассвета вернуть его в Этериол, то кончится все это его изгнанием. Он бы легко пошел на это, но тянуть за собой братьев, и уж тем более Рейту и Демиана, ему совсем не хотелось. Жизнь в Дилане была куда труднее, чем в Этериоле.

– Ну перестань ты, – Юан словно читал его мысли. – Это я так ляпнул! Подумаешь, уж в самом крайнем случае побудем полгода в Дилане, потом спокойно обратно вернемся. Гволкхмэй разрешит использовать Ключ, я уверен!

– Если только мироздание не обрушится сегодня же, – вздохнул Кристиан. – Если отступников действительно так много, как указал в своем письме Тристан…

– Много их, – подтвердил Юан. – Но и воинов Заката немало. И мы тоже здесь.

– Да, но тогда придется забыть о Балиане.

Они замолчали. Братья думали об одном и том же: если они не найдут Балиана в ближайшие часы, им придется отложить это на неопределенный срок. Конечно, остаться мог только Кристиан, ведь это было его долгом как Хранителя Ключа. Но Юан и его не хотел оставлять одного.

– Ладно, – решил Кристиан. – Идем. Мы увидим, когда они начнут приближаться.

Обрадованный Юан кивнул, и они вместе устремились к горам. Отчего-то им казалось, что если Балиан и встретил Тараноса, то около них.

Но их поиски не продлились долго. Едва они приблизились к горе, где Грейдергерд напал Демиана, дорогу им заступили сразу несколько человек, среди которых выделялся высокий длинноволосый блондин.