Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

Пользуясь его ступором, Балиан бросился вперед. Рука двигалась хуже, чем раньше: похоже, сковывающий ее лед становился все менее магическим и все более реальным. Увлеченный встречей с Тараносом, Балиан не заметил, что ледяная корка продвинулась дальше локтя.

Но сейчас ему было не до этого. Чувствуя тяжесть, он перекинул меч в другую руку. Маневр оказался неожиданным для Тараноса, но он успел защититься. Хоть сила кольца преследователя и не могла навредить Балиану, его защитные свойства действовали безотказно. Каждый раз, когда меч Балиана приближался к цели, Таранос успевал выставить между собой и лезвием невидимый барьер. Впрочем, после нескольких ударов ему порядком это надоело, и он вновь использовал Алгол. Ледяные шипы оттеснили Балиана в сторону. Он едва успевал от них уворачиваться, получая ушибы и царапины. Таранос с удовольствием наблюдал, как он пытается избежать встреч с губительными остриями.

– Твой братец прыгает получше твоего, – сказал он.

Балиан торопливо скользнул взглядом по пещере, оценивая обстановку. Ни о каком просторе больше не могло быть и речи. Всего в нескольких шагах за его спиной находился тупик. Простирающийся впереди широкий коридор теперь был загроможден целыми ледяными соцветиями – кое-где шипы достигли даже потолка. Но, в отличие от бывших тут прежде колонн, они соединяли пол с потолком наискось. Несложно было догадаться, что еще несколько подобных атак, и он, Балиан, окажется попросту замурован здесь.

Вряд ли Таранос думал о чем-то подобном – слишком уж это ненадежный способ убийства. Он просто хотел держать его на расстоянии. Зачем – оставалось для Балиана загадкой. Ведь у Тараноса был кинжал. Куда логичнее было бы подпустить врага к себе и использовать его.

Возможно, это и впрямь было хитроумной ловушкой, но у Балиана не оставалось выбора. Он должен был не допустить того, чтобы Таранос снова использовал Алгол. Предугадать появление ледяных кольев было практически невозможно, и уворачивался от них Балиан почти инстинктивно. Рано или поздно это должно закончиться плачевно. Таранос прав, Юан обладал куда большей ловкостью и гибкостью. У Балиана шансов избежать серьезных ранений было меньше, чем у него. Поэтому он должен был поспешить.

С боевым ором Балиан кинулся прямиком к ледяным шипам. Таранос немного растерялся – хватало одного взгляда, чтобы понять, что пройти там нельзя, кривые ледяные столбы врывались в потолок, а внизу громоздились непроходимые глыбы, украшенные острыми кольями. Не подумав, он вновь прибег к помощи кольца, надеясь, что вызванные наугад шипы попадут в цель. Но он забыл о том, что, несмотря на многочисленные тренировки на запретной территории, он не может направлять силу Алгола настолько точно, чтобы наверняка попасть в жертву. На сей раз новые колья появились точно под уже громоздившимися шипами, впивающимися в потолок. Все вокруг задрожало; с потолка упало несколько небольших кусков льда. Балиан поспешил уйти от опасного места и бросился к другому такому же сооружению. Расчет был сделан правильно: Таранос побоялся повторять опасный опыт, понимая, что дело может закончиться тем, что они оба окажутся похороненными во льду. Теперь ему оставалось только гадать, что задумал враг, и в напряжении ожидать какой-нибудь вероломной атаки – ведь кто-кто, а Балиан не станет прятаться, в этом у Тараноса не было никаких сомнений.

И он оказался прав. Балиан, притаившийся за ледяным изваянием, бездействовал недолго. Разогнавшись, он изо всех сил врезался в лед. Во все стороны полетели осколки, и вместе с ними Балиан буквально вывалился на Тараноса. Тот не успел среагировать. Ситуация была чрезвычайно выгодной для Балиана, но у него не было ни времени, ни пространства, чтобы использовать меч. Наугад он ударил Тараноса рукоятью; вместе они повалились на ледяной пол. Не тратя времени даром, Балиан вцепился в его руку. Таранос почти вслепую использовал для защиты кольцо преследователя. Балиана откинуло в сторону невидимой волной, он со страшной силой врезался в стену. От удара у него перехватило дыхание, позвоночник неприятно хрустнул. Но даже это не смогло помешать ему испытать триумф. В его руке был Алгол! Он успел вцепиться в кольцо достаточно сильно, чтобы, когда Таранос откинул его, оно соскользнуло с его пальца. Запоздало Балиан пожалел, что не взялся за оба кольца сразу, но и эта потеря градеронского предателя стала для него немалым достижением. Ледяных шипов можно было не опасаться.

– Ты!.. – Таранос поднялся на ноги, и даже с такого расстояния было видно, что он дрожит от злости. Это не могло не поднять Балиану настроения: он терпеть не мог людей, которые считают высшей формой издевательства спокойную, покровительственную улыбку, а ведь именно так вел себя Таранос еще пять минут назад.

– Я, – губы Балиана скривились в усмешке, и он с показательным довольством надел кольцо на указательный палец левой руки. – Посмотрим, на что ты способен без всех этих штук!

– Без всех? – Таранос быстро пришел в себя – ведь при нем все еще было кольцо преследователя и, самое главное, Солфордж. – Я сниму это кольцо с твоего мертвого тела.

– Посмотрим, – кольцо было велико Балиану, и он, чтобы оно не мешало ему, снял его и положил за пояс. – Забыл, что ты не можешь никого убить?

Таранос вдруг снова улыбнулся – спокойно и угрожающе. К удивлению Балиана, он направился прямо к нему, не доставая кинжала, не стараясь как-нибудь защититься.

– Да, может, и не могу… – говорил он на ходу. – А вот ты сам вполне можешь.

Таранос откинул свой плащ в сторону. Сердце Балиана дрогнуло и словно бы остановилось. На руке Тараноса поблескивал золотой браслет с драгоценными камнями…

Солфордж.

Запоздало Балиан понял, что не может сдвинуться с места и даже отвести взгляда от проклятого сокровища.

Глава тридцатая

Разгар сражения

Кристиан и Юан изо всех сил старались оттеснить отступников или хотя бы разделить их. Направляемые и подзадориваемые Эриданом, который с комфортом устроился чуть поодаль, они атаковали все сразу, и это сильно затрудняло положение. Некоторое время братья ожесточенно отбивались, пока не поняли окончательно, что силы неравны.

Пока шла кровавая битва, Эридан спокойно наблюдал за развитием событий, даже не думая вмешиваться. Соблюдая дистанцию, он изредка покрикивал что-нибудь в адрес сражающихся, опасаясь, что они клюнут на уловку Розенгельдов и станут атаковать по двое или по трое, а не одновременно. Конечно, такой ход был не самым мудрым, ведь они могли легко поранить друг друга. Но Эридан понимал, что если и есть шанс взять количеством, то действовать нужно только так и никак иначе. Розенгельды во все времена славились как талантливые воины, а Юан, он уже успел заметить, отличался потрясающей ловкостью. Задачей отступников было убить или ранить их прежде, чем они сумеют как следует проявить себя.

Помимо этого, Эридан не забывал следить и за территориями, раскинувшимися впереди. Отступники собрались у Градерона в поистине устрашающем количестве. Даже сам Эридан немного удивился. Прошло не так уж много времени с того момента, как некогда изгнанные из Эндерглида и Градерона люди начали стекаться к поселению, и все происходило на глазах Эридана. Но он видел отступников, рассеянных по довольно обширной местности, занятых каждый своим делом. И теперь он даже присвистнул от удивления и мысленно поздравил Тараноса, который надоумил всех на это предприятие. Горстка оборванцев оказалась впечатляющей армией. Пусть не каждый из них мог похвастаться хорошим владением оружием, создавалось впечатление, что этого и не понадобится – тесно идущие люди, казалось, могли попросту снести собой стены Градерона.

Послышался чей-то призывный крик. Ворота распахнулись, и прямо в наступающую толпу отступников высыпали воины и стражи Заката. Воздух наполнился криками и звуками сражения.

Едва Эридан отметил это, совсем рядом раздался душераздирающий вопль, перешедший в хрип. Эридан отпрыгнул в сторону, и очень вовремя: в место, где он только что стоял, вонзился кинжал. Он оглянулся. Нападение не было намеренным – меч Кристиана вонзился в шею одного из атакующих, его оружие упало на землю, а зажатый в другой руке кинжал, которым он, видимо, хотел ударить исподтишка, вылетел из руки.

Эридан спокойно поднял импровизированный снаряд и, поколдовав с ним, ловко отделил узкое лезвие от рукояти. Глянув в сторону сражающихся и убедившись, что они все еще слишком заняты, чтобы обращать на него внимание, он достал из-за пояса еще два почти таких же лезвия, убедился, что они совпадают по ширине и по длине, и принялся за дело. Труд был недолгим. Эридан уже давно замыслил соорудить нечто подобное и заранее сделал на своей левой перчатке три специальных крепления. На то, чтобы установить в них лезвия, ушла минута. Еще некоторое время Эридан потратил, чтобы полюбоваться на творение рук своих и убедиться, что лезвия держатся достаточно прочно. Два из них были чуть загнуты, о чем он позаботился пару дней назад, новое пока, конечно, держалось прямо. Но результат Эридана все равно устроил.