Любовь, опаленная огнем - Александр Афанасьев

В дверь их автобуса забарабанили, а потом раздался голос Валерии:

— Сони! Хватит спать! Подъем!

В желудке у Саманты почему-то заурчало, и она вдруг поняла, что желудок обладает чувством юмора, ибо его урчание, за несколько часов до завтрака, говорит о том, что завтрака не будет. Им повезло, они добрались до Эдинбурга без приключений. Но отсутствие ночных атак было слабым утешением, перед тем, что их ждало среди битого кирпича на улицах города.

И первый сюрприз, произошел в процессе выгрузки дивизии. Правда его ждали, и о нем было известно заранее, но все равно в душе осталось гнетущее впечатление. К штабной платформе примчалась пани Юнона и заявила, что она и ее девушки из батальона "Марина Мнишек" далее следуют самостоятельно. Натали порекомендовала не делать столь категоричных заявлений, и сказала, что у польских девушек есть возможность вернуться, если их планы вдруг рухнут. Пани Юнона фыркнула, и заявив, что уже через неделю будет загорать на пляжах Флориды, отправилась восвояси.

Дивизия выгрузилась с платформ, и девушки приступили к перегрузке содержимого грузовых вагонов в имеемый автотранспорт. Вместе с донесение дозора о том, что польский батальон въехал на территорию города поступил доклад о том, что в их сторону движется группа легковых авто во главе которой "Хамбер Суперснайл", с какой-то пожилой дамой за рулем. Этой дамой оказалась миссис Бэйстард Лэйбироуз. Ее визит был несколько некстати, как показалось поначалу, ибо общение с почтенной дамой извергавшей из себя поток ругательств, срывало график начала движения. Но Натали Одинцоффа еще раз публично продемонстрировала всем присутствующим преимущества большевизма, рявкнув на миссис Лэйбироуз, и попросив ее в категорической форме говорить строго по существу. Что та к удивлению всех собравшихся и начала делать.

Новости были крайне неутешительные. Акт о капитуляции Греат Бритаина подписан. Однако не все с ним согласились. Поэтому, помимо действующего правительства Дж. Фуллера, приступившего после капитуляции страны к спокойному и неторопливому обсуждению вопроса о реформе алфавита, нашлись люди, которые с этим не согласились. Эти люди приехали с ней, миссис Лэйбироуз. По сути это бывшая комиссия Союза Солдатских жен и матерей, вернее то, что от нее осталось. Они провозгласили себя новым правительством Греат Бритаина, и призывали всех продолжать борьбу с Германией. Естественно, что никто их не поддержал, ибо генерал Окинлек был сторонником Дж. Фуллера, а остальные либо избрали пассивную позицию, либо тоже провозгласили себя правительствами, но сделали это, преследуя цель поживиться грабежами и мародерством, именуя официально данные мероприятия реквизицией мобилизационных ресурсов у населения. Во главе данных правительств состояли главари преступных организаций Греат Бритаина, а также предводители групп дезертиров и отдельных, отказавшихся подчинятся Окинлеку небольших воинских подразделений. Если вкратце и по существу, то любой уважающий себя главарь банды в Эдинбурге, считал себя премьер-министром Греат Бритаина. Воинские части, оставшиеся верными Дж. Фуллеру и Окинлеку в большинстве своем выведены из города. Оставлен пехотный полк, в задачу которого входит обеспечение безопасности королевской семьи Греат Бритаина в ожидании эвакуации. По данным миссис Лэйбироуз, королевская семья будет возглавлять еще одно правительство Греат Бритаина, так называемое правительство в изгнании. Сделано это с подачи Германии. Цель существования такого правительства — обеспечение каналов поставки военного имущества из США через бритаинские колонии в Германию, в целях подготовки войны против СССР. На удивленный вопрос девушек, почему так сложно, почему нельзя поставлять военное имущество напрямую, ответила Натали Одинцоффа:

— Если не будет существовать хотя бы фиктивный капиталистический антифашистский строй, то и Индия и Китай практически сразу снесут правящие режимы, ибо не захотят сотрудничать с нацистами. А это означает, что у СССР появятся союзники, пускай и слабо подготовленные, но обладающие большими людскими ресурсами. При наличии же якобы антифашистского правительства Греат Бритаина в изгнании, есть шанс не только удержать в стороне Индию и большую часть Китая, но и оправдать поставки военной техники при внешнем соблюдении нейтралитета.

— Именно так, — согласилась миссис Лэйбироуз, — Оба правительства и действующее и в изгнании собираются сотрудничать с нацистами. В городе сейчас хаос и анархия. Банды борются за передел территории. Единственные зоны, где безопасно — район морского порта и район верфей, причем район верфей еще вчера утром был также небезопасным, но откуда-то появились вооруженные рабочие верфей и очистили территорию от мародеров. Там что-то происходит. Я говорю о верфях. Но что, я увы не знаю.

Девушки после этих слов переглянулись, а затем с уважением посмотрели на Натали. Она же, поправив буденовку на голове, продолжила выуживать информацию из Бэйстард Лэйбироуз:

— Где находятся женские концлагеря и что известно о центре, так называемых магов-каббалистов? Можете показать это на карте города?

— Да, конечно, но я еще хотела рассказать…

— По дороге расскажете! Кстати, польские эсминцы в порту есть?

— Есть один, называется «Гарланд», там сейчас столпотворение — все польское правительство с вещами с ночи грузится на него в полном составе. Правда сотав этот полнеет с каждым часом, — улыбнулась пожилая миссис, как бы не затонул в порту от перегрузки! А расположение концлагеря и центра мне известно.

— Отлично! Показывайте, и начнем движение.

— Они находятся вот здесь — миссис Лэйбироуз указала на карте, — лагерь примыкает к центру этих магов, но допуска в центр мне получить не удалось, я даже не знаю, кто им управляет.

— Я думаю, что мы об этом скоро узнаем, — с какой-то зловещей улыбкой произнесла Дора Барух, — И этим хреновым оккультистам-искателям Божественного откровения явится другое откровение — свинцовое, в мельхиоровой оболочке. Будет им и просветление и подъем на высшую ступень развития.

Валерия посмотрела на карту, и как-то удивленно заметила:

— Лагерь находится на кратчайшей прямой, соединяющей верфь и точку где мы находимся. Неужели Бог соизволил повернуться к нам лицом?

— Это не Бог! Бога нет, ибо человек сильнее бога! Как говорил наш вождь Владимир Ильич Ульянов-Ленин: "Верной дорогой идете товарищи!". Большевики всегда идут кратчайшим путем, устраняя все препятствия. Идем кратчайшим путем и мы, — решительно оспорила теологическое заявление своей подруги Натали.