Последние первые планетяне - Павел Третьяков

что рассекали фронтир в ранний его период, ржавенькая и выцветшая, но, как многие автомобили своего времени, угловатая и исполинская, словно танк. Беглецы с легкостью протаранили ворота и даже вырвали с корнем половину стены, едва не обрушив строение. При том не затормозили и на миг. Пока офицеры в растерянности поднимались с земли, машина обогнула кустарную подстанцию и, поднимая клубы пыли высотою с дом, понеслась на север.

Можно было решить, бездарная погоня завершена для полицейских, однако Давыдов, поражая даже самого себя, не растерялся. Стараясь не смотреть, как далеко унесся Моргунов, старшина ворвался в амбар и стал один за другим срывать брезенты со скопленного барахла. Ткани от времени не просто пропитались пылью, а будто целиком состояли из нее. Поднялась такая зловонная завеса, что Николай едва различал предметы вокруг себя дальше, чем на шаг. Все-таки офицер не сдавался. Давыдов смекнул, что план побега бизнесмен разработал сильно загодя. Машина, на которой им с подельником удалось улизнуть, оказалась здесь не случайно. Моргунов явно просчитал такой ход событий или, может, опасался, что однажды завистливые горожане устроят на него облаву, или он станет следующей жертвой Призраков, что было бы иронично. Так или иначе, Михаил предполагал, что настанет день, когда ему придется сбегать из города в сопровождении только самых верных бойцов. В таком случае, решил Давыдов, он не мог полагаться на единственную развалюху.

Скоро фортуна улыбнулась старшине. В дальнем углу, за коробками с рваным тряпьем, оказался спрятан внедорожный электроцикл. Выглядел он целехоньким, пускай явно древним, хотя не древнее того казенного металлолома, на котором вынуждены колесить законники. Так или иначе, Николай с Леоновой поспешили выкатить байк на центр, и старшина, взмолившись всем богам, чтобы аккумулятор оказался заряжен, надавил на стартер. Прерывистое шипение двигателя поднялось над амбаром. Этот звук показался Давыдову самым сладким из всех, что доводилось слышать за целую жизнь. Запрыгнув в седло, он выехал на улицу, а Камилла, на бегу перезарядив револьвер, уселась сзади. Она скомандовала старшине лететь, что есть мочи. Тот смолчал. Девушка обхватила его свободной рукой – Николай в тот же миг рванул с места.

Нестись по пыльным проселочным дорогам без визора было настоящей пыткой, однако Давыдов не собирался сбавлять темп. Выехав с фермы на север, куда немногим ранее умчался Моргунов, офицеры некоторое время никак не могли определить, в какую сторону направился пикап, но вскоре на горизонте показалось движущееся облако пыли, и оно стало полицейским вполне годным ориентиром. Камилла пыталась докричаться до старшины. Увы, ее слова ветер подхватывал и уносил прочь прежде, нежели Николаю удавалось разобрать что-то. Все-таки офицер сообразил, что пытается сказать коллега. Как и Давыдов, девушка полагала, что, судя по направлению, Моргунов намерен скрыться через Борейский Проход.

Меж тем первые минуты преследования офицерам явно не удались. У них не выходило подобраться к Моргунову ближе – старенькому электроциклу попросту не хватало мощности на грунтовых дорогах. Он пробуксовывал на ямах и рытвинах, не слушался на поворотах. Раз и другой законники едва не вылетели из седла, стараясь срезать через придорожные заросли.

Ситуация резко переменилась, когда выехали на шоссе. Сцепившись с асфальтом, как с добрым другом после долгой разлуки, байк пришел в себя и стал заметно набирать ход. Особо не жалея «старичка», полицейские за мгновения наверстали километры отставания. Колымага Моргунова, бьющая по всем газам, была темным пятном на горизонте, но вот она уже в сотне метров впереди – неуклюже вползает в поворот на междугороднюю магистраль.

Дорога с этого момента повела ее аккуратно вдоль магнитных путей, и у законников не осталось сомнений, что бизнесмен намерен улизнуть через проходящий сквозь горный хребет тоннель. Это было оправданное решение со стороны Моргунова. Через несколько километров за горой официальная область деятельности «СидМКом» обрывалась, и формально борейские законники теряли там полномочия. Давыдов был далек в эти безумные минуты от мысли, что собирается строго следовать уставу – слишком велика была в нем жажда расплаты за первого помощника и даже Максим. Другое дело, что, проведя в офисах Большого Кольца достаточно времени, старшина осознавал степень беспощадности корпоративной бюрократии. Понимал: арест бизнесмена на территории конкурентов поведет за собою непредсказуемые последствия, вплоть до нелепейших, вроде освобождения Михаила.

Поклявшись не допустить подобного, Николай окликнул Леонову, чтобы та вцепилась в него что есть сил, и прибавил без того сумасшедшего ходу.

Один километр стремительно сменялся новым, и участники погони наконец пролетели мимо вокзала и поворота на Фермерский тракт, – практически друг за дружкой. Без сомнения, ничего подобного жителям Борей-Сити не приходилось наблюдать многие годы. Если кто-то из постояльцев гостиницы «Кинг Пилигрим» в этот момент выглянул в окно, то, наверное, не поверил своим глазам. Пара едва различимых пятен пронеслась мимо станции на немыслимой скорости, оставив после себя непроницаемую пылевую завесу. Всего миг, и машины скрылись из виду, словно их и не было; затем – раздались выстрелы.

Как только городские постройки остались позади, Давыдов почувствовал, что Камилла похлопывает его по плечу, и это, очевидно, было сигналом идти на сближение. До Борейского Прохода оставалось немногим больше километра, и у законников неумолимо истекало время, чтобы перехватить Моргунова на территории «СидМКом». Они решили: время рисковать по-крупному. Николай выкрутил акселератор до предела, и старенький байк, закряхтев от натуги, ринулся на перехват. Двести метров. Сто. Пятьдесят. Двадцать пять. Одним махом старшина сократил расстояние достаточно, чтобы даже плохой стрелок мог показать себя. Впрочем, это не про Камиллу. Она-то была лучшей. В Борей-Сити, а, может, даже на всем лихом фронтире. Девушка тотчас прижалась подбородком к плечу старшины, чтобы хорошенько прицелиться, и быстро вытянула вперед руку с револьвером. Пикап Моргунова заметно вилял чуть впереди, однако в целом держался правой стороны шоссе. Давыдов изо всех сил удерживал байк левее. Он краем глаза следил, как ходит из стороны в сторону рука Камиллы. Не истерично или тем более безвольно. Наоборот: уверенно и спокойно. Револьвер хищнически гулял взад-вперед в поисках цели. Наконец Леонова стиснула хватку на куртке Николая, и тот догадался, что она готова стрелять. Один! Второй! Оба в цель! Камилла пробила заднее колесо и разнесла окно над ним. Она целилась в водительское кресло и попала. Пикап стало кренить в сторону, хотя скорости он не сбавлял. Водитель был явно ранен, но не убит.

Камилла опустила голову, чтобы заново прицелиться, однако в тот же момент машину Моргунова резко мотнуло вправо, и она безвольно сошла с дороги. Пикап оказался на борозде между трассой и магнитными путями. Его лихо подбрасывало