Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

подчинения. В 1502 году крестьяне епископа Шпейера создали Бундшух из 7 000 человек, обязавшись покончить с феодализмом, "выследить и убить всех священников и монахов" и восстановить коммунизм, который, по их мнению, был у их предков. Крестьянин раскрыл схему на исповеди; церковники и дворяне присоединились к ее обходу; главные заговорщики были подвергнуты пыткам и повешены.1

В 1512 году Йосс Фриц тайно организовал подобное движение под Фрайбургом-Брайсгау; Бог, Папа и император должны были быть пощажены, но все феодальные владения и повинности должны были быть отменены. Крестьянин, которого заставили присоединиться к этому бунду, разоблачил его перед своим духовником; власти арестовали и пытали лидеров; восстание сорвалось, но Йосс Фриц выжил, чтобы присоединиться к Крестьянскому восстанию 1525 года. В 1517 году лига из 90 000 крестьян Штирии и Каринтии взялась покончить с феодализмом: в течение трех месяцев их отряды нападали на замки и убивали лордов; в конце концов император Максимилиан, который сочувствовал их делу, но порицал их жестокость, послал против них небольшой отряд солдат, который усмирил их в угрюмом спокойствии. Но была заложена основа для крестьянской войны и анабаптистского коммунизма в реформационной Германии.

Тем временем в немецкой промышленности и торговле происходила более реальная революция. Большая часть промышленности по-прежнему оставалась ремесленной, но она все больше контролировалась предпринимателями, которые предоставляли материалы и капитал, а также покупали и продавали готовые изделия. Горнодобывающая промышленность быстро прогрессировала; большие прибыли приносила добыча серебра, меди и золота; золото и серебряные слитки стали излюбленным средством хранения богатства, а роялти, выплачиваемые за права на добычу полезных ископаемых территориальным князьям - особенно курфюрсту Саксонскому, который защищал Лютера 2-позволяли некоторым из них противостоять и папе, и императору. Чеканились надежные серебряные монеты, множилась валюта, переход к денежной экономике был почти завершен. Серебряные тарелки стали обычным предметом обихода среднего и высшего классов; в некоторых семьях можно было увидеть столы или стулья из цельного серебра; в немецких церквях накапливались монстранты, потиры, реликварии, даже статуи из серебра или золота, что склоняло князей к религиозной реформе, позволявшей конфисковать церковные богатства. Эней Сильвий в 1458 году, изумляясь тому, что немецкие трактирщики регулярно подают напитки в серебряных кубках, спрашивал: "Какая женщина, не только среди знати, но и среди плебеев, не сверкает золотом? И мне ли упоминать о конских уздечках, чеканенных чистейшим золотом, о... доспехах и шлемах, сверкающих золотом?" 3

Финансисты стали крупной политической силой. Еврейские ростовщики Германии были вытеснены христианскими семейными фирмами Вельзеров, Хохштеттеров и Фуггеров - все из Аугсбурга, который в конце XV века был финансовой столицей христианства. Йоханнес Фуггер, сын ткача, стал торговцем текстилем и оставил после своей смерти (1409) небольшое состояние в 3 000 флоринов (75 000 долларов?). Его сын Якоб расширил дело; когда он умер (1469), его состояние занимало седьмое место в Аугсбурге. Сыновья Якоба - Ульрих, Георг и Якоб II - вознесли фирму на вершину, предоставляя деньги князьям Германии, Австрии и Венгрии в обмен на доходы от рудников, земель или городов. От этих спекулятивных инвестиций Фуггеры получали огромные прибыли, так что к 1500 году они стали самой богатой семьей в Европе.

Якоб II был кульминационным гением семьи, предприимчивым, безжалостным и трудолюбивым. Он стоически тренировался, изучая каждую фазу бизнеса, все достижения в книгопечатании, производстве, торговле и финансах. Он требовал принести в жертву бизнесу все, кроме самой семьи, и подчинить каждого отдельного Фуггера интересам семьи; он установил принцип, согласно которому никто, кроме Фуггера, не должен иметь власти в концерне; и он никогда не позволял своим политическим дружеским связям влиять на выдачу кредитов. Он создавал картели с другими фирмами, чтобы контролировать цены и продажи различных товаров; так, в 1498 году он и его братья заключили соглашение с аугсбургскими купцами, чтобы "загнать в угол" венецианский рынок меди и удерживать цены.4 В 1488 году семья одолжила 150 000 флоринов эрцгерцогу Сигизмунду Австрийскому, а в качестве залога получила весь доход от серебряных рудников Шварца до тех пор, пока долг не будет погашен. В 1492 году Фуггеры объединились с краковскими Турзо в картель для разработки серебряных и медных рудников Венгрии и поддержания "максимально высоких цен" на продукцию.5 К 1501 году Фуггеры управляли огромными горнодобывающими предприятиями в Германии, Австрии, Венгрии, Богемии и Испании. Кроме того, они импортировали и производили текстиль, торговали шелком, бархатом, мехами, пряностями, цитрусовыми, боеприпасами, ювелирными изделиями, организовывали экспресс-перевозки и частную почтовую службу. К 1511 году, когда Якоб II стал единоличным главой фирмы, ее активы достигли 196 791 гульдена; к 1527 году (через два года после его смерти) ее капитал оценивался в 2 021 202 гульдена (50 000 000 долларов?) - прибыль в размере 50 процентов в год на протяжении шестнадцати лет.6

Часть этой прибыли была получена благодаря связям Фуггеров с императорами и папами. Ульрих Фуггер предоставил займы Фридриху III; Якоб II стал главным посредником Максимилиана I и Карла V; огромное расширение власти Габсбургов в XVI веке стало возможным благодаря займам Фуггеров. Хотя Якоб отвергал церковные ограничения на проценты и попытки церковников установить "справедливую цену" на товары для потребителей, он оставался католиком, давал займы священнослужителям для оплаты их услуг по продвижению по службе и вместе с Ульрихом получил (1494) управление папскими финансами в Германии, Скандинавии, Богемии и Венгрии.

В последние годы жизни Якоб Фуггер был самым уважаемым и непопулярным гражданином Германии. Некоторые католики нападали на него как на ростовщика; некоторые дворяне - за то, что он подкупал их в погоне за должностью или властью; некоторые купцы - за его завидные монополии; многие рабочие - за то, что он отменял средневековые правила торговли и финансов; большинство протестантов - за то, что он управлял экспортом немецких денег для римских пап. Но императоры и короли, князья и прелаты отправляли к нему посланников как к правителю; Дюрер, Бургкмайр и старший Гольбейн писали его портрет как сурового и простого реалиста; а Максимилиан дал ему титул графа империи. Якоб пытался искупить вину за свое богатство, построив 106 домов для бедных, но католических жителей Аугсбурга.* Для своих костей он возвел красивую часовню в церкви Святой Анны. Он умер в запахе святости, оставив миллионы гульденов и ни одного ребенка; величайший дар из всех был ему недоступен.

От него мы можем вести отсчет капиталистической эры в Германии, роста частных монополий, доминирования предпринимателей, контролирующих деньги, над феодалами, владеющими землей. Немецкая горнодобывающая и текстильная промышленность была организована по капиталистическому образцу - то есть контролировалась поставщиками