Странник - Андрей Круз

Здесь лысый свернул резко вправо, побежав вдоль узкой грунтовки, ведущей на запад, по-прежнему старательно не выходя на открытые места. Я в очередной раз выматерил исчезнувшую радиосвязь и побежал следом, уговаривая себя сделать хотя бы еще шаг, и еще, и еще, потому что сил уже совсем не осталось. Ноги приходилось переставлять каждый шаг насильно, карабин весил чуть ли не тонну, одежда прилипала к телу, во рту пересохло, по лицу тек пот, и я постоянно стирал его тыльной стороной руки, царапая кожу перчаткой. Дыхание было тяжким, сухим и со свистом, и как я вообще еще держался у преследуемого на хвосте – сам не понимал.

После насосной пробежали недолго. В конце дорожки показался сетчатый забор, и лысый неожиданно прибавил ходу, проскочив в открывшуюся от его толчка калитку, и бросился к небольшому сборному зданию, увернувшись от моих нескольких неточных выстрелов, а затем исчез за дверью, забежав внутрь. Попасть я не смог – руки уже тряслись, так, пальнул наудачу и рванул следом.

Именно сюда он и бежал. С самого начала.

И то, что я чувствую, именно здесь и есть. Сейчас я это ощущаю всеми своими кишками, оно близко, оно рядом, оно прямо передо мной. За стеной, к которой я сейчас прижался боком.

Перевести дух, успокоиться.

Он никуда отсюда не уйдет, я теперь это знаю.

Я теперь все знаю, потому что я рядом с проходом. И ощущение мне это действительно знакомо, еще по Отстойнику: примерно это я испытывал рядом с тем подвалом, в котором те, кто искал выход из того мира любыми средствами, убили человека. Где я сам провалился в Отстойник этот самый.

Главарь бежал сюда.

Послышался звук открывшегося окна, а затем голос, хриплый, усталый, вымотанный. Если бы я сам заговорил, то звучал бы так же, наверное.

– Эй, ты, нам надо поговорить.

Ну да, поговорить, теперь поговорить. Но в здании мне его не взять, а связь… связи по-прежнему нет. Никакой. И быть не может.

– Говори!

Точно, угадал я, голос у меня еще хуже, с первой попытки даже крикнуть не получилось. Со второй как-то вышло, он меня услышал.

– Сиди где сидишь пока, я тебя все равно не вижу, – сказал тот. – Здесь меня тебе не взять самому, а помощь вызвать не сможешь, я знаю, что связи нет. А если побежишь за ними, то я просто уйду. Поэтому давай поговорим.

– Говори, я же сказал.

Он где-то за углом, видимо, в окне над дверью, в которую забежал. Успел подняться на второй этаж. Больше просто неоткуда ему кричать. С этой стороны в стене ни единого окна. А что сзади? А надо бы проверить.

– Ты же чужой, так? Не из этого мира, ты сюда провалился.

Ну догадаться вообще-то нетрудно, у нас весь анклав из чужих.

– Угадал, – крикнул я в ответ и сместился ближе к углу, все же намереваясь осмотреть здание сзади.

Небольшой такой дом, метров… пятнадцать на пятнадцать, строен из легких панелей, как и все здесь, в два этажа, крыша плоская, что нехорошо, еще и с выходом на нее, наверное… Такой, к слову, насквозь простреливаться должен, знать бы куда простреливать…

– Я тоже чужой.

А то я не знал…

Нет, стоп, не знал и даже подумать такого не мог, я просто сейчас все понял. Понял, почему он бежал именно сюда, почему бежал не один, почему так сокрушался из-за гибели обоих своих спутников. Я даже знаю уже – почему он хочет со мной поговорить. Потому что ему без меня никак. И я, по большому счету, пока даже в безопасности. Относительной.

Но это все же новость, потому что я был уверен, что это «синдромник». Просто по степени зверства. С «синдромниками» в этом случае все понятно, там на внутреннее дерьмо болезнь накладывается, а вот чтобы чужой так… да еще и бандой «синдромников» командовал…

Нет, все же удивил.

– Умничка!

– Заканчивай с этим, – отозвался он. – Я серьезно.

Нет, задняя стена дома тоже без окон. И есть подозрение, что и третья тоже, только на фасаде большое окно, за которым он сейчас прячется. Интересно, что это вообще за здание?

– Говори уже!

– Хочешь уйти обратно?

Даже так? Сразу с козырей?

– Это куда?

– Туда, откуда ты провалился.

Ну да, прямо туда. Рассказывай. Но для лоха сойдет, наверное.

– А у тебя агентство по таким перемещениям?

Так, если он просто кинет гранату ближе к этому углу, то меня может серьезно задеть. Я бы на его месте… нет, не рискнул бы, даже если бы граната была. Раненый я ему подойду, а мертвый – нет. И сменивший позиции и переставший разговаривать – тоже не сгожусь. Не думаю, что он это сделает, но лучше поберечься. Вон тот штабель труб будет очень кстати, за ним даже гранатой не достанет.

Ответ я прослушал – бежал. Поэтому попросил повторить уже из укрытия.

– Я не буду стрелять, можешь не прятаться. – Голос звучал устало и уже эдак покровительственно – лысый входил в роль, похоже.

– А то ты много настреляешь, да, – радостно подтвердил я, решив его позлить. – Стрелок из тебя хоть куда, втроем вышел и один дошел, а засада твоя так вообще верх военного искусства, как раз в цирке с таким выступать. Кстати, насчет того, что мне тебя там не взять… Я бы на твоем месте так не горячился с утверждениями. Как бы предпосылок не вижу к такой уверенности, тебе бы поскромнее быть.

Не разозлился. Или сделал вид, что не разозлился. Просто крикнул в ответ:

– Не суть важно. Ты уйти в свой мир хочешь или нет? Из всего вот этого… вокруг.

– И что взамен?

– Трудно догадаться? Оставляешь меня в покое. Ты к себе, я к себе, все, шоу закончено.

– Так все просто?

Ну на самом деле ничего сложного нет, при наличии, так сказать, всех необходимых компонентов. Один из которых, благодаря моей удачной стрельбе, теперь именно я, других не видно. Ладно, послушаем дальше.

– Я – странник, парень, – опять заговорил он. – Это не первый мир, куда я попал, и не последний. Если ты знаешь, как ходить, то в этом действительно ничего сложного, никакой ракетной науки.

Ну да, я знаю. Просто ты не знаешь, что я знаю, а я знаю, что ты не знаешь. Поэтому мне интересно слушать, как ты пытаешься меня развести на то, чтобы сунуть голову в молотилку. И время работает на меня, у меня его много, а у тебя мало, очень мало.

– Давай подробности.

– В доме есть проход.

Я знаю. Я его чувствую.

– И что? Почему ты еще не в нем?

– Ты мне сейчас мешаешь.

– Как?

– Не суть, мешаешь – и все, я не могу уйти. И пока ты здесь – не смогу. А если ты пойдешь со мной, то тогда все сработает как надо.

Ну… тоже версия, годится для первого раза. Есть какая-то логика. Ладно, еще пробный шар:

– Давай ты мне расскажешь о том, почему я должен тебе верить?

Вроде как опять вздох с той стороны.

– Не надо верить, просто встань у прохода – и сам все поймешь. Просто поймешь – и все, сам, даже объяснять ничего не придется.