Любовные прикосновения - Джоанна Кингсли

Вооружившись свежей порцией презрения, Лари вошла в коттедж. Их фигуры четко вырисовывались на фоне залитого солнечным светом окна. Чезз слегка откинул голову назад, а баронесса целовала его грудь там, где была распахнута рубашка. Рука ее быстро двигалась в его брюках.

Нет, она не сможет выносить такие сцены день за днем!

Отступив назад, Лари прислонилась к двери. Услышав шум, они обернулись и посмотрели на нее. Легкая улыбка тронула тубы немки, но в этой улыбке не было ни малейших признаков смущения.

Лари нашла выход: она повернулась и побежала к своему автомобилю. Она начала заводить мотор и увидела, что Чезз подошел к двери коттеджа. Его рубашка все еще была распахнута. Потом сзади к нему потянулись две руки, обняли его голую грудь и удержали Чезза на месте. Лари резко нажала ногой на педаль акселератора. Ей придется уехать как можно быстрее, каковы бы ни были последствия.

Она направилась в офис, собираясь повидаться с Флауэр и признаться ей во всем. Но Хейли на месте не оказалось – она следила за ходом отделочных работ в роскошной квартире на крыше небоскреба на Пятой авеню. Тогда Лари решила оставить все как есть до завтра. В этом случае у нее будет время, чтобы успокоиться.

Она вернула взятый напрокат автомобиль и пошла домой. Меряя шагами свою квартиру, слишком расстроенная, чтобы поесть и расслабиться, Лари обдумывала и репетировала свои предстоящие извинения перед Флауэр. Но как бы хорошо она все ни объяснила, ее властная работодательница непременно придет в ярость из-за обмана.

Только оказавшись перед перспективой возможной потери этого заказа, Лари поняла, насколько жизненно важен он для нее – не столько потому, что давал ей средства к существованию (было бы нетрудно найти другую столь же низкооплачиваемую работу), сколько благодаря возможности самовыражения, стремление к которому коренилось в глубокой тоске по тому, чего у нее никогда не было. По надежной, постоянной гавани. По месту, созданному всей семьей, скрепленной любовью. По дому. Единственный способ воплотить свои грезы в жизнь – это создавать дома для других, делать их как можно более прекрасными. Лари уже прошла все стадии обучения у Хейли, ей часто приходила на помощь ее интуиция – даже в процессе подготовительных работ в том особняке на пляже, и она знала, что может делать это не хуже других. Остается только убедить Флауэр.

Ее беспокойное хождение было прервано телефонным звонком. Лари скрестила руки и, сверкая глазами, смотрела на аппарат, уверенная, что это Чезз. Наконец она взяла трубку. – Алло! – Лари…

Так и есть! Она чуть было не бросила трубку, но потом дала выход своей ярости.

– Ты мерзкий, лживый ублюдок! Заставить меня смотреть, как вы – ты и эта престарелая валькирия – все время лезете друг на друга! Я не позволю так унижать себя…

– Cara, не будь ребенком! Мне очень жаль, что ты обиделась, но ведь все мы – взрослые люди, не правда ли? Успокойся и…

– Я не хочу успокаиваться! Мне чертовски приятно заявить тебе, что ты настоящий сукин сын!

– Но ведь ты мне всегда это говорила! Тут нет ничего нового.

Этими словами он мгновенно остановил ее порыв.

– Пожалуйста, Чезаре, немедленно оставь меня в покос! – сказала она, перейдя на откровенно официальный тон.

– Но разве ты не видишь, что я пытаюсь помочь тебе, Лари? У Эльзебет есть влияние повсюду. Сделай из этого дома экспонат для выставки, и тогда его фотографии напечатают в самых престижных журналах. Это поможет сделать тебе имя.

– А почему тебя волнует моя карьера, Чезз?

– Не будь глупенькой, ragazza. Потому что ты – моя близкая подруга.

Лари окончательно рассвирепела.

– Нет! Ты беспокоишься только о своей выгоде. Ты хочешь получить от меня то, что обещал своей… своей «клиентке».

Ее слова были полны яда.

– Хорошо. И это тоже. Но…

– Я даже не завоюю себе репутацию, если оформлю этот особняк.

Прежде чем Лари удалось остановиться, она бросила ему в лицо горькие слова:

– Меня больше не интересует данный проект. Я не хочу быть рядом с тобой, Чезз. Твое присутствие плохо действует на меня. Ты всегда это знал – и именно поэтому своими медоточивыми речами втравил меня в безумную авантюру. Но теперь все кончено. Я не хочу быть там, где ты. Больше никогда!

Лари слышала, что Чезз все еще пытается льстить ей. Но она положила трубку.

Телефон тут же зазвонил снова. Несколько раз. Потом звонки прекратились. Прежде чем она заснула, перед ее мысленным взором на мгновение возникли комнаты, которые она могла бы сделать прекрасными. Она представила себе фотографии во всех журналах. Да, эти образы, возможно, будут преследовать ее всю ночь!

– Так ты говоришь, тебе вскружили голову?..

На этот раз Флауэр была само внимание. На протяжении всего тщательно отрепетированного рассказа Лари старуха, сверкая глазами, пристально смотрела на нее поверх огромного обеденного стола, на котором она работала. Сидя лицом к Хейли на стуле с прямой спинкой, Лари чувствовала себя как нашалившая первоклассница, которую послали отчитываться перед грозным директором школы.

Когда Лари умолкла, первый вопрос Флауэр касался ее чувств к Чеззу.

– Мне неприятно признаваться в этом, но я действительно была увлечена им, – ответила Лари. – Вы можете понять меня?

– Конечно, дорогая. Увлечение – я знаю, что это такое.

– Вот почему все это случилось. Мне хотелось помочь ему, и кроме того, я стремилась иметь возможность… проводить с ним побольше времени.

– Но ведь этот тип пользуется весьма дурной репутацией. Кроме того, ты уверяла меня, что никогда не была его подругой.

– И это была чистая правда, – подтвердила Лари. – Просто я имела глупость надеяться, что смогу стать для него… близким человеком.

Флауэр подняла подведенные карандашом брови, а потом протянула через стол руку.

– Покажи мне свою работу еще раз!

В пачке эскизов, лежавших на коленях у Лари, было лишь немного таких, которые она не выкладывала перед Хейли в течение последних недель. Прежде Флауэр бросала на них лишь беглые взгляды и никогда не делала никаких замечаний, кроме небрежной похвалы. Лари не знала, в чем дело: то ли Флауэр была слишком занята своими собственными проектами, чтобы высказывать какие-нибудь суждения, то ли на самом деле она испытывала упорное желание отыскать какой-нибудь мелкий недостаток.

Она передала старухе эскизы внутреннего оформления дома на пляже. Флауэр медленно перелистывала их и задавала случайные вопросы:

– А почему ты думаешь, что тут нужно сделать это окно? Какую ткань ты предполагаешь использовать вот здесь?

Она слушала ответы Лари и не вступала с ней в дискуссию.