Королевская страсть - Патриция Хортон

Барбара, всегда отличавшаяся отменной храбростью, сейчас начала все же побаиваться и для укрепления здоровья поила детей и пила сама разные целебные настои. Когда они отъезжали в Оксфорд, в ее багаже уже были большие запасы шалфея, мяты, паслена и знаменитого рога единорога, считавшегося панацеей от всех болезней.

Оксфорд был известен как научный центр с XIII века, но абсолютно не рассчитан на прием королевского двора.

Поначалу пробужденному от векового сна Оксфорду было приятно вдруг осознать себя столицей Англии. Но спустя несколько месяцев ученые мужи почувствовали отвращение к манерам и образу жизни двора и сочли, что это вторжение хуже самой чумы. Оксфордцы очень гордились красотой старинных колледжей и болезненно реагировали на дурные привычки придворных, которые мочились в украшенные изящной лепкой камины или вырезали свои инициалы на бесценных дубовых панелях.

Королева разместилась в Мертонском колледже, и Барбара вместе с другими фрейлинами поселилась там же. Ее дочери, Анна и Карлотта, жили с нею, но мальчиков, Карла и Генри, поселили у Энтони Вуда, университетского историка, дом которого был расположен напротив Мертонского колледжа.

— Боже милостивый! Как же мы здесь разместимся? — Барбара огорченно осматривала две маленькие темные комнаты, которые были предназначены для нее, Нэнси и девочек.

Положение было не из легких, но Нэнси постаралась не падать духом и уверенно сказала:

— Ничего, как-нибудь устроимся.

— Но король не сможет бывать здесь! — Барбара горько оплакивала в душе часы их былого уединения. Разве смогут они с той же безудержной страстью наслаждаться друг другом, когда Нэнси с детьми будут спать за тонкой стенкой?

— Возможно, у короля более удобные апартаменты, — предположила Нэнси, деловито распаковывая вещи.

Король занял апартаменты декана при церкви Христа Спасителя, но он также чувствовал себя несколько смущенным, поскольку вынужден был делить их с герцогом Йоркским и его супругой.

Барбара отдала Нэнси распоряжения и отправилась навестить герцогиню в надежде повидать Карла. Прогулка по уютному чистому двору, окруженному зданиями колледжей, немного подбодрила ее. Все же в Оксфорде довольно мило, возможно, здешнее пребывание будет вполне сносным.

Она нашла Анну в прекрасном настроении. Впервые за время супружеской жизни она завела любовника и, увлекая Барбару на церковный дворик, поведала ей о своем несравненном возлюбленном. Барбара слушала невнимательно, она без конца поглядывала на открытые окна дома, надеясь увидеть Карла. Наконец, услышав его голос, она извинилась перед Анной и пошла по направлению к дому. Карл вышел из своих апартаментов, Барбара взволнованно взглянула на него и взяла его под руку.

Карл ободряюще улыбнулся ей.

— Ты уже устроилась? Как тебе понравились ваши комнаты, дорогая?

Барбара сморщила носик.

— Фи! Две маленькие тесные комнатушки… О, Карл, в них невозможно уединиться. Просто ужас! Наверняка это подстроил Кларендон. Он ведь является почетным ректором этого университета, и я уверена, что именно он посоветовал предоставить мне самые плохие комнаты!

Карл рассмеялся.

— Не огорчайся, мои апартаменты не лучше! Но если выбирать между теснотой и чумой… По-моему, теснота в тысячу раз предпочтительнее.

Он потрепал волосы Барбары и хитро усмехнулся.

— А что до уединения… Мы с тобой, как юные пастух и пастушка, можем отправиться на луг и поваляться на сене.

Глаза Барбары засверкали.

— Прямо сейчас?!

Карл обнял ее и расхохотался.

— Нет, не сию минуту, милая. Сейчас должен собраться парламент, мне надо сделать кое-какие распоряжения. А ты лучше навести королеву.

Барбара разочарованно надула губы. Король нежно поцеловал ее, затем отстранился и посмотрел на нее с печалью.

— Барбара, я должен поделиться с тобой одной очень важной новостью. Я хочу, чтобы ты уделяла особое внимание королеве. Она беременна.

— О… — Не зная, что и сказать, Барбара в смятении смотрела на Карла.

— Я очень переживаю из-за того, что именно сейчас ей приходится переезжать с места на место и приспосабливаться к новым условиям. Но уверен, если ты захочешь, то можешь сильно облегчить ее жизнь.

На этом они распрощались. Барбара пыталась разобраться в собственных чувствах. С тех пор как Френсис Стюарт перестала угрожать ее положению, Барбара не испытывала прежнего горячего желания, чтобы королева родила ребенка, и перестала платить прачкам за сведения о месячных Катерины. Новость была уже не столь желанна и отнюдь не порадовала Барбару. Вновь вспыхнула застарелая ревность к тому, что не ее дети унаследуют трон. Барбара раздраженно одернула себя. Карл так ждет этого ребенка! Она должна радоваться за него.

Войдя в комнаты королевы, Барбара внимательно взглянула на Катерину и, заметив округлившиеся щеки и по-новому блестевшие глаза, удивилась, как она раньше не разгадала, что королева ждет ребенка.

Королева вздохнула, скользнув взглядом по располневшей фигуре Барбары, и та поняла, что Катерина тоже ревнует. Ей не суждено было первой подарить королю сына. А Барбара родила ему уже четверых детей, и вскоре появится пятый.

Жизнь в Оксфорде была довольно безрадостной и с течением времени стала все больше раздражать Барбару. Поначалу она находила удовольствие в прогулках. Лодка быстро скользила по узкой извилистой речке, Карл сидел на веслах, и Барбара, наслаждаясь уединением, любовалась живописно заросшими берегами. И Оксфорд с его высокими башенками и шпилями, с просторными дворами выглядел на редкость умиротворенно. Но пришла осень, и теперь Барбара больше сидела дома и хандрила.

Беременность подходила к концу, и Барбаре приходилось ходить медленно и осторожно. Неловко чувствуя себя на балах, устраиваемых при дворе, Барбара зачастую отказывалась от приглашений. Чтобы убить время в ожидании прихода Карла, она брала книги из обширнейшей университетской библиотеки и читала их, пока глаза не начинали слезиться от тусклого освещения.

Барбара досадовала и удивлялась тому, что скромно одетые школяры Оксфорда всячески выражали ей свое неодобрение.

— Почему они невзлюбили меня? — в недоумении спрашивала она Карла. — Что плохого я им сделала?

— Они ненавидят весь двор, — хмуро сказал Карл. — Их оскорбляют наши вкусы и манеры. А поскольку ты являешься самой заметной личностью при дворе и к тому же моей любовницей, то ты стала для них символом всего, что они презирают.

Барбара прижалась к его плечу.

— Уж лучше вернуться в Лондон и жить под страхом чумы, чем терпеть такую жизнь. Я все здесь ненавижу! — Она обвела рукой темноватую комнату.