Горничная немого дома - Ольга Сурмина

пол головы выше своей старшей, но, пока был в больнице, сильно сбросил, и теперь, отдельно от нее смотрелся намного ниже. Он чесал нос о ее лоб, или же играл с ней - трудно было понять, вот только двое людей, вышедшие из лифта, застыли, кто-то в недоумении, а кто-то в ярости. Нона искренне улыбалась, но слезы не высыхали, она качала головой, громко дышала, так, что, казалось, слышала вся больница. Кусала плечевой шов рубашки брата, невольно смеясь и прикрывая глаза. Слишком давно, слишком ненадолго.

Ран тут же вцепилась за рукав своего начальника, но тот итак стоял, не сходив с места. Просто стоял и смотрел, остекленевшими, холодными глазами.

 

- Поразительно сходство. — Прошептала она. — Бывает же.

- Пусти меня. Я не идиот, в конце концов. — Прошипел Холгарт, одергивая руку, и быстро удаляясь с этажа.

- Сильно сомневаюсь. - Сконфуженно процедила управляющая, как только шеф скрылся за уличными дверьми.

Однако, как ни старался, уйти дальше больничного крыльца он не смог, и обреченно сел на холодные, влажные ступеньки. Осадок, похожий на химическую реакцию злобы, зависти и грусти оседал внутри, спрессовывал внутренние органы, заставлял мышцы, буквально, болеть от неконтролируемого напряжения. Он запустил холодные пальцы в волосы, а после сжал их в кулаки, так сильно, что кожа на голове натянулась. Дыхание учащалось, как и сердцебиение. Усталость.

Чувствует, и все тут, хотя и очень не хочет. Что это? Ревность? Обида? Боль? И почему?.. Много вопросов, и ни на один нет ответа, и никаких объяснений.

Уже не было разницы, кем тот парень ей приходится. Хоть братом, хоть кузеном,

хоть другом... любым родственником, или не родственником, это не имело, по сути, никакого значения. Она отдает всю себя, буквально, чтобы защитить его жизнь, кладет свою на алтарь, взамен. Так обнимает, прижимает к себе, старается обеспечить, плачет. Плачет? Не показалось. Столько жертв, всем, всем что у нее было...

Зависть, захлестывающая, с ума сводящая... он никогда не мог быть бы на его месте, сколько бы времени не прошло, чем бы он не заболел, чтобы бы не случилось. Никогда не был бы, и не будет, и признаваться в том, что хотел бы, было стыдно и больно.

Мужчина достал из кармана брюк пачку сигарет, извлек одну, а из пиджака зажигалку. Несколько раз чиркнул ею, и в небо поплыл едкий, мерзкий дым. Никотин наполнял легкие, проникал, казалось, в каждую клеточку организма, отчего Рик начинал, понемногу, успокаиваться. Пепел осыпался на ступени. Молодой человек часто моргал, пытаясь сморгнуть то ли пыль, то ли что-то еще. Глаза странно блестели, на лице то появлялась ухмылка, то пропадала, и он вновь углублялся в себя.

- Курить вредно. — Послышалось сзади. Он едва ли взял себя в руки, но все же.

Сзади стояла миловидная медсестричка, улыбалась, но сейчас ее присутствие как никогда бесило. Весь его самоконтроль висел на волоске, но пока все еще висел.

- Пошла к черту. — С ответной улыбкой произнес он, после чего вновь опустил голову.

- Хам. - Обиженно произнесла она, и тут же отправилась в противоположную сторону, дабы не продолжать диалог со столь отталкивающим, неприятным типом.

От серых, высоких небес веяло странным холодом, казалось, вот-вот начнет сыпать снег. Мелкий, холодный, подхватываемый резкими порывами ветра, но время года не предусматривало такую погоду. Дождя не было тоже, и тяжелое, никотиновое дыхание мужчины распространялось вокруг. Резкий, ядовитый запах впитывался в чистую рубашку, мерзким привкусом оседал во рту, но сейчас он казался ему очень приятным, судя по всему, ассоциация со спокойствием.

Это искусственное спокойствие вызывало страшную зависимость, точнее, ее рецидив, ведь однажды он уже от нее избавился. Однако сейчас успокоиться для него было важнее, чем сохранить лицо перед самим собой. Странно ухмыляясь, хозяин рассматривал небольшой окурок, а после бросил его перед собой и затоптал ногой.

 

Мимо него ходили люди, кто-то поглядывал, кто-то вовсе не обращал внимания.

Время шло, но ничего не менялось. Он сидел, словно статуя, скуривая одну сигарету за другой, то ли по желанию, то ли уже на автомате. Кислорода не хватало, всепоглощающее одиночество снедало, руки начинали ощутимо трястись, но мужчина предпочитал этого не замечать. Один в этом городе, в мире, и он всеми силами стремился убедить себя в том, что его это не волнует. А пальцы все еще неконтролируемо дрожали, как и уголки губ, растянутые в странной, неадекватной улыбке. Сам построил вокруг себя стену, так разве должны волновать те, кто ходит мимо нее?

Двое сидели на кушетке в фойе, разговаривая о важном и не важном, иногда переглядывались и смеялись. Хороших новостей не было ни у кого, они просто были рады друг друга видеть, настолько сильно, что даже не замечали присутствия стороннего наблюдателя - Ран, которая, в общем-то, не лезла, но все равно любопытствовала.

Их часто заносило в воспоминания, потому что они были единственными светлыми переживаниями, к которым двое, раз за разом возвращались в своей недолгой, печальной жизни. Горечь недавних проблем оставляла тяжелый осадок, и каждый, время от времени замирал, в уме циклясь на неприятном. Внимательно посмотрев на сестру, Тео взялся за ее плечо и тихо спросил:

- У тебя точно все в порядке? Помощь не нужна?

- Нет, о чем ты. Это я должна тебе помогать, со мной все хорошо, всегда, было и будет. - Выдохнула Нона, мягко улыбнувшись.

- Ты виртуозно лжешь. Но я знаю тебя много лет, родная. Что с тобой? Что-то на работе? — Парень закусил губу. Он бы под страхом смерти не смог сознаться, что совершенно случайно встретил ее начальника, и тот, крайне самоуверенно, сказал явно лишнего.

- Работе? — Девушка удивленно вскинула брови. - С чего ты взял? — Сейчас работа волновала ее в последнюю очередь, но и сказать брату, что она хотела стать его донором, значило спровоцировать ссору. Он бы ни за что не согласился на это, только если бы оставался в неведении...

- Ну, помниться, ты жаловалась на начальника, и вот, вас привезли на медосмотр.

Он здесь, да?

- Иногда меня пугает твоя проницательность. Вроде бы должен быть здесь, но, наверное, уехал уже. Не знаю, и, если честно, мне все равно. — Сальровел вцепилась рукой в край своей юбки. Проще уж свалить переживания на проблемы в поместье, чем сказать ему правду.

- Не нервничай так. — Он приобнял сестру за плечи и едва заметно кивнул. — Давит на