Чёрно-белая палитра - Ольга Куно

— Тиана!

Алджи возвёл глаза к потолку, но высказаться на тему того, как я неправа, ему не дали. Ибо в эту самую секунду к нам подбежала счастливая Камилла и повисла на шее у моего собеседника.

Хоть я примерно и представляла себе причину её радостного настроения, от данного акта благодарности всё равно не пришла в восторг. Алджи — тем более. Он даже не ответил на объятие, стиснув зубы и держа руки на расстоянии от восторженной девушки.

Камилла, однако, как будто ничего не заметила и, отцепившись от Алджи, всё с той же искренней радостью схватила за руку меня.

— Госпожа Тиана, ваш Алджи — самый лучший! — горячо воскликнула она.

Скажу откровенно: слово 'ваш' заставило меня слегка оттаять. В целом, в своих эмоциях я успела основательно запутаться, и, полагаю, это было написано у меня на лице.

— Камилла, успокойся и возвращайся к жениху, — процедил Алджи. — Всё, что ты могла, ты уже сделала. Твоя авантюра уже обеспечила мне проблемы в личной жизни; будь добра хотя бы их не усугублять.

Камилла замерла на месте, переводя взгляд с Алджи на меня и обратно.

— Она что, не знала?!

Девушка шокированно и одновременно требовательно уставилась на моего молодого человека, он же — её несостоявшийся жених.

Он не счёл нужным отвечать словесно, ограничившись лишь выразительным, и отнюдь не дружелюбным, взглядом.

— А…как же тогда она… — Камилла вспомнила, что говорить о человеке в третьем лице в его присутствии невежливо и исправилась: — …вы здесь оказались?

— А она случайно обнаружила вот эту милую вещицу, — с чрезвычайно неискренней улыбкой просветил 'невесту' Алджи, на сей раз без труда поймав мою руку, в которой я всё ещё держала приглашение, и демонстративно помахав ею перед Камиллой.

Последней не потребовалось много времени на осмысление ситуации. Всё‑таки как Карина, так и Лерия во многом ей проигрывали, в том числе и в способности соображать. Девушка охнула, покачала головой, а потом сердито набросилась на Алджи:

— Я ведь тебе говорила, что надо было сразу всё ей рассказать!

— Что именно, Камилла? — не менее сердито переспросил Алджи. — Мы ведь это уже обсуждали. По — твоему, я должен был сказать: 'Милая, я готовлю бракосочетание с Камиллой Розби, да — да, той самой, на которой мой отец так сильно хочет меня женить, что даже ворвался в твой дом самым возмутительным образом. Вот приглашения, которые мы собираемся разослать. Но ты не беспокойся, это всё не по — настоящему'. Так?

Я медленно опустилась на ближайшую скамейку, приложив руки к вискам. Если вначале я была полностью согласна с Камиллой и собиралась поддержать её упрёк, заявив, что Алджи, похоже, единственный человек, которому не пришла в голову светлая мысль поставить меня обо всём в известность, то сейчас…

— Знаете, леди Камилла, — честно проговорила я, чувствуя себя почти предательницей, — кажется, что‑то в его словах есть. Не думаю, что я бы спокойно себя почувствовала, услышав подобное. — Камилла, иди к жениху, — уже мягче повторил Алджи. — У тебя сегодня свадьба. Мы сами разберёмся.

Камилла немного посомневалась, но всё‑таки вняла просьбе Алджи, тем более что Дональд Мэлон стоял неподалёку, поджидая её и явно недоумевая, о чём она так долго и серьёзно разговаривает с гостями. К тому же, воссоединение с женихом, вне всяких сомнений, доставило ей удовольствие.

Алджи взглядом спросил, может ли он сесть рядом со мной. Я продвинулась вглубь скамьи, и он опустился на моё место.

— Тиана, всё правда так и было, — примирительно сказал он.

Вытянул руку и положил её на спинку скамьи за моей спиной. А потом, медленно и аккуратно, опустил мне на плечи, ожидая, что я могу в любую секунду раздражённо её сбросить.

— Да я понимаю, — мрачно буркнула я, глядя в пол, и внешне никак не реагируя на его руку.

Алджи это подбодрило, ибо он счёл, что отсутствие реакции всё же лучше, чем гневное 'Не смей ко мне прикасаться!'.

— И всё равно, — я поспешила добавить к сказанному ложку дёгтя, — это не значит, что я в восторге от происшествия.

— Я понимаю. — Его пальцы крепче сжали моё плечо. Я заметила, как окружённая гостями Камилла бросила в нашу сторону озабоченный взгляд. — Не очень сердишься? Или просто не хочешь устраивать скандал при посторонних?

Я фыркнула. Всё‑то он знает. Скандалы при посторонних — действительно не моя стихия, и если бы я по — прежнему хотела закатить Алджи небольшую воспитательную истерику, то на все сто процентов дождалась бы, когда мы окажемся дома. Но в данном случае желания устраивать скандал у меня и не было. Нет, высказать в лицо всё, что накипело, я вполне способна, однако скандалы и истерики — тоже не моя стихия, хотя исключительные случаи возможны, наверное, для каждого.

— Умеренно сержусь, — глядя прямо перед собой, процедила я.

— Умеренно сердитая женщина — это хорошо, — улыбнулся Алджи, и я воззрилась на него со вполне естественным изумлением. Что это его вдруг потянуло на философствования?

— Это ещё почему? — подозрительно спросила я.

— Потому что умеренно сердитую женщину можно постараться всяческими способами задобрить, — охотно объяснил Алджи. — Ко всеобщему удовлетворению.

— Это как, например? — проворчала я. — Дорогими подарками вроде бриллиантовых ожерелий, на которые так охотно намекал твой папочка?

— Думаешь, я не знаю, насколько ты равнодушна к подобным вещам? — удивился такому предположению Алджи.

Я пожала плечами. Чем ещё предполагается задобрить женщину? Надеюсь, не постелью, которая вроде бы как подразумевается независимо от того, обижена женщина или нет.

В глазах Алджи, явно понявшего невысказанный вопрос, вдруг мелькнул хитрый огонёк.

— А хочешь, мы прямо сейчас поженимся? — предложил он, склонив голову набок.

Я думала, что за последние полтора часа успела пережить ни с чем не сравнимый шквал эмоций, включая состояние шока. Это была жестокая ошибка. Буквально‑таки детская наивность. Поскольку в состояние настоящего шока я впала только сейчас.

— Прямо сейчас сделаем что? — слабым голосом переспросила я.

— Поженимся, — повторил Алджи таким тоном, как будто это само собой разумелось. — А что? Гости ещё не разошлись, так что необходимое число свидетелей есть. Священник здесь, жених и невеста тоже. Для бракосочетания всё приготовлено. Ну так как?

Я очень глубоко вдохнула, как будто собиралась нырнуть под воду и не выныривать минуты две. На какое‑то мгновение мне показалось, что я ведь могу и согласиться, и от такой перспективы слегка закружилась голова. Но разум всё‑таки натянул вожжи разбушевавшихся эмоций.