Чёрно-белая палитра - Ольга Куно

Один повыше и посветлее, другой повыше и с более тёмным оттенком волос? Ушли профессионально? Что‑то мне подсказывает, что за два брюнета это могли быть. И за что, а точнее сказать, за кого они могли 'начистить физиономию' лейтенанту, который слишком любит совать нос не в своё дело… Тем более, один из этих двоих до сих пор имеет на Каронда зуб за то, что он некорректно обходится со своими секретаршами…

— Им крупно повезло, что их не опознали, — пробормотала я. — А что Дедушка? Серьёзно отнёсся к этому делу?

Литана, хихикнув, помотала головой.

— Дедушка заявил Каронду, что если его с такой лёгкостью могут избить посреди улицы два проходимца, то он сомневается, не слишком ли высоко для него звание лейтенанта городской стражи.

Моё лицо невольно расплылось в улыбке, такой же, как у девушки. Полагаю, она тоже догадывалась, что за таинственные мстители подкараулили Каронда. И её следующие слова, как будто бы никак не относящиеся к предшествовавшей теме, косвенно это подтвердили.

— Ты знаешь, Дедушка ведь жалеет, что так тогда на тебя разозлился. Он ведь за тебя переживает, на самом деле, потому и вышел из себя.

— Да я понимаю, — вздохнула я. — Но с другой стороны, пусть и он меня поймёт. Я уже девочка взрослая. Причём, если уж совсем начистоту, повзрослела очень давно. Сама понимаю все сложности и все риски. И если иду на то, на что иду, значит, знаю, что делаю.

Литана понимающе кивнула.

А ближе к вечеру меня выловил в пустом кабинете Райан.

— О, Тиана! Ты‑то мне и нужна! — радостно воскликнул он.

— В чём дело?

Такая радость сразу показалась мне подозрительной, и я осторожно покосилась на приятеля.

— Тут какие‑то срочные бумаги, велели незамедлительно передать Уилфорту.

— Так его нет, — откликнулась я. — У него какие‑то дела, он сегодня ушёл пораньше.

— Я знаю, — кивнул Райан. — Потому и обращаюсь к тебе. Ты же всё равно с ним встречаешься, верно? Просто бумаги, судя по всему, действительно срочные, мне велели доставить их к нему домой. Но мне же туда топать через город, а у тебя портал. — Райан указал на моё кольцо. — А, кроме того, ты ведь в любом случае к нему пойдёшь, ну, или он к тебе. Вот и передай ему документы, хорошо?

— Не могу, — покачала головой я. — Я бы рада, но я действительно не знаю, куда он пошёл. Сказал, что по делам, но по каким не уточнил, адреса не оставил, и сказал, что сегодня будет поздно. Можно попробовать позвонить, но он предупреждал, что эхофон, скорее всего, отключит: дело важное.

— Уже отключил, — с грустью подтвердил Райан. — Позвонить‑то я и сам попробовал, когда выяснил, что на месте его нет. А может, — приятель состроил просительную физиономию, — раз его всё равно сейчас не достать, ты хотя бы переместишься к нему в квартиру и оставишь документы где‑нибудь на видном месте? Так, чтобы он их обнаружил сразу, как вернётся.

Я немного подумала и согласилась. С одной стороны, заявляться к Алджи домой без спросу и без предупреждения вроде как не очень хорошо. Но с другой, он против подобного вроде бы не возражает, даже наоборот, дал мне кольцо именно с тем, чтобы я могла переместиться к нему в квартиру в любую секунду. Словом, быстренько завершив все свои дела в участке (раз Алджи не дома, то торопиться всё равно не было нужды), я воспользовалась кольцом, чтобы переместиться к нему в гостиную. В квартире было тихо и, несмотря на то, что за окном начинало темнеть, не горело ни одной свечи. На всякий случай я всё‑таки громко окликнула Алджи, но он не отозвался.

Убедившись в том, что хозяина действительно нет дома, я стала оглядываться в поисках наиболее удачного места, где было бы лучше оставить документы. Сначала собиралась положить их на стол прямо в гостиной, но потом подумала, что это всё‑таки не совсем удачная идея. Неподходяще место для деловых бумаг. Подумав ещё чуть — чуть, решила, что кабинет всё же подойдёт больше. В том, что Алджи заглянет туда хотя бы на минутку, я не сомневалась, достаточно хорошо зная его привычки. К тому же я надеялась, что немного позднее мне всё же удастся вызвонить Алджи по эхофону и всё ему рассказать. Поэтому я решила положить документы на рабочем столе в кабинете, так, чтобы они сразу бросались в глаза. Вошла в кабинет, приблизилась к столу…и застыла, поскольку в глаза мне бросилось совсем другое.

Это было приглашение на свадьбу. Плотная белоснежная бумага, по периметру которой извиваются золотые линии, чем‑то напоминая виноградную лозу. А в этой золотой кайме каллиграфическим почерком выведена надпись: 'Мы счастливы пригласить Вас на бракосочетание лорда Алджернона Уилфорта и леди Камиллы Розби, которое состоится 18 июня сего года в 19 часов в храме святого Иллара.' Дальше следовал адрес упомянутого храма.

Я опустилась на стул. Восемнадцатое июня — это сегодня. Дату я помнила точно; мне уже приходилось ставить её на нескольких документов. Время… Я в растерянности нашла глазами часы. Половина седьмого. Что всё это значит?

Снова посмотрела на приглашение. Из‑под него выглядывали ещё два точно таких же листка. То есть это не одно пробное зачем‑то написали; судя по всему, приглашения действительно были размножены и разосланы. Может быть, это родители постарались, а сами 'жених и невеста' тут совершенно ни при чём? И жениться вовсе не собираются? Придут гости, а родителям только и останется, что развести руками и рассыпаться в извинениях?

Но что‑то в этой версии не сходилось, как бы сильно ни хотелось мне в неё поверить. А именно — тот факт, что именно сегодня вечером Алджи ушёл 'по делу', не сказав мне, что это за дело и когда он вернётся, а также отключив эхофон. Если вдуматься, такую секретность он соблюдал от меня впервые. Да и привычки отключать эхофон не имел, ведь в его профессии чрезвычайно важна возможность постоянно быть на связи. Вот и сейчас какие‑то срочные документы появились, а начальника тёмного отдела никак не выловить…

Неужели он действительно решил жениться на Камилле? Послушал доводы родителей, быть может, не отца, а матери, и счёл их убедительными? Где‑то в районе груди стало очень больно. Я даже застыла на полминуты, распрямив спину и стараясь медленно, глубоко дышать. Ладно, такой брак, должно быть, действительно в интересах Алджи, и он имеет полное, безусловное право жениться на Камилле, но… Демоны его побери, почему он ни слова мне не сказал? Какого…чёрта он развёл всю эту секретность? Неужели рассчитывал скрыть от меня свой брак и продолжить общение, как прежде? И до каких, интересно знать, пор? Пока не уедет из Тель — Рея обратно в столицу?

Боль в груди ослабла, превратившись в лёгкий фон. Зато я разозлилась, и разозлилась не на шутку. Вот так обводить меня вокруг пальца?! Скрывать от меня вот такое?! Я схватила со стола верхнее приглашение и совершенно неуважительно сжала его в пальцах. Да даже если бы речь не шла о сегодняшнем дне и вообще о происках родителей, как можно было не сообщить вот об этом?! Я потрясла приглашением в воздухе, будто перед носом у невидимого собеседника.