Северные морские пути России - Коллектив авторов

class="p1">Итак, летом 1933 г. функции ЛУ ГУСМП были расширены, на него были возложены вопросы эксплуатации флота, судоремонта и нового судостроения (в частности, строительства ледоколов). В это время штат управления насчитывал 17 чел.

В то же время в 1933 г. ЛУ ГУСМП принимало участие в снабжении Лено-Хатангской экспедиции и организации смены зимовщиков на полярной станции Бухта Тихая (о. Гукера)278.

Осенью 1933 г., согласно протоколу расширенного заседания коллектива ВКП(б) ЛУ ГУСМП от 2 октября, «в силу отсутствия в Москве надлежащего технического аппарата» на теруправление возложили также согласование вопросов по арктическому кораблестроению с Управлением ВМФ, ведение фондов по капремонту ледокольных пароходов «А. Сибиряков» и «Г. Седов» в 1933 г. и всех судов ГУСМП в 1934 г., подбор буксиров для отправки судов на Лену279. Это привело к необходимости увеличения штатов ЛУ ГУСМП и создания специализированных групп в составе Технического бюро, также был поставлен вопрос о выделении помещения для размещения коллектива управления280.

Из письма М. Барковского, заместителя главного инженера Техбюро М. И. Обольянинова, к Н. А. Белоусову от 27 марта 1934 г. следует, что это бюро активно работало и занималось проработкой эскизов и составлением техзаданий на линейный ледокол Севморпути № 2 (по распоряжению от 5 февраля 1934 г.). К работам было привлечено 32 специалиста (часть из них – работники Государственной конторы по проектированию судов «Судопроект»281). В письме упоминаются и аналогичные работы по ледоколу № 1, осуществлявшиеся в 1933 г. В то же время в документе содержатся критические отзывы о деятельности бюро: приводятся сведения об оформлении нарядов задним числом, об уплате «особой суммы» за разработку эскизного проекта «Судопроекту», о том, что в задачах Техбюро нет пункта о создании подобных проектов, что оно должно «лишь работать на проектирование», которое в эскизном и окончательном виде делает «Судопроект»282. Характеризуя коллектив и задачи Техбюро, М. Барковский отмечал: «Для этой цели [разработки эскизных проектов судов ледового класса] были собраны корабельные инженеры и много инженеров-механиков, включительно до профессоров (Быков), не считая постоянного Экспертного совета в составе профессоров и академика Крылова, на который возложена функция утверждения всех работ, выполняемых Технич. Бюро Лен. Управления. Для выполнения же технических заданий <…> эта работа выполняется исключительно инженерами-эксплуатационниками морского и речного флота <…> Отступление от этого правила и приводит к хаосу внутри Тех. Бюро Лен. Управления, создавая тем самым огромные и ненужные расходы, медлительность и запоздание в осуществлении заданий Главного управления Северного морского пути…»283 Таким образом, попытка правильной организации дела в области строительства новых судов для ГУСМП в Лентеруправлении не оказалась удачной.

Цитировавшийся выше документ из материалов Главного управления Государственной безопасности (ноябрь 1934 г.) также указывает на «неэффективность» работы бюро и содержит упоминание о комплектовании его кадров: «…во главе которого Белоусов поставил б. морского офицера Обольянинова М. М. Последний укомплектовал бюро из своих приятелей в лице б. поручика Таирова, Симченко – б. офицеров Вернардерова, Шадрикова, Смирнова и др., которые в свою очередь пригласили на временную работу по проектированию ледоколов ряд б. офицеров»284. Делается вывод о том, что благодаря таким специалистам – бывшим офицерам, «вредителям», которым «покровительствует» Н. А. Белоусов, начальник ЛУ ГУСМП – работа Техбюро не ведется должным образом. Задача данного документа – обоснование «чистки» организации и ее структурных элементов. Ведется поиск врагов, которые мешают быстрой и успешной работе. Игнорируется тот факт, что разработка проекта и создание нового ледокола требует времени, консультаций, взвешенного подхода, учета технических возможностей производства на отечественных верфях.

В марте 1934 г. «Судопроект» выступил против использования в Техбюро Ленуправления своих специалистов: «…сдача частным образом работ по заданиям на проектирование инженерам „Судопроект“а связывает последний тем, что в дальнейшем эти работы снова попадают [к] тем же инженерам, но уже тогда, когда они работают как сотрудники „Судопроект“а, а потому всякое варьирование, изыскания, изменения и т. п. становятся для „Судопроект“а невозможными»285. В итоге Техбюро было реорганизовано – в 1934 г. при ЛУ ГУСМП создали Комиссию наблюдения за постройкой судов ГУСМП в Ленинграде (Ленкомнаб), к которой перешли некоторые функции прежнего бюро. Ее возглавил инженер Д. Е. Таиров (прежде был в составе Техбюро). Практика создания подобных комиссий уже имелась. Например, в 1924–1933 гг. в городе на Неве работала Комиссия по наблюдению за постройкой кораблей (подчинялась начальнику Технического управления Наркомата ВМФ), в 1927–1930 гг. – Комиссия по наблюдению за постройкой судов в Ленинграде Народного комиссариата по военным и морским делам СССР.

По штатам на 1935 г. в Ленкомнабе было 18 шт. ед. (8 замещались специалистами завода им. А. Марти, 4 – Балтийского завода им. С. Орджоникидзе). C 1935 г. руководил этой комиссией начальник Лентеруправления Н. А. Белоусов (Д. Е. Таиров являлся наблюдающим по кораблестроительной части за постройкой ледокола «Киров», упоминавшийся выше Н. П. Шандриков – наблюдающим по кораблестроительной части за постройкой парохода типа «Севморпуть I»)286. Таким образом, часть специалистов Техбюро работали в Ленкомнабе. Ведение бухгалтерских дел комиссии возложили на финансово-счетный сектор ЛУ ГУСМП287.

15 июня 1935 г. состоялось заседание Экспертного совета ГУСМП (председатель – начальник Политуправления ГУСМП С. А. Бергавинов) по проекту нового мощного ледокола, представленного «Судопроектом». В нем приняли участие многие сотрудники Ленкомнаба и Н. А. Белоусов. Обсуждались преимущества конкретных решений для проектирования судна: что лучше – турбо- или дизельные двигатели, машины переменного или постоянного тока. В заключение С. А. Бергавинов сделал вывод о необходимости продолжения обсуждения уже в Москве, в центральных организациях, а академик А. Н. Крылов подчеркнул, что «Судопроект» сделал все, что мог, но это не исследовательская организация. Он утверждал, что на данном этапе нужны именно выводы ученых-кораблеисследователей из специализированных институтов288. Стране были необходимы новые ледоколы для освоения трассы Севморпути, поэтому в скором времени все же было принято решение сделать выбор в пользу известного типа судна – за образец был взят «Красин», то есть ледокол с паровыми машинами289.

«Положение о Комиссиях наблюдения за постройкой судов Главсевморпути на ленинградских заводах» приняли 14 декабря 1935 г. Спустя год в него внесли изменения и дополнения. Согласно новой редакции документа (первое положение в архивах не сохранилось), председатель Ленкомнаба назначался начальником ГУСМП по представлению начальника Управления морского и речного транспорта ГУСМП; вводилась должность главного инженера; работа по наблюдению за постройкой судов осуществлялась через «объединенный главным инженером Институт наблюдающих специалистов, направляемых на заводы» (инженеров по корпусу, инженеров-механиков, инженеров-электриков и капитанов)290. В штат Ленкомнаба