Истинная на сдачу, дракон в комплекте - Ника Калиновская

в тебе… и с тобой. Тогда вы обретёте друг друга. Но твой путь в прежний мир будет закрыт. Ты станешь его — и он твоим. До конца».

Я прикрыла глаза, в груди теснилось тысяча мыслей, а в голове звенел только один вопрос: готова ли я рискнуть? Я шла к выходу из ущелья, и каждый шаг отдавался в голове эхом слов драконицы. «Твой мужчина… соединение душ… выбор без возврата…» Они то и дело всплывали в памяти, ломая мысли пополам. Я даже не заметила, как вышла к знакомому камню, возле которого дожидалась телега.

Тиберий тут же поднялся, спрыгнув навстречу, и что-то проговорил — кажется, спрашивал, цела ли я, хватило ли трав, не встретились ли чудовища. Но я не слышала. Слова долетали до меня глухо, будто через толщу воды. Я только кивнула, позволив помочь себе забраться на телегу, и села, прижимая к груди коробку с таким драгоценным грузом.

Дорога обратно прошла для меня словно во сне. Колёса мерно стучали по камням, поля и деревни сменялись, люди на обочинах крестились или провожали нас долгими взглядами, но я почти ничего не замечала. Всё внимание было внутри меня — к тем словам, что обрушила на меня драконица. Связь душ. Выбор. Я пыталась представить, как это будет — и сердце то падало в пропасть, то вспыхивало надеждой.

А когда телега остановилась у ворот поместья, я вздрогнула, словно очнулась от долгого кошмара.

— Госпожа! — Орлин выскочил навстречу, глаза его блестели от тревоги. Старик подхватил меня с телеги, будто я снова была девчонкой, прижимая к себе. — Слава Богам, вы вернулись! — он что-то ещё говорил, обнимал, убаюкивал, но я всё так же молчала, сжимая коробку в руках.

И только когда он приоткрыл крышку и увидел мою добычу, то ахнул так громко, что даже Тиберий обернулся:

— Да это же… святые силы… да у вас полное чудо в руках! — и голос его задрожал.

После этого Орлин тут же повёл меня в мою комнату, не отпуская ни на шаг. Он суетился, словно наседка: принес еду, подсовывал ложку к губам, заставляя хоть немного поесть. А я всё ещё была словно в полусне, без сил спорить, и ела покорно, даже не ощущая вкуса.

А когда в комнату заглянула Маричка, её глаза округлились. Женшина молча подошла, решительно забрала ложку у Орлина и подтолкнула его к двери:

— Хватит тебе бухтеть. Ей нужен покой, а не твоя трепотня. Иди, присмотри за герцогом.

Старик хотел возразить, но она так строго на него глянула, что тот пусть и фыркнул, но всё же послушно ушёл. А Маричка осталась. Она ловко помогла мне снять дорожный костюм, уложила под одеяло, поправляя волосы, словно я была ребёнком.

— Спи, а мы присмотрим за твоим герцогом, — мягко сказала свекровь Анеты, склонившись ко мне. — Всё завтра. Сегодня только спи.

И, поцеловав меня в лоб, женщина погладила по щеке. Я и не заметила, как послушно закрыла глаза и провалилась в сон, словно сама ночь наконец прижала меня к себе и сказала: хватит.

Глава 44. Наш дом

Я поднялась с постели неожиданно уверенной, словно за ночь во мне что-то изменилось. Привела в порядок смятые простыни, расправила одеяло — мелочь, но именно с этого начинался порядок в голове. После чего тихо отправилась в комнату к Кристиану.

Орлина рядом не оказалось, но свежие повязки на ранах говорили сами за себя — старик недавно здесь побывал. Я невольно улыбнулась и наклонилась ближе, коснувшись губами щеки своего мужчины.

— Доброе утро, спящий красавец. Может, всё-таки проснёшься? — шепнула, надеясь хотя бы на малейший отклик.

Но ответа, конечно же, не последовало. Герцог продолжал дышать ровно, словно время для него замерло. Я посидела ещё немного рядом, держа его ладонь и в который раз обещая мысленно, что не оставлю. Потом осторожно убрала прядь волос с его лба и поднялась.

Пока я не решу все проблемы с долгами и домом, браться за ритуал драконицы было опасно. Я слишком хорошо понимала: если меня выбьет из колеи хоть на день, мы можем потерять всё. А значит — сначала дела, потом магия.

И первым делом я собиралась найти Орлина, чтобы узнать, как обстоят дела с травами, собранными в ущелье. Потом проверить, чем заняты мои мастерицы, заглянуть к пернатому воинству, и только после полного обхода заняться тем, где моя помощь будет действительно незаменимой.

С этим планом я и спустилась на первый этаж — и в коридоре чуть не врезалась в сияющую Маричку.

— Доброе утро, госпожа, — женщина вспыхнула, но улыбалась так широко, что скрывать её настроение не было смысла. Она торопливо поправила чепчик. — Мы как раз приготовили небольшой завтрак в общей комнате. Если хотите — присоединяйтесь. А потом мы снова за работу. У Анеты появились новые идеи, и она мечтает поделиться ими с вами.

Щебетала мастерица почти без пауз, а за её плечом показался Орлин, такой же улыбчивый… и, как мне показалось, немного смущённый. Я оглядела обоих с головы до ног и едва удержалась от смешка.

Кажется, у нас здесь не только подушки множатся, но и любовь завязывается. Но поддевать я их не стала — оба уже немолоды, и любое прямое слово могло смутить их куда сильнее, чем хотелось бы. Пусть уж всё идёт своим чередом.

Мы расположились в общей комнате за скромным, но таким домашним завтраком. Горячий хлеб, каша и ароматный травяной настой сразу разогнали остатки сна. Мастерицы оживлённо переговаривались, и стоило разговору коснуться моих недавних «приключений», как они все в один голос принялись восхищаться добычей.

— Вы даже не представляете, госпожа, какое это везение, — загорелась Анета, — найти эриней, да ещё цветущий… Это знак. С таким в доме всё будет замечательно!

Маричка тут же подхватила:

— Да-да, цветущий эриней приносит удачу и силу. А у вас рука счастливая. Раз сами Боги посылают, значит, всё наладится!

Женщины заулыбались, обменялись воодушевлёнными взглядами и с ещё большим рвением принялись обсуждать дальнейшие планы. Видно было, что настроение в мастерской теперь будет на зависть светлое.

После завтрака женщины отправились работать, оживлённо щебеча и обмениваясь идеями, а я последовала за Орлином. Старик повёл меня во двор, где в специально устроенном месте уже лежали разложенные на решётках травы. Лёгкий ветерок доносил терпкий аромат сушёных стеблей.

— Вчера вечером мы их перебрали, — пояснил Орлин, аккуратно поправляя слой листьев. — Всё в порядке, сохнут хорошо. Вы принесли действительно редкие экземпляры, госпожа.