Адмирал Нимиц - Элмер Поттер

Самолюбие адмирала Нимица было особенно уязвлено, когда адмирал Гарри Э. Ярнелл, ушедший в отставку, но недавно вновь призванный на действительную службу в Морской департамент, в обход командования Тихоокеанского флота послал командующим войсками сектора и военно-морским летчикам циркуляр, запрашивая их мнения относительно назначения командующих и использования авианосцев. Разумеется, летчики ответили, что планы командования флота относительно использования авианосцев слишком сосредоточены на обороне и что во всех командных структурах — или, по крайней мере, в штабе — должны присутствовать представители авиации. Контр-адмирал Фредерик Шерман[42], командующий силами авианосцев под началом Хэлси, весь изошелся в критических замечаниях, назвав применявшиеся организацию и методы ведения морской войны устаревшими. Он рекомендовал заменить Кинга[43], Нимица, Спрюэнса и всех не имеющих отношения к ВВС командующих общевойсковых соединений, включавших авиацию, летчиками действительной службы.

Как раз в это время адмирал Тауэрс по просьбе Нимица сделал предложение относительно применения быстроходных авианосцев. Авианосцы, писал Тауэрс, должны были возглавить флот, атакуя врага на земле и на море, и должны были обеспечить воздушную поддержку остального флота и десантных операций. И все бы хорошо, но потом Тауэрс перешел к вопросам командования. Командующие флота, утверждал он, должны быть летчиками или иметь летчиков на ключевых позициях в штабе. Пятым флотом должен командовать либо сам Тауэрс, либо какой-нибудь другой военно-морской летчик типа Фитча, или, по крайней мере, начальником штаба Спрюэнса должен быть летчик.

Высказывания Тауэрса о командовании, появившиеся сразу после директивы Ярнелла, разозлили Нимица. Он послал за Тауэрсом и в довольно резком тоне сообщил ему, что его рассуждения зашли не туда и что именно Спрюэнс, и никто другой, должен был командовать Пятым флотом. «Грубо говоря, — писал Тауэрс Ярнеллу, — он так среагировал потому, что я не понимал толком, о чем говорил».

Но Нимиц не был бы собой, если бы не прислушался к голосу разума. А сторону Тауэрса принял один из самых логичных людей — его начальник штаба, коммодор Форрест Шерман, которого Нимиц любил и уважал. Неизвестно, действительно ли Шерман действовал как посредник в этом споре, но спустя несколько дней после того выговора Нимиц пригласил Тауэрса присоединиться к нему и Спрюэнсу в обсуждении адмиралов — командующих авианосцами и новых назначений. Так летчиков в конце концов допустили к планированию операций. Он снова подал просьбу о должности, связанной с выходом в море и подходящей ему по званию, но он уже начинал подозревать — и, вероятно, не без оснований, — что Кинг попросил Нимица держать его на берегу.

Первым практическим шагом Спрюэнса в ходе подготовки к операции по захвату Науру и островов Гилберта под кодовым названием «Гальваник» была длительная поездка по Тихоокеанским базам вместе с коммодором Карлом Муром, не летчиком, которого Спрюэнсу удалось уговорить занять должность его начальника штаба. Они посетили Уполу-пойнт, остров Кантон и атолл Фунафути, чтобы изучить окаймляющие их коралловые рифы, подобные которым должны будут пересечь десантные отряды при высадке на острова в центральной части Тихого океана. В Нумеа они совещались с адмиралом Хэлси и его новым начальником штаба, контр-адмиралом Робертом Б. («Миком») Кэрни. Из Новой Каледонии они вылетели в Новую Зеландию, чтобы посетить 2-ю дивизию морской пехоты, готовящуюся к броску на Тараву, и встретились с ее командиром, тихим, внушительным генерал-майором Джулианом К. Смитом. Морские пехотинцы Смита, ветераны Гуадалканала, очень нуждались в десантной технике различных видов для обучения и тренировок, особенно им были нужны гусеничные амфибии — универсальные приземистые десантные машины, которые могли плавать по воде, подниматься вверх по рифам и развивать скорость 15 миль в час на сухом грунте. По пути назад в Перл-Харбор, Спрюэнс и Мур посетили Гуадалканал и остановились в Эспириту-Санто, чтобы встретиться с контр-адмиралом Гарри В. Хиллом, который должен был командовать силами десанта на Тараву.

Когда генерал Холланд Смит 5 сентября прибыл на Гавайи из Штатов, в аэропорту его встречал адмирал Тернер. По такому случаю Тернер превратился в образец старосветской любезности, и Смит вел себя почти так же. Однако как только эти практичные, прямолинейные громогласные воины начали работать вместе, они начали полностью соответствовать их прозвищам «Ужасный» и «Вопль». Каждый имел его собственное понятие о том, как проводить высадку десанта и кто должен командовать, и сначала ни один не был готов уступить ни на дюйм.

Большой опыт Смита в десантных учениях наконец позволил ему заставить Тернера, скрепя сердце, принять методы морской пехоты, но когда они начали выяснять, кто, кем и когда должен командовать, совещание чуть не зашло в тупик. Тернер настаивал, что, пока отряды находятся на его кораблях и на его десантной технике, они подчиняются ему — как во время десантных учений, так и во время фактических действий. Генерал Ричардсон усложнил ситуацию, указывая, что обучение всех солдат на Тихом океане — его обязанность. Он утверждал, кроме того, что он должен руководить 27-й дивизией во время вторжения. И без того раздраженный спором, Смит расстроился еще сильнее, потому что его морские пехотинцы находились в далекой Новой Зеландии, а 27-я дивизия представлялась ему как жалкая горстка пожилых офицеров и тоскующих по дому солдат. В конце концов он раздраженно отмахнулся.

— Все, что я хочу сделать, — убить парочку япошек! — взревел он. — Только дайте мне винтовку! Я не хочу быть генералом! Просто дайте мне винтовку, и я пойду туда и пристрелю парочку япошек. Мне больше ничего не нужно!

Ричардсон попросит Нимица решить, насколько широки будут его полномочия. Командующий ответил, что все войска, участвующие в операции «Гальваник», находятся под командованием Холланда Смита и должны быть обучены им. Ричардсон, не удовлетворенный этим ответом, обратился через голову Нимица к генералу Маршаллу. Маршалл поддержал Нимица. «Точное разграничение полномочий между Вами и командующим флотом, — говорилось в депеше Маршалла, — во всех случаях определяется командующим после консультации с вами, его армейским советником».

В итоге Тернер и Холланд Смит с помощью Карла Мура с большим трудом уладили их разногласия. На период учений у всех них были равные обязанности и полномочия. Во время нападения, когда войска будут либо на кораблях, либо на какой-нибудь стадии высадки, осуществлять руководство операцией будет Тернер. Когда Смит организует штаб на берегу, он примет командование высадившимися войсками. Совещание закончилось удачно, но между людьми с такими импульсивными характерами, как у Тернера и Смита, произошло еще много бурных сцен.