Парадокс Севера - Виктория Юрьевна Побединская

шепотом произнесла я. — Не знала, что случилось, и как он получил те травмы. Видела только, как сильно переживает, что пришлось многое пропустить, но он не хотел сниматься с соревнований. Попросил спортивного врача выписать ему что-то блокирующее боль, но тот отказал. И тогда… —  Я всхлипнула. — Тогда я отдала ему свои таблетки.

Виктор молчал. Сидел, уперев локти в колени, пряча своё лицо. Совсем близко, но бесконечно далеко. Я протянула руку, чтобы коснуться, но он произнес, даже не глядя в мою сторону.

— Уйди.

Закрыв рот ладонью, чтобы не разрыдаться, я подхватила свои вещи и выбежала из спальни. Вытирая рукавом щеки, накинула джинсовую куртку, застегнула ботинки и схватила лежащую на комоде сумку. До последнего верила, что он спустится за мной, но сверху не раздавалось ни единого звука.

Только кот застыл у порога, глядя на меня своими серебристыми глазами.

— Прощай, — сказала я ему и, хлопнув дверью, вылетала на площадку. Уже не сдерживая слез.

Выходит, во всем, что все эти годы происходило, виноватой была я. И не будь я такой влюбленной дурой, не было ничего. Ни карточной Долины, ни исковерканных судеб, а главное… он был бы жив. И он был бы со мной.

От этой мысли захотелось упасть на пол и завыть. Находиться здесь, в одном здании с тем, кому я причинила столько бед стало просто физически невозможно. Почти так же, как и дышать. Словно кислород исчез. Несколько раз я ударила по кнопке вызова лифта. Индикатор указывал на первый этаж.

— Ну давай же, — разозлилась я, но лифт будто специально где-то застрял.

Я метнулась к лестнице, решив, пропади он пропадом, и плевать, что здесь больше пятнадцати этажей, пойду пешком.

Я побежала вниз по лестнице, ничего не замечая из-за пелены слез, застилавших глаза. Сверху открылась и закрылась дверь, раздались шаги, и я обернулась, остановившись между этажами.

— Викт… — всхлипнула я, но договорить не успела. Из-за поворота медленно появился Пашка.

— Ну здравствуй, Солнце. Ты на пары не пришла. Я беспокоился.

Он улыбнулся чуть криво, под глазами его залегли тени, словно этой ночью он не спал. Я неосознанно попятилась.

— Откуда ты здесь?

— Хотел задать тебе тот же вопрос. Но не стану. Видел собственными глазами, как ты убегала из его квартиры, вытирая слезы.

«Надо уходить, поскорее».

Судорожно глотнув воздух, и не желая выслушивать дальше, я кинулась вниз по лестнице, дернула ручку, ведущую на другой этаж, но она оказалась заперта.

— Какая жалость, — медленно спускаясь по лестнице, произнес Пашка. В его глазах вспыхнул нездоровый блеск. — Кто б знал, что удирать придется вот так позорно, через заднюю дверь, правда? Вот только в целях безопасности, открыть ее можно лишь ключом. — Он поднял вверх связку, на которой висела белая карта, точно такая же, которой Виктор обычно открывал ворота, чтобы въехать на стоянку.

Я попятилась, пока не уперлась спиной в дверь, больно врезавшись в металлическую ручку.

— Откуда они у тебя?

— Та, кого он имел до тебя, оставила. Случайно, на столе забыла. Да и вот еще… — Пашка полез в карман, выуживая оттуда телефон. Провел пальцем по экрану, включая запись.

«Да будь моя воля, я б с ним вообще никогда не связалась, — донесся из динамика мой голос. — Я делала это лишь потому, что мне приходилось».

— Как ты посмел? — все еще не веря, прошептала я. — Это ты показал ее Виктору?

Пашка улыбнулся.

— Я не показывал. Всего лишь случайно забыл среди всех разговоров, что записывал для него, работая на Ахмета. Или ты думала, он меня просто так, по доброте душевной вернул обратно? Север выжимает из людей все, что может, а потом…. — он гадко ухмыльнулся. — А дальше ты и сама знаешь… — сделал паузу и закончил: — …выбрасывает.

Я покачала головой.

— Видишь, как быстро меняются идеалы, — спустившись еще на одну ступеньку ниже, произнес Пашка. — Каких-то пару месяцев назад, ты мне пела, что ненавидишь этих мажоров, а сейчас гляди, — он, улыбнувшись, приподнял брови, — прыгнула в койку сначала к одному… — он произнёс это медленно, словно наслаждаясь эффектом, — потом ко второму.

На какую-то долю секунды мне показалось, что он не в себе, что он шутит, потому что это не может быть тот человек, с которым я общалась столько месяцев. Но Пашка, спрятал телефон в карман и предельно серьёзно посмотрел мне в глаза.

— А еще говорила, что деньги не решают, Ди.

В секунду он оказался рядом, загоняя меня в угол.

— Я все смотрел и не мог понять, каким образом? Каким образом тебя занесло в эту их чокнутую компанию? Ведь ты и Страж — невозможно просто. И эта девка, которую каждая собака знает.

Пашка пощелкал пальцами, словно вспоминая.

— Адель, — шепотом произнесла я и тяжело сглотнула, сильнее вжимаясь спиной в дверь. Глядя на дикий блеск в его глазах и не понимая, как не замечала раньше.

— Неужели не видишь, что ты с ней даже рядом не стояла? Тоже захотела быть как она? В таком случае тебе стоит хорошо подумать и вспомнить, кто ты.

Я зажмурилась, стараясь держаться.

— Я напомню, — произнес он с самодовольством. — Минуту назад ты неслась из его квартиры в слезах. Так же быстро, он найдёт другую. А вот тебе возвращаться будет некуда.

— Паш, уйди. — Я попыталась оттолкнуть его с дороги, но не вышло.

— Чья это интересно была идея? Встречаться, когда никто не видит. Наверняка его — чтобы репутацию себе не подпортить.

— Уйди, — уже громче повторила я.

— Нет, Ди, дослушай. Знаешь в чем разница между мной и ним? Я тебе никогда не врал.

— Серьезно? — слова сорвались с языка случайно. Я не хотела распалять его сильнее, но не смогла сдержаться. — Напомни мне,