Глаз бури - Питер Рэтклифф

угол, под которым падают солнечные лучи рано утром, позволяет увидеть на расстоянии вещи, которые не будут освещены в той же степени, когда Солнце находится в зените). — В первый раз, когда я посмотрел, она все еще была там. Но когда я посмотрел через пару минут, она исчезла. Это значит, что она, должно быть, рухнула.

Это была отличная новость — если это действительно была правда. Нам нужно было выяснить наверняка.

— Послушай, Кен, — сказал я, — если ты готов, то я бы хотел, чтобы вы с Роном вернулись на мотоциклах к ближайшей к нам стороне автострады — оттуда мачта должна быть хорошо видна — и провели разведку. Напрасно не рискуйте, но если вы сможете добраться до точки, откуда будет видно, стоит ли еще мачта, то вы окажете нам всем большую услугу.

— Без проблем, — ответил он. — Я уверен, что мы все сделали правильно — так что я сам хотел бы проверить это для себя. Это сделает нахождение под всеми этими пулями чертовски более стóящим.

Хотя до того, как возглавить патруль «Альфа Один Ноль» я Рона не знал, он оказался отличным солдатом патруля. Он был опытным мотоциклистом и уже сэкономил нам много времени и сил во время наших поездок по иракской пустыне. Позднее за безупречную работу во время нашего пребывания в Ираке он получил благодарность в приказе.

Как только пара мотоциклов отправилась в путь, я вызвал оперативный отдел в Аль-Джуфе и сообщил им наши новости, добавив, что, по нашему мнению, мачта была успешно сбита. Офицер оперативного отдела сообщил мне, что он организует вылет A-10 — страшно эффективного и страшно уродливого американского самолета-штурмовика для уничтожения танков, носящего название «Тандерболт», но обычно известного под прозвищем «Бородавочник», — с целью облёта объекта «Виктор Два» и его проверки.

Мое донесение об итогах операции было кратким и простым. В нем просто говорилось: «Задание выполнено». Как и в любом бою, Полк, вопреки всему, выполнил свою практически невозможную задачу в истинно захватывающем стиле. Но все могло закончиться совсем по-другому. С самого начала операции я ощущал беспокойство, оно тем более возросло, когда мы обнаружили, что цель уже была успешно разбомблена. Не хватало разведывательных данных, а та информация, которую мы получили, была неточной, вплоть до угрозы нашим жизням. Нам сказали, что вражеских защитников будет очень мало, и это оказалось неверным. Нам не сообщили, что станция наведения уже уничтожена, хотя штаб союзников должен был знать о бомбардировке. Выйдя на связь со штабом, я прикурил сигарету и задумался над всем этим. Какой бы ни была правда, мы сделали свое дело и выбрались оттуда со всеми своими людьми и всеми машинами.

Через час вернулись Кен и Рон, сообщившие, что мачта действительно повалена, а враги носятся в округе, как взбудораженные мухи, гоняя по новому шоссе на бронированных машинах и грузовиках, но никаких признаков организации преследования в нашем направлении нет. В довершение всего, во второй половине дня оперативный штаб из Аль-Джуфа сообщил, что летчик A-10, посланного облететь «Виктор-2», подтвердил, что мачта упала.

Никаких благодарственных писем не было. Я сообщил ребятам, что мы останемся на этом месте еще на одну ночь, четвертую, чтобы немного привести себя в порядок и перепаковать наше снаряжение — другими словами, чуть прибраться в доме. Вы удивитесь, насколько грязным становится салон «Ленд Ровера» после того, как несколько немытых солдат САС проживут в нем нескольких дней подряд. Сообщив им эту новость, я вдруг осознал, как сильно устал. «Пора поспать», — подумал я.

Но как раз в тот момент, когда я уже собирался залезть в свой спальный мешок, появился Дес.

— Кен сегодня отлично поработал, — начал он. Я кивнул. Выглядел он довольно непринужденно, но через мгновение продолжил: — Возможно, когда все закончится, ты сможешь сделать что-нибудь для него. — Когда и после этого я не произнес ни слова, Дес продолжил. — Перед самым выходом ему сказали, что его отправят обратно в его часть. Это значит, что он из Херефорда уйдет обратно в парашютисты, и его жена в данный момент пакует коробки.

— Что он натворил? — спросил я.

— Его в третий раз задержали за вождение в нетрезвом виде.

— Ты прав, он не заслуживает того, чтобы его выгнали после всего, что он сделал, — ответил я. — Поговорю об этом с командиром, как только мы вернемся. А теперь отвали и дай мне поспать. И даже не думай меня будить, если только это не конец света.

И с этими словами я натянул верх спального мешка себе на голову, закрывая дневной свет.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

По итогу мы остались на той же временной базе на пятую ночь, а 9-го февраля перед заходом Солнца двинули на юг. Перед нами была поставлена новая задача: найти район, где могли бы разместиться все патрули САС, действующие в тылу врага.

Мы знали, что на протяжении следующих двух недель или около того лунного света будет недостаточно, чтобы «Чинуки» могли доставлять нам свежие припасы, поэтому провели рекогносцировку заброшенного аэродрома на предмет возможной посадки транспортника C-130 с запасами. Однако командир Полка предложил ошеломляющий запасной план — он решил отправить колонну из десяти четырехтонных грузовиков с шестью «Ленд Роверами» в качестве охранения на сто пятьдесят километров вглубь вражеской территории, чтобы доставить нам необходимые запасы продовольствия, воды, боеприпасов и горючего. Все это должно было стать одной из самых дерзких операций в истории Полка.

Колонна должна была выйти из Аль-Джуфа на следующий день и к 11-му числу оказаться на иракской границе, в готовности к переходу через границу. До этого времени мы должны были подобрать место в пределах досягаемости колонны, на котором могли бы вместиться до ста пятидесяти человек со своими машинами, и полностью обезопасить его.

Когда я рассказал бойцам об этом плане перед самым выездом, они отреагировали восторженным хором одобрения. После нашей недавней работы перспектива большого сбора в ближайшие несколько дней стала приятной новостью. Однако другое мое сообщение мгновенно развеяло все улыбки. По радио штаб передал мне, что рано утром, во время разведки вражеского узла связи, трое наших военнослужащих из другого полуэскадрона «Альфа» во время ожесточенной перестрелки с противником отбились от своего подразделения вместе с «Ленд Ровером». Один из них был тяжело ранен, возможно, смертельно, но на тот момент никаких имен у меня не было.

Когда нам становилось известным, что кто-то из военнослужащих Полка попал под раздачу, у нас всегда оставалось неприятное чувство, но у ребят