Плата за молчание - Продель Гюнтер

Ну, Кристина Килер может утешиться. Не она со своей «любовью» погубила карьеру Профюмо. Молодой, необузданный оркестрант, с которым Кристина познакомилась в замке Кливден и которому вскружила голову, доведя его в конце концов до безрассудной канонады в квартире Стивна Уорда, дал толчок к вспышке долго назревавшего в Англии общественного скандала.

Крайне досадные откровения арестованного Джонни Эджкомба не должны были стать достоянием гласности. Однако полицейские репортеры, проведавшие о стрельбе в квартире Уорда, желали знать, в кого и по каким мотивам стрелял негр. Скотланд-ярд отказывался сообщать какие-либо сведения на этот счет и был вправе так поступать, потому что следствие не было еще закончено. В результате репортеры начали собственное расследование. Они заинтересовались Кристиной Килер и ее «антрепренером» Стивном Уордом, выяснили, какую роль играли оба в замке Кливден, узнали от посетителей замка, надеявшихся такой «любезной откровенностью» оградить самих себя от неприятных разоблачений, об эксцентричных сборищах с голыми девицами в бассейне, а под строгим секретом - и о высокопоставленных участниках этих сборищ.

В бульварных газетенках появились первые заметки с попыткой выяснить тайные причины покушения Джонни Эджкомба на убийство. Имя Профюмо называлось еще неуверенно и со знаком вопроса. Ни одна газета не решалась пока выдавать скандальных подробностей. Недоставало доказательств. Однако парламентская оппозиция использовала циркулировавшие слухи, и в нижней палате правительству Макмиллана был сделан запрос: «Верно ли, что достопочтенный военный министр участвовал в сборищах, происходивших в замке Кливден, и свел там близкое знакомство с девицей весьма сомнительной репутации, замешанной в настоящее время в деле об убийстве?»

Достопочтенный министр Джон Денис Профюмо с негодованием отверг факт посещения подобных сборищ, а тем более возможность знакомства с девицей сомнительной репутации. Пост британского военного министра был слишком высок, чтобы кто-нибудь посмел усомниться в правдивости его официального разъяснения. Угроза скандала была, казалось, предотвращена. Газетные сообщения были основаны всего лишь на слухах, а показаний обвиняемого в покушении на убийство и находившегося в тюрьме ямайского негра английскому военному министру нечего было опасаться. Их нетрудно было счесть злобными выпадами взбесившегося иностранца против государственных устоев Англии. Опасность угрожала Профюмо лишь со стороны Кристины Килер, которая в предстоящем процессе против Джонни Эджкомба должна была выступить в качестве свидетельницы обвинения и которую прокурор, несомненно, намеревался допрашивать о мотивах преступного замысла. У Профюмо не было уверенности, что торжественная присяга, которую ей придется принести, не вынудит ее сказать правду и назвать имя мужчины, находившегося вместе с ней в спальне, когда раздались выстрелы.

За две недели до начала процесса против Джонни Эджкомба Кристина Килер внезапно исчезла из Лондона, и, хотя прокуратура разыскивала ее как главную свидетельницу обвинения по всей стране, найти ее так и не удалось. О том, куда она скрылась и кто все это подстроил, английские власти узнали только полгода спустя из иллюстрированного журнала, которому Кристина Килер продала свои откровенные мемуары.

«Я была самым настоящим образом похищена. Автогонщик Пол Манн, близкий друг лорда Астора, увез меня на своей спортивной машине под предлогом того, что Профюмо необходимо срочно встретиться со мной за пределами Лондона, чтобы побеседовать о предстоящем процессе. На самом деле Пол отвез меня в Саутгемптон и заставил подняться с фальшивым паспортом на борт испанского парохода, который через полчаса покинул Англию. В Испании мне пришлось провести шесть недель на «Коста Брава». И все это время Пол Манн, точно агент тайной полиции, не спускал с меня глаз. Только на обратном пути он рассказал мне, что это путешествие было организовано и оплачено Профюмо, обеспечившим также фальшивый паспорт, и что целью его было помешать моему участию в процессе против Джонни Эджкомба, где я могла бы проговориться о нашей связи».

Однако этот тайный маневр британского военного министра не предотвратил, а лишь отсрочил его падение. Процесс против Джонни Эджкомба, осужденного на семь лет лишения свободы, прошел без дальнейших разоблачений, касающихся интимной жизни Профюмо; возмездие же настигло его благодаря совершенно нелепой случайности.

Когда никто уже больше не опасался скандала, 19-летняя подруга Кристины Килер - Мэрилин Райе Дэвис, или Мэнди, была задержана полицией за превышение скорости при проезде через лондонский Трафальгар-сквер. Водительские права ее оказались подделанными, и ее, невзирая на красивое личико, препроводили в место предварительного заключения.

Происхождение фальшивого документа выяснилось очень быстро. Когда Мэнди было только 15 лет, она стала преемницей Кристины у короля трущоб Петера Рахман-на и вместе с хорошенькой квартиркой унаследовала также автомобиль своей предшественницы. Так как разрешения водить машину по улицам Лондона Мэнди в ее юном возрасте получить не могла, но непременно желала этого, Рахманн через одного из своих темных компаньонов раздобыл ей фальшивое удостоверение.

В мрачной, затхлой камере женской тюрьмы у развеселой девицы, привыкшей спать на виллах миллионеров, кутаться в меха и утолять жажду шампанским, быстро сдали нервы. Любой ценой стремилась она вырваться из-за решетки. В надежде смягчить полицейских и снискать их расположение она изъявила готовность назвать того, кто находился в спальне Стивна Уорда, когда Джонни Эджкомб пытался застрелить Кристину Килер.

Пятнадцать страниц занял протокол показаний Мэнди о развлечениях в замке Кливден, о военном министре, о Стивне Уорде, лорде Асторе и всем аристократическом обществе, с которым она у него познакомилась.

Простодушный полицейский чиновник краснел до ушей, печатая ее рассказ, а когда она кончила, покачал головой:

- Неужели же все это правда? Подумайте, что с вами будет, если вы просто выдумали эту историю. Такого ведь на самом деле быть не может!

Курносая маленькая крашеная блондинка подскочила от негодования:

- Я вам не сказки рассказываю! Спросите Стивна Уорда, Кристину или других девушек. Они подтвердят вам, что я не лгу. Если хотите знать, я вообще ни разу в своей жизни не лгала.

Внезапно умолкнув, она на миг задумалась, а потом потребовала сумочку, отнятую у нее при заключении в тюрьму.

- Сейчас я вам докажу, что говорила правду, - с торжеством объявила она вахмистру и сердито на него посмотрела: как это он осмелился поставить под сомнение ее честность?

Несколько минут спустя другой полицейский принес прелестную сумку из крокодиловой кожи. Сообщив обоим полицейским, что эта сумка привезена ей лордом Астором из Парижа, Мэнди вынула пачку фотографий, разложила их на столе и с гордостью ткнула пальцем в одну из них:

- Вот эти двое, которые голыми танцуют твист, - это моя подруга Кристина и военный министр Профюмо! Один из кельнеров незаметно сфотографировал их!

5 июня 1963 года достопочтенный военный министр Джон Денис Профюмо на бурном заседании нижней палаты сложил с себя свои высокие полномочия. Теперь он вынужден был признать, что поддерживал, как он неопределенно выразился, с названными прессой личностями отношения, несовместимые с достоинством члена кабинета ее величества. Извинившись за то, что не отважился сразу честно ответить на запрос оппозиции, он под крики и свист высокого собрания покинул здание парламента.

Охватившая Англию буря негодования угрожала свалить консервативное правительство Макмиллана. Газеты продолжали делать дальнейшие, еще худшие разоблачения и предсказывали, что Профюмо окажется не единственным консервативным министром, которому из-за неслыханного нарушения морали придется покинуть кабинет. Поговаривали, что семь министров так или иначе замешаны в этой позорной истории.

Только с помощью испытанного парламентского трюка премьеру Макмиллану удалось предотвратить немедленное падение кабинета. Он распорядился провести строжайшее расследование, чтобы все виновные, невзирая на лица и на занимаемое положение, понесли заслуженное наказание. Он заверил также нацию, что без малейших колебаний сложит с себя все полномочия, если будет доказано, что в скандале замешан еще кто-нибудь из членов возглавляемого им кабинета.