Диалектика мира - Евгений Ильич Грицаев

закон быть превыше всего? Социология самообразования на это не отвечает, поскольку считает его просто абсурдным — как, не зная общего, говорить о частном? «Отче наш» есть общее, и знать его следовало бы куда лучше, чем его знает современная социология.

* * *

Ценности обычно извращаются в субъективностях, особенно в социальных, которые вырабатывают общечеловеческие каноны социальных требований. Из спектра факторов и связей сущего можно вычленить три основных причины, вследствие которых общество может «плакать». Плакать от бессилия или по упущенным возможностям. Это одна внешняя причина и две внутренние. Внешняя причина дает форс-мажорные последстия объективного действия или кризисные последствия субъективного толка. Форс-мажор проявляется в объективных катаклизмах природного, случайного характера. Кризисы, а с ними войны. Конфликты, терроризм и тому подобные бедствия развиваются в рамках сообщества и носят частный характер межобщественных конфликтов, завязанных строго и туго на субъективной основе (передел мира).

Однако нас больше интересуют внутренние факторы, связанные с человеком и его временем. Первый фактор действует из-за разногласий между обществом и государством чаще всего по вопросам прав и свобод, справедливости внутреннего мироустройства. Тогда общество плачет, видя свое биссилие в действиях с государством из-за несоответствия своих помыслов и действий по отношению к человеку. При этом время человеческое может обращаться вспять из-за самоотчуждений и возрождения пережитков прошлого.

Второй фактор имеет место по той же причине несоответствия помыслов общества и его действий, но в отношениях с человеком. В этом случае общество сразу замечает несоответствие помыслов и действий самого человека, который не желает усваивать представленные обществом общечеловеческие ценности, и поэтому попадает в разряд преступников или изгоев. Поэтому и плачет общество от бессилия, поскольку чувствует в этом эксцессе собственную вину — хотя бы в виде того, что не смогло обеспечить необходимое для очеловечивания личности.

Отношения общества и государство, как правило, осложнены социальным вопросом. Для личности этот «вопрос» ключевой оселок качества существования. Человек может в этом случае замечать протесты со стороны общества по биосоциальной связи и даже откликнуться на них действием. Человек на себе испытывает тяготы несвободы и даже несправедливости со стороны государства. Грегарный отбор действует и на государство (через отдельных представителей аппарата). Но когда работает система «молоха», прагматизм проявляется все отчетливей. Отсюда коррупция, как нехарактерное для общества сращивание его с частностями государства. Как здесь не плакать?

Общество, отчасти заменяя человековедение в существовании человека, ведет его по жизни. Но социальный вопрос постоянно остается открытым даже в самых успешных обществах. Это создает впечатление наличия социального континуума — процесса развития самого социального вопроса, вокруг которого продолжает плакать общество, но который мобилизует внутренние силы человека к более активной связи его с обществом. Так или иначе, но мотив налицо: время человека уходит в небытие, а общественное устройство или на месте топчется, или даже отступает назад под натиском капитального отбора. Так что плач общества не кончается, как не кончаются мечты человека о справедливом и достойном его времени обществе…

Всякий кризис: экономический, финансовый, политический или еще какой — начинается с кризиса гуманизма в умах человеческих. Чувство зла обычно возникает в человеке по общественным мотивам. По этому «черному» поводу стоит плакать. Подавляющее большинство россиян замучены вовсе не нищетой настоящего, а тем, что они вынуждены постоянно думать о ней в будущном выражении. Такие помыслы совершенно не красят общество, которое получает вместо сотворчества — отчаяние, вместо созидания счастья — едва ли не разрушение общественных отношений..

Искажение целостности сообщества с миром уже гарантирует извращение ценностей в личных субъективностей и соответствующие антирефлексии с самоотчеждениями. Человек чаще страдает от бесцельности жизни, пустоты, общественной инфантильности. И в этом вина общества, готового снова заплакать. Человек никогда не успевает подготовиться к потере, зато он может эту потерю заранее оплакать. Подобно обществу — от собственного бессилия. Хотя, остается вера в здоровом большинстве общества. Вера это всегда начало интереса. Должна быть общечеловеческая вера. Если ее нет — наступает озлобленность.

Большая часть народных бедствий исходит от бессилия властей и прагматичности общества в лице государства. Люди обычно даже элементарно не отличают общество от государства. Какая разница? — пусть оба плачут.

Парадокс извращения ценностей в том, что оно всегда происходит от неразумия даже образованных людей в социальных структурах власти. Главное заключается в том, что в ходе многовекового развития человечества история и время оказались в стороне, оказалась ненайденными или невостребованными, а потому непонятыми. В результате чего «сожженные мосты» прошлого» в виде «обиженной» траектории объективного развития оказались возмущенными неадекватными субъективно-превратными действиями. Кризисы, войны, снобизм, терроризм, нищета и прочие социальные бедствия — разве это может соответствовать развитию человечности, человеческого, социального? Разве в этом сила общества?

Смысл ценностных доминант странным делом обходит мистику и пессимизм экзистенциализма, оказываясь в некой золотой середине процесса мирного сосуществования. Он тащит за собой к бесконечности, к рассвету цивилизации, находя свое диалектическое отражение в нравственности, культуре общения, красоте бытия и других общечеловеческих ценностях. Но смысловая аксиология сама по себе индифферентна по отношению к человеческим страстям, хотя без них не обходится никакая истина процесса мира. Так действует парадоксальный закон объективного опережающего развития духовной сферы при субъективном исполнении приоритетов материального интереса.

"Ценности требуют ухода" — это парадокс новейшего времени, когда процесс их выработки обществом пущен на самотек, безо всякой связи с миром. Здесь сразу встают вопросы: "Кто мы такие? На чем держится цивилизация?" На мире и человечности в диалектической целостности. Так зачем все это рушить по собственному неразумию? Ради чего? Мы варвары в мире природы, хотя созданы ради высшего созидания. Мир заканчивается, когда случайное представляется закономерным. Человек часто не знает, чего хочет, поэтому случайность бьет по нему сильнее. Тогда он обвиняет сообщество, а то и судьбу как диалектическое выражение процесса мира. Войны, как правило. не начинаются, а заканчивают общемировой кризис ценностей и человечности.

Извращение общечеловеческих ценностей со стороны личностей — наиболее зловредный симптом духовной болезни цивилизации. Как результат появляются самоотчуждения и антирефлексии, которые еще более усугубляют кризисную обстановку в социумах. Согласие обычно приходит на почве несогласия. На этом часто основывается выбор друзей. Хотя стоит ли говорить о выборе как таковом, если он почти всегда неявный. Часто человек в друзьях находит себя, и за это бывает им благодарным, особенно под друзьями подразумевать сообщество с его общечеловеческими ценностями.

Ценности обычно извращаются обществом, в зависимости от того, какого они устройства, каковы его традиции и фундамент нравственности. Однако обычно в этом смысле многое решает государство и его правительство, которое состоят из тех же людей, но