Младший брат дракона - Андрей Вячеславович Шевченко

на произведённые разрушения, хотя и не понимал, как именно он это сделал. И он ли вообще? Может, это Эрстан учудил?

Все гости, кроме находящихся в состоянии мертвецкого опьянения, начали поспешно расходиться подальше от Дилля. Стражники, до этого момента спешившие утихомирить буйного гостя, вдруг, не сговариваясь, остановились и все, как один, уставились на главного церемониймейстера, явно ожидая дальнейших приказов. Господин Луавиль несколько секунд изображал статую с посохом, а потом взревел:

– Безобразие! Магические поединки строжайше запрещены в королевском дворце! Кто посмел?!!

При этом взгляд, полный ледяной свирепости, уставился на Дилля.

– Он, – Дилль немедленно ткнул пальцем в Эрстана, лежащего у стены и запутавшегося в сорванном гобелене. – Я тут вообще мимо проходил.

– Я тебе покажу "он"! – скорее промычал, нежели сказал Эрстан. – С ума сошёл, такими заклинаниями среди гостей швыряться?!! Тем более, во дворце, где чародействовать можно только по разрешению короля.

Маг с трудом поднялся на ноги. Судя по всему, он крепко приложился об стену – его изрядно пошатывало.

– Где Леклер? – надрывался тем временем господин Луавиль. – Почему его нет? Немедленно позвать сюда Леклера!

– Ты идиот! – прошипел Эрстан Диллю. – Допрыгался, сейчас сюда придёт Леклер, и тебе конец.

– А кто он такой? – Диллю это имя ни о чём не говорило.

– Он – единственный в стране магический инквизитор. Его сила позволяет не просто нейтрализовать, но и уничтожать дар других магов.

– Тю! – Диллю сразу полегчало. – Ну и пусть забирает, мне не жалко.

– А вместе с магическим даром уходит и жизнь, – заметил Эрстан. – Скажем так, в девяти случаях из десяти.

Это уже было гораздо серьёзнее, Дилль нахмурился и огляделся, раздумывая, куда бы ему сбежать. Однако, стражники, хоть близко и не подходили, но все выходы из зала перекрыли. А когда в дверях появились арбалетчики, стало окончательно ясно, что незаметно покинуть королевский бал нельзя.

– Твоё счастье, что Леклер куда-то отлучился – обычно он сразу пресекает попытку незаконной магии, – сказал Эрстан. – А, вот и он.

Со стороны танцевального зала к ним шёл невысокий полный человек с абсолютно лысой головой. Эту лысину Дилль за вечер видел много раз – Леклер всё время отирался неподалёку от короля, видимо, охранял Его Величество от возможных магических атак. Поскольку король танцевал, господин инквизитор тоже находился в танцевальном зале, а сейчас он решительно направлялся к нарушителям спокойствия.

– Ну, Дилль, приятно было с тобой иметь дело, – мрачно сказал маг. – Я буду рассказывать своим ученикам о тебе… как о последнем болване, закончившем жизнь так нелепо.

– Эй, ты шутишь? – Дилль посмотрел на серьёзное лицо Эрстана и понял, нет, не шутит.

Господин Леклер двигался с целеустремлённостью голодного бульдога. Дилль встретился с ним взглядом, когда их разделяло шагов пять, и обмер – зрачков у инквизитора не было. Эти абсолютно белые глаза повергли Дилля в состояние шока – он застыл, не в силах сдвинуться с места и попытаться сделать хоть что-нибудь в свою защиту. Остальной мир перестал для него существовать – только круглое лицо господина Леклера и белые, бездонные глаза.

На мясистом лице инквизитора появилась зловещая улыбка. Эрстан сокрушённо вздохнул – парень, конечно, не знал о запрете на использование магии в королевском дворце, но дела это не меняло. И сам Эрстан был не в силах ему помочь – он ничего не мог противопоставить магии Леклера. Спасти Дилля может только король или…

– Подожди-ка, Леклер, – послышался голос гроссмейстера.

Яркая вспышка сверкнула перед инквизитором. Он отшатнулся, глаза его вновь стали обычными, а Дилль едва не рухнул на пол. Гроссмейстер Адельядо взглядом показал Эрстану, и тот бросился на помощь пострадавшему, а сам первый маг повернулся к инквизитору.

– Ваша премудрость, – недовольно сказал гроссмейстеру Леклер, – вы помешали мне наказать преступника.

– Леклер, хоть ты и магохранитель короля, но первый маг государства всё-таки я. И я не желаю, чтобы судьба этого человека решалась без Его Величества. Подождём окончания танцев.

– А если он начнёт буйствовать?

– Я присмотрю за ним.

Инквизитор пожал плечами – если первый маг хочет взять ответственность на себя, то так тому и быть. Леклер отошёл на пару шагов, по прежнему не спуская глаз с Дилля. Придворные, ожидавшие, что вот-вот состоится такая редкая казнь, разочарованно зашушукались, но расходиться не спешили и в ожидании возвращения короля вновь принялись поглощать хмельное. Те дамы, кто не танцевал, обменивались друг с другом впечатлениями и с любопытством ожидали развязки.

– Он ещё жив?

– Да. Вроде приходит в себя. Вовремя вы.

– Я вообще люблю успевать. Эй, дружочек!

Дилль с трудом сфокусировал взгляд на седобородом маге.

– Известно ли тебе, сэр Диллитон, что ты уже почти мёртв? – осведомился Адельядо. – Леклер с такими, как ты, никогда не церемонится.

– Такой, как я, это кто? – губы с трудом слушались Дилля – он словно долго находился на морозе.

– Нарушитель запрета на использование магии. А есть ещё всевозможные убийцы, которые периодически покушаются на жизнь монарха.

– Чего-о? – изумился Дилль.

– Видишь ли, во дворце использовать магию могут только официальные лица и только по специальному разрешению. А к таковым относятся немногие. Я, к примеру, Леклер, как магохранитель короля, королевский врачеватель, маги музыки, маги оптических иллюзий… ну ещё пара-тройка магов – узких специалистов. Остальным под страхом смерти запрещены любые магические действия. И ты этот запрет только что нарушил.

– Вы же говорили, что у меня нет магии, – Дилль нашёл в себе силы даже посопротивляться, хотя и понимал, что ни к чему хорошему это не приведёт.

– Значит, ошибся, – невозмутимо ответил гроссмейстер. – Но теперь это роли не играет, сейчас Его Величество закончит очередной танец и решит твою участь.

– Мастер, – обратился к Адельядо Эрстан, – может, вы могли бы…

– Мог бы, – кивнул тот. – Но не буду. Зачем мне просить за человека, который не является официальным магом? "Дикие" маги, сэр Диллитон, никем не приветствуются.

– Дикие?

– Не приписанные ни к одной из Академий, – пояснил первый маг. – Был бы ты с нами, я, может, и попробовал бы походатайствовать перед Его Величеством.

Дилль мрачно уставился на первого мага, чувствуя, как в нём снова начинает закипать злость.

– Я настолько нужен вашей Академии, что вы