Младший брат дракона - Андрей Вячеславович Шевченко

завсегдатая опустошил ещё один кубок и уже несколько осоловелым взглядом посмотрел вокруг. – Пойду, потанцую что ли. Когда-то я умел танцевать.

И немного подрагивающей походкой отправился к ближайшим дамам, которые о чём-то оживлённо болтали. Низко поклонившись, маг завёл разговор, после чего одна из дам согласилась составить ему пару. А Эрстан молодец – пьёт, ругается, с женщинами танцует. Если бы не его дурацкий балахон, никто бы и не узнал, что он маг, которому всё это запрещено. Дилль проводил взглядом мага и его спутницу и с сожалением подумал, ему в этом плане ничего не светит. Потому что во время танца Дилль мог бы просто оттоптать даме ноги, или, того хуже, вообще уронить её. А за этим последовали бы очередные разборки с её рассерженным кавалером.

Глава 36

*****

Мысли Дилля незаметно вновь вернулись к барону Скодису. Странный он какой-то. Не потребовал дуэли. А, может, он тоже фехтовать не умеет? Хотя при такой симпатичной и достаточно ветреной жене уже должен был бы и научиться. Или он так себе на жизнь зарабатывает? Дожидается, когда кто-нибудь оскорбит его супругу, а потом выставляет ему счёт? Да ну, бред! К тому же, сам король сказал, что последний раз клятый пятый пункт какого-то эдикта применялся давным-давно. И, тем не менее, барон приехал в Тирогис и с самого начала празднества глаз с Дилля не спускал, явно выжидая момент, когда можно будет завести разговор.

Кстати, – тут Дилль в задумчивости почесал подбородок, – а как вообще обычный деревенский барон, каких тысячи по всему Ситгару, вдруг оказался на королевском балу? Он припомнил слова баронессы, что она здесь впервые и хочет получить от этого вечера всё. Значит, барон Скодис ко двору ранее не был представлен. Но всё же оказался здесь, чтобы вытребовать пятьсот оксов – сумму несусветную, особенно по меркам так называемого преступления на провинциальном постоялом дворе.

На секунду Дилль подумал, что его попросту обманули, и что настоящие барон и баронесса Скодис сидят в своём деревенском замке и знать не знают, что их двойники занимаются при королевском дворе такими неблаговидными делами. Но потом понял, что неправ. И дело даже не в том, что сам Дилль с трудом, но узнал баронессу, хотя и после напоминания с её стороны. Просто на ум Диллю пришли слова короля "сделать то, что требуют". Король явно знает больше, чем сказал.

Получается, что Дилля крупно нагрели. Возможно, это дело рук короля – Его Величество таким образом просто экономит пятьсот золотых. Нет, отмёл эту мысль Дилль, тогда бы и Гунвальду и Герону предъявили какие-нибудь обвинения. Значит, король отпадает. Тогда чья это инициатива? Самого барона? Но откуда бы барон узнал, что Дилль выживет после схватки с драконом и станет богаче на пятьсот оксов? Кстати, а откуда барон это узнал? Своё имя в тот злосчастный вечер Дилль баронессе не называл. Да и, если уж на то пошло, как баронесса вообще его запомнила? Она и видела его всего-то несколько секунд.

Дилль почувствовал, как в нём начала закипать злость. В тот вечер на постоялом дворе присутствовали ещё Гунвальд и Герон, но они отпадали, так как попросту не знали этого барона. Следовательно, единственный, кто мог рассказать этому типу о происшествии, это Эрстан. Та-ак…

Дилль подскочил, как ужаленный в одно место, и помчался в танцевальный зал. Среди кружащихся пар он пытался разглядеть этого скользкого и мерзкого мага, но до конца танца так и не смог этого сделать. А потом маг сам объявился, ведя под руку свою даму и над чем-то весело с ней смеясь. Дилль заступил им дорогу.

– Простите, сударыня, я вынужден похитить вашего спутника. Его требует сам король – это дело государственной важности. Пойдём-ка!

Он выдернул мага из рук изумлённой женщины и потащил за собой. Эрстан, удивлённый не менее своей спутницы, даже не сопротивлялся.

– Садись! – Дилль пихнул свою будущую жертву на первый попавшийся стул и грозно упёр руки в бока. – Ну, давай, рассказывай мне о своих интригах и кознях.

– Какая муха тебя укусила? – Эрстан с опаской посмотрел на разгневанного Дилля. – Ты о чём?

– Муха, да. Такая здоровенная, лет сорока. В мантии мага.

– Ты обо мне что ли? – продолжил удивляться Эрстан.

– О тебе, друг мой. Ответь-ка мне только на один вопрос: откуда на королевском балу взялся некий барон Скодис?

Дилль был всего лишь тощим молодым человеком, но распалённый праведным гневом выглядел настолько внушительно, что сейчас с ним не рискнул бы связываться даже Гунвальд. Чего уж говорить об Эрстане, который на всякий случай отъехал вместе со стулом подальше от Дилля.

– Какой ещё барон Скодис? – спросил маг, по мнению Дилля совсем неубедительно имитируя неосведомлённость.

– Тот самый! – заорал Дилль, чувствуя, как в нём злость сменяется яростью. – Которого ты надоумил содрать с меня все деньги! Откуда он вообще узнал, что я был на том демоновом постоялом дворе?!!

– Но, послушай… – маг попытался вставить хоть слово, но Дилля было уже не остановить.

– Нет, это ты послушай! Это ты притащил сюда этого барона – кроме тебя больше некому! Ответь только, зачем? А-а, я понял, ты с ним в доле, и завтра поделишь мои денежки. Ну и подавись! Я одного не пойму, как ты Его Величество уговорил закрыть глаза на это!

На вопящего Дилля уже начали обращать внимания не только ближайшие соседи, но и дворцовая гвардия. Стражники с алебардами направились к месту ссоры, когда Дилль окончательно вышел из себя.

– Я-то думал, ты мне друг. Знать тебя больше не желаю!

С этими словами он со злостью грохнул кулаком по столу, а ярость, захлёстывавшая его, выплеснулась с ударом. Под сводами трапезной раздался громкий хлопок, а потом звон разлетевшейся посуды и треск дерева. Прочный стол треснул пополам, словно был сделан не из толстых отполированных дубовых досок, а из бересты. Во все стороны полетели кувшины, разноразмерные осколки блюд и столовые приборы. Эрстана невидимой волной отбросило вместе со стулом шагов на десять и впечатало в стену. Стоявший неподалёку от места событий поддатый дворянин этой же волной был сбит с ног, он с трудом вновь принял вертикальное положение и проворчал:

– Эк я набрался, а ведь ещё и трети нормы не выпил.

Впрочем, Диллю сейчас было не до этого пьяницы. Он с удивлением смотрел