Жизненный цикл Евроазиатской цивилизации – России. Том 3 - Александр Владимирович Семенков

был первый шаг патриарха Никона к тому, чтобы поставить духовную власть выше светской, истребовав для себя особые полномочия не только по управлению церковными, но и всеми светскими государственными делами.

В царствование Алексея Михайловича возникают противоречия между укрепившимся самодержавием и Церковью. Стремление светской власти поставить под контроль хозяйственную деятельность Церкви (создание Монастырского приказа), ограничить монастырское землевладение, судебный, фискальный иммунитет монастырей и белого духовенства встретили сопротивление церковных иерархов, патриарха Никона, отстаивавшего идею «симфонии властей». Патриарх выступал за первичность духовной власти по сравнению со светской. Являясь соправителем царя, он оттеснял на задний план Боярскую думу, а иногда и Алексея Михайловича.

Достигнув патриаршего престола, Никон не хотел заниматься исключительно духовными делами, он претендовал на роль «духовного государя» Руси. Царь Алексей Михайлович сам привык часто обращаться к нему за советами и поступать согласно его указаниям. Своевольным и надменным боярам не нравилось, что «чернец из мужиков» принимает с ними тон начальника, он больше приказывает, чем просит, ни в какие сделки не вступает и прямо дает почувствовать, что он «второй великий государь». Этот «второй государь» энергичнее, последовательнее и строже добродушного Алексея Михайловича, податливого на лесть и охотно выслушивающего придворные сплетни. Никон не стеснялся в выборе выражений и в своих действиях, если замечал несогласие, по его мнению, со святостью веры и со справедливостью царя.

В 1654 году по инициативе патриарха Никона и при активной поддержке двух Вселенских патриархов – александрийского Паисия и антиохийского Макария, чье материальное благосостояние напрямую зависело от благорасположения самого Никона и его богатой патриаршей казны, в Москве был созван новый церковный собор. Этот собор принял решение об исправлении всей богослужебной литературы по «старым харатейным русским и греческим книгам». После окончания собора Алексей Михайлович отбыл во главе русской армии на польский фронт. На время военных действий полноправным хозяином Москвы стал всесильный патриарх Никон, который, обладал таким же титулом «великий государь» (1652). Патриарх стал бесцеремонно вмешиваться в дела государственного и дворцового управления, что вызвало резкое неприятие многих членов Боярской думы, прежде всего, близких родственников царя князей Милославских.

Как человек властолюбивый и честолюбивый вскоре Никон стал называть себя «великим государем» и демонстративно подчеркивать превосходство церковной власти над светской. Он даже предложил Алексею Михайловичу стать его соправителем, как патриарх Филарет при Михаиле Федоровиче. Царь, будучи человеком глубоко религиозным, проявлял христианское терпение к патриарху. Однако своенравный характер Никона, который всячески подчеркивал верховенство духовной власти над светской, стал раздражать самого царя, отношения между ними заметно охладели. Царь демонстративно избегал общения с патриархом, перестал посещать патриаршие богослужения, и приглашать Никона на придворные приемы. Взаимоотношения между двумя «великими государями» обострились настолько, что в 1657 году Алексей Михайлович публично назвал патриарха Никона «невежой, мужиком и блядиным сыном». Открытое противостояние Алексея Михайловича и Никона произошло летом 1658 года, когда Никон в Успенском соборе Кремля в 1658 году демонстративно отказался от выполнения патриарших обязанностей и уехал из Москвы в построенный им неподалеку от столицы пышный Воскресенский Ново-Иерусалимский монастырь. Никон рассчитывал то, что царь смирит свою гордыню и будет умолять его вернуться на патриарший престол. Алексей Михайлович прохладно отнесся к этой выходке бывшего «собинного друга». В этот раз он проявил твердость характера и стал активно подыскивать новую кандидатуру на патриарший престол. В 1660 году в Москве состоялся новый церковный собор, на котором Никон был отрешен от патриаршества, но нового патриарха избрать не удалось, и местоблюстителем патриаршего престол был назначен Крутицкий митрополит Питирим.

Спустя четыре года, в декабре 1664 года Никон неожиданно для всех вернулся в столицу и из Успенского собора Московского Кремля направил царю послание, в котором заявил о своем возвращении на патриарший престол. Этот вызывающий шаг низложенного патриарха был воспринят крайне отрицательно и по требованию церковных архиереев, спешно созванных на Освященный собор самим царем Алексеем Михайловичем, Никон вынужден был покинуть столицу и вернуться в Воскресенский монастырь. После этого демарша опальный патриарх смирился со своей незавидной участью и согласился отречься от сана, но при условии сохранения за ним трех монастырей и всех «патриарших» привилегий.

Последний акт затянувшейся драмы состоялся в 1666–1667 году, когда на очередном церковном соборе с участием двух Вселенских патриархов Паисия и Макария, над Никоном состоялся суд, по решению которого он был официально лишен патриаршего сана за самовольное оставление кафедры. Он был обвинен в теократизме и повторно отрешен от сана и священства. После этого Никона сослали на север в Ферапонтов монастырь, а затем он был заточен в Кирилло-Белозерском монастыре, где опальный патриарх провел последние годы своей жизни. При царе Федоре Алексеевиче Никон был помилован и ему разрешили вернуться в Воскресенский монастырь, но по дороге в столицу, под Ярославлем в августе 1681 года бывший патриарх скоропостижно скончался.

Конфликт между царем и патриархом совпал с расколом Русской Церкви, который произошел в результате реформы патриарха Никона по приведению богослужебных книг и обрядов в соответствие с греческими образцами. Против бескомпромиссно проводимой реформы непримиримо выступили сторонники «древнего благочестия», одним из руководителей старообрядцев был протопоп Аввакум. Духовный раскол ослабил позиции Русской Церкви.

На первых порах царь не вмешивался в проведение реформы. Но после того как Никон оставил патриаршество, Алексей Михайлович стал продолжателем дела, начатого патриархом. Надежды ревнителей на то, что с уходом Никона прекратятся «мудрования», не оправдались – церковный собор 1666–1667 годов, прошедший под руководством нового патриарха Иоасафа II, подтвердил необходимость продолжения реформы, которая осуществлялась теперь уже под личным контролем царя Алексея Михайловича.

Церковный собор 1666–1667 года наложил церковное проклятие на всех противников реформы, более того, собор предал их суду градских властей. Теперь на противников реформы распространялись уголовные наказания, предусмотренные Соборным Уложением 1649 года, и им грозило сожжение на костре, как всякому, «кто возложит хулу на Господа Бога». По решению собора протопоп Аввакум был заточен в земляную тюрьму Пустозерска, где провел 15 лет. Церковный собор 1681–1682 годов приговорил протопопа к смертной казни. Подвижнической смертью погиб протопоп Аввакум (†1682) и его ближайшие соратники – были заживо сожжены в срубе.

111.6. Нормативно-правовые основы взаимодействия Церкви и государства

В условиях обострения внутриполитической ситуации в 1649 году было принято «Соборное Уложение», некоторые положения которого предусматривали серьезное наступление на церковные привилегии.

Согласно главе XIX «О посадских людях» в стране были ликвидированы так называемые «белые слободы» – частновладельческие районы в городах, освобожденные от несения государственного тягла, владельцами которых были бояре и дворяне. Однако наиболее крупными владельцами белых слобод были церковные иерархи. Только у патриарха были крупнейшие «белые слободы» в Москве, Владимире,