Разящий клинок - Дэйв Дункан

– Вроде смолы на дне лодки? – догадался Сагорн. – Только отталкивает магию вместо воды?

Распнекс издал звук, похожий на шум камнепада; вполне возможно, он всего лишь хохотнул.

– Ты понял, а? Отлично! Рэп оказался сильнее, и Зиниксо не мог разбить чары. Наказание, достойное волшебника!

– И что же случилось потом? – нетерпеливо спросил император.

– О, он совсем сошел с ума. У Зиниксо всегда были какие-то нелады с головой, даже в детстве. Он всю жизнь был подозрительный и робкий. И чем больше росли его силы, тем больше он уходил в себя… Ты понимаешь, о чем идет речь, имп?

Шанди кивнул.

– Я встречал подобных ему людей. Они воображают, будто целый мир ополчился против них.

Все дварфы по природе были нелюдимами, недоверчивыми и замкнутыми типами. Ило ужаснулся, представив себе, до чего мог дойти этот Зиниксо… Распнекс приходился Зиниксо дядей; он должен был хорошо его знать.

– Так получается, он был безвреден, – сказал Шанди, все больше мрачнея. – Чем же он опасен в таком случае?

– Все из-за Светлой Воды, – пояснил Рэп. – Она тоже не могла разбить мои чары, но могла пожалеть его. Она отдала ему волшебницу.

– Отдала?

Распнекс хмыкнул и щелкнул пальцами. Юный Гримрикс нахмурился и выступил вперед, чтобы встать рядом с чародеем, – понятное дело, кому понравится такое обращение!

– Господин?

– Скажи им, что ты чувствуешь ко мне, сынок. Мальчик опустил глаза на носки своих ботинок, и на сей раз его румянец был очевиден.

– Я люблю тебя, – шепнул он.

– Во! Видали? Он мой «сторонник». Я наложил на него чары верности. Он сделает все, чтобы помочь мне. – Распнекс глядел на мальчишку, снова показывая свои отвратительные зубы. – Он даже умрет за меня! Но вообще-то его Силы больше моих. Мы заарканили его втроем, я и двое других моих сторонников. Теперь-то вы понимаете?

Содрогаясь, Ило оглядел ряд потемневших лиц, – и увидел, как вместе с пониманием по ним проходит волна отвращения. И только Эшиала, с ее удивительной выдержкой, оставалась спокойна.

Чародей хлопнул своего юного компаньона по плечу – таким ударом можно расколоть камень:

– Ступай на разведку. Посмотри, как там снаружи.

Мальчишка кивнул и растворился в воздухе. Леди Эигейз издала хрип, похожий на стон, и прикрыла рот ладонью. Секунду спустя колокола зазвучали громче, когда входная дверь приоткрылась.

Зачем, думал Ило, зачем я только отказался от герцогства и дал втянуть себя в подобную историю?

– Светлая Вода к старости была, не разумнее намыленной кошки, – с печалью в голосе сказал Рэп. – Она отдала Зиниксо свою сторонницу – Кразу из племени дварфов. Она была не шибко могущественной волшебницей, но Зиниксо знал многих волшебников Округи. Он послал Кразу вербовать их, начиная, естественно, с самых слабых. Два, три слабых волшебника способны подчинить одного сильного.

– Он занимался этим двадцать лет подряд, – добавил Распнекс рокочущим басом. – Сейчас под его властью целая армия, и все преданы ему до смерти. Мы зовем это Сговор.

Шанди вновь опустился на подлокотник кресла, в котором сидела его жена. Лицо императора было напряжено.

– Почему никто не остановил его?

– Да потому, что никто не знал! – огрызнулся дварф. – Может быть, кроме Светлой Воды, но она чересчур тронулась рассудком, чтобы волноваться из-за подобной чепухи. Я подозреваю, что Зиниксо вел себя осторожно по отношению к ее «сторонникам» – в любом случае его заклятия начали действовать только после смерти смотрительницы. Поэтому она не обращала внимания на его шалости… А теперь он собрал в своем медвежьем углу все волшебство Пандемии!

В заполненной людьми комнате настала тишина: непосвященные пытались осознать размеры бедствия. Старик Сагорн со стоном рухнул в свое кресло, сокрушенно качая головой.

– Значит, под его властью сейчас находится целая армия волшебников, – выдавил из себя Шанди, – хотя он даже не может пользоваться собственной магией? Сколько их?

– Много. Сотни. И все стоят за него горой. И сопляк уже получил обратно свою магию, если Сговор сумел перевесить чары, наложенные Рэпом.

– Но ведь предотвращение таких мерзостей как раз и входит в обязанности смотрителей?

– Конечно, но пока не умерла Светлая Вода, они даже не подозревали о масштабах бедствия. – Глаза Распнекса сверкали, как агаты. – Они отдали мне Север, ибо надеялись, что я смогу положить этому конец, я ведь знал Зиниксо – и знал, как работает его больной рассудок. Но слишком поздно.

Император поднял взгляд на Акопуло, словно приглашая его высказаться. Ничего не произошло.

– Чего же он хочет? – спросил Шанди. Дварф хмыкнул:

– Всего! Я же сказал тебе: чем больше его Сила, тем больше в нем страха! Он знал, что противостоит Четверым, значит, боялся их, ибо только они могли с ним справиться. Вот вам его образ мыслей.

– Значит, именно поэтому вы появились сегодня в Ротонде?

– А зачем бы еще? Признавая тебя императором, мы ждали его удара: он разом мог пришлепнуть всех Четверых! Он мог сокрушить нас, как много лет тому назад сокрушил Агана… Мы с Грунф бросили ему вызов. Мы сделали тебя императором, сынок, но ничего хорошего от этого не жди.

Глаза Шанди сузились с подозрением:

– Зачем же было разрушать престолы? Это работа Зиниксо?

– Да нет же! Это сделал я!

– Четыре трона смотрителей были магическими порталами, – тихо пояснил Рэп, – и вели прямо в их дворцы. Зиниксо мог бы пробиться сквозь порталы силой.

– Мне показалось, что ты ничего не знаешь об этом? – сказал император.

– Раньше не знал, – объяснил Рэп, не отходивший от камина. – Частью я понял это только сейчас, частью – узнал со слов Распнекса. Вы просто не были посвящены в наш разговор, вот и все. Распнекс пока не подчинил меня своей магической Силе, хотя мог бы, и на сей счет вам придется поверить на слово. Ваше императорское величество, теперь вы никому не можете полностью доверять. Если «сторонники» Зиниксо берут человека в оборот, он не способен оказать сопротивление. И, как сказал Распнекс, первым скорее всего они переманят на свою сторону легата Угоато. И с той поры он будет служить Зиниксо верой и правдой до самой смерти. Они все будут ему служить.

– И каковы же цели этого чудовища? – воскликнул Шанди.

Рэп пожал плечами:

– Он безумен, и ему повсюду мерещится опасность. Император обладает властью – значит, он должен быть предан Зиниксо; и то же самое касается всякого, кто обладает властью… Он заставил бы всех в мире полюбить себя, если бы только сумел.

– Где Четверо?

Рэп посмотрел на Распнекса.

– Сбежали, – ответил императору дварф. – У них украли большинство сторонников. Первым ударился в панику Лит’риэйн – и теперь он прячется в Илрэйне. За ним – Олибино, он попросту исчез. Можете себе представить, что Зиниксо сделает с этими двумя, если только они попадут ему в руки. Но их, ждет долгая, мучительная смерть, это уж точно. – Он состроил жуткую гримасу. – И меня, между прочим, тоже нет в списке его лучших друзей Зиниксо.