Разящий клинок - Дэйв Дункан

– Тогда я отказываюсь сотрудничать с вами в любом смысле этого слова.

– Забери отсюда своих людей, центурион, – сказал Ило, – и подожди за дверями.

Хардграа надувался, пока его панцирь не затрещал по швам.

– Быстро! – гаркнул на него Ило.

Он не слишком надеялся, что этот трюк сработает, но все получилось удачно. Три пары сандалий простучали по ступеням, и входная дверь громко хлопнула, приглушая печальный трезвон.

Акопуло хохотнул и подарил Ило признательную улыбку. Он снял со второго стула небольшую стопку грязной посуды, смахнул рукой крошки и мышиный помет и уселся, составляя в уме свою повесть.

– Когда пришла весть о смерти старого императора, – помолчав, начал он, – принц сидел на Опаловом троне…

2

Наконец Акопуло умолк, поведав Сагорну все. Погруженный в раздумье, ученый не поднимал опущенной на руки головы. Ило тихонько грезил о пышной груди жены трибуна Утурсо, прислонясь к кабину. С него совсем сошло недавнее опьянение, и Ило ощущал неловкую тоску, обычно приходившую после битвы, – осознание того, как коротка и бессмысленна жизнь и как жалко тратить ее понапрасну.

Колокольный звон донесся громче, предупреждая об открывшейся входной двери. Ступени вновь вознесли к небесам привычные жалобы, но на сей раз ступавших по ним ног было больше.

– Запасные свечи лежат в угольном ящике, сигнифер, – заметил Сагорн, с трудом поднимаясь на ноги.

В дверь заглянул Хардграа, после чего его лицо исчезло, – и вошел Шанди. На нем были обычный плащ и засыпанная снегом широкополая шляпа, которую он не стал снимать. Сагорн поклонился. Император подошел к старику вплотную и протянул было руку для пожатия, но вместо этого поднял пальцы повыше – для поцелуя.

Акопуло вернулся к своим обязанностям и запоздало представил ученого старца. Затем в комнату вошла Эшиала, несшая спящую девочку – принцессу Империи. За ними виднелась фигура запыхавшегося, багроволицего лорда Ампили; он напоминал жирного медведя в своей бесформенной шубе, усыпанной снегом. Последовали новые представления.

– Прошу вас садиться, доктор. – Шанди усадил за стол жену, не выпустившую сонную Майу из объятий, и взял себе третий стул, оставив остальных стоять. Зажженные Ило новые свечи хорошо справились с полумраком, осветив комнату. Хардграа прикрыл за собой дверь и заскрипел вниз по лестнице.

– Нам требуется ваш совет, доктор Сагорн. – Шанди устало откинулся на спинку стула и потер глаза. – Я вознагражу вас, как только смогу, но вы должны понимать, что в данный момент все мои обещания имеют куда меньше веса, чем мне бы того хотелось.

Широкая улыбка растянула морщинистое личико етуна.

– Воистину, сир. Хотел бы я чем-то поддержать вашу веру в ценность моего совета, однако, признаюсь, я и сам несколько растерян. Если вы настаиваете на краткости, тогда я вынужден предложить вашему величеству уносить ноги, пока не поздно.

Шляпа отбрасывала на лицо Шанди непроницаемую тень, но его кулаки сжались.

– Я не хотел обидеть вас, сир! – поспешно сказал ученый. – Но вам нельзя более полагаться на Свод, защищавший вас от магических Сил. Против волшебства не устоит ни одна армия, сколь бы многочисленна она ни была.

– Мне хотелось бы услышать объяснение, прежде чем я буду решать, что мне делать с вашим добрым советом.

– Уже некоторое время до меня доходили слухи о том, что со Сводом Правил далеко не все в порядке. Слухи о драконах… Насколько я могу судить, никто не видел смотрителей со дня пожара в Пустоши Нефер.

– Чародей Распнекс побывал в сенате, получив обычное приглашение, – сказал Шанди, – но его речь была весьма коротка и даже груба.

– Равно как и лишена смысла, если я верно помню официальные отчеты о заседании… Меня крайне заинтересовал рассказ вашего спутника о бассейне-прорицателе, он напомнил мне о магическом окне, с которым я некогда консультировался, с самыми печальными результатами, могу добавить. Могу ли я спросить, откуда вам стало известно о его существовании?

Император нахмурился, словно не зная, стоит ли отвечать. Затем пожал плечами:

– Тем вечером мне явилась старуха, в таверне. Она знала, кто я, и мои компаньоны не заметили ее присутствия. Плащ ее показался мне сухим, что было странно в столь дождливую ночь.

Ило в недоумении воззрился на лорда Ампили, а потом – на Акопуло, но они оба были удивлены не меньше него самого.

Старый ученый застыл, сверкая светлыми глазами и чуть склонив голову набок, как это делают чем-то встревоженные птицы.

– Опишите ее, сир.

– Я никогда не встречал подобных ей. Должно быть, в ее жилах текла кровь многих рас… Та небольшая часть ее лица, что мне удалось разглядеть под капюшоном, почему-то удивила меня странностью своих черт, а ведь я путешествовал из конца в конец Империи. Глаза большие и чуть раскосые, как у эльфов, но блекловатые, неяркие. Желтые, кажется. Кожа темного, почти коричневого цвета…

Челюсть етуна отвалилась и тут же закрылась с резким стуком. Сагорн побледнел.

– И широкий нос, как у фавнов?

– Точно! – Всемогущие Силы! – выдохнул ученый.

Очевидно, его репутация большого мудреца все же была на чем-то основана. Ило оглянулся на Акопуло и увидел на лице советника понимание и досаду.

Император слабо улыбнулся:

– Вам придется сказать еще что-нибудь, уважаемый доктор.

– Однажды мои друзья повстречали группу юношей, подходивших под это описание. Всего их было четверо. Мне передали, что они выглядели как нечто среднее между импами, фавнами и эльфами.

– И кто же были эти люди? – спросил Шанди тоном повыше.

– То были пиксы, сир.

Акопуло ударил по столу с такой силой, что опрокинул две свечи; Ило еле успел поймать одну из них, прежде чем она свалилась на пол, в кучу рассыпанных бумаг.

– Никто не видел ни одного пикса вот уже тысячу лет! – проблеял политический советник императора. Сагорн не поднял на него глаз.

– Я только что доказал лживость такого заявления. Но то было в Тхаме, где присутствие пиксов можно понять, если не ожидать его. А эта последняя встреча произошла у самых ворот Хаба. Вы понимаете, ваше величество, что все это происшествие может оказаться волшебной ловушкой? При условии лунного освещения любой, даже самый скромный волшебник вполне способен наделить некий водоем способностью показывать определенные картины!

– Но эти картины привели нас к вам. И к мастеру Джалону. Кажется, он также проживает по этому адресу.

– И к Краснегару, – пробормотал Сагорн, согласно кивая.

– И к Краснегару. Вы помните фавна-волшебника, который…

– Я отлично знаком с мастером Рэпом, или королем Рэпом, как его следует величать ныне. Мы много путешествовали вдвоем. Один из наиболее способных моих учеников.