Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

– Еду, – коротко ответил Никита.

Он не знал, что к дому, где жила Таня Андреева, уже мчится лейтенант Гоша Тыцких. В форме, с удостоверением в кармане и с табельным оружием.

Шестое чувство подсказывало Булыкину, что нужно не просто быстро ехать. Нужно лететь. И он летел на красные светофоры, успев связаться с Анной. Сообщил ей о создавшейся ситуации и назвал адрес Тани Андреевой.

Булыкин опередил своего бывшего помощника на полминуты. Подойдя к дому, сунул правую руку в карман брюк. Изобразил, будто у него ствол. На самом деле оружие ему даже не выдавали. Не положено – с подростками работает.

В подъезде, где бестолково топтались грифы, был полумрак. Его пропустили без звука – наверное, почувствовали настрой. Лифт Никита вызывать не стал, поднялся на шестой этаж пешком.

– Что тут происходит? – хмуро спросил он эмчеэсовцев. – Кто вас вызвал? Предъявите документы!

Документы были в порядке. На вопросы эмчеэсовцы отказались отвечать. Понимали, что их впутали в какое-то темное дело, и рады были унести ноги.

Таня открыла дверь, Булыкин зашел в квартиру. Все! Дело сделано. Андреева под его защитой. Надо теперь звонить Лещеву, губернатору, ставить их в известность. Пусть решают, как разблокировать квартиру.

Когда Гоша подкатил к дому, эмчеэсовцы уже высыпали из подъезда. Пояснили, что их прогнал какой-то мент. Гоша понял, что бывший начальник его опередил.

К дому подъехала Ланцева. Грифы преградили ей путь. Было слышно, как женщина громко сказала:

– Я же не из дому выхожу, мальчики. Я вхожу в дом. Пожалуйста, не выпускайте меня, но дайте войти.

Ее пропустили.

– Валяй, сама свою голову суешь.

…Первое, что сделала Ланцева в квартире Тани, зашла в ванную. Надо было привести себя в порядок.

Отметила: похоже, Царьков здесь не живет. Слишком мало мужских туалетных принадлежностей. Только самое необходимое: зубная щетка, пена для бритья, бритвенный станок, помазок, лосьон. И – только. Ну, правильно. Спартанцы не жили с женами, даже встречались с ними тайком.

Потом принялась расспрашивать Таню. Хотела установить полную картину ограбления банка. Но исповеди не получалось. Пришлось надавить. Анна сказала Тане, что с людьми, которые спасают ей жизнь, надо быть более откровенной. К тому же впереди следствие. Возвращения к событию семилетней давности все равно не избежать. Про себя думала: «Что я горожу? Какое к черту следствие? Самой бы унести отсюда ноги».

Включив в мобильнике диктофон, Ланцева ждала ответа. Выдавить удалось немного. Но это немногое давало ключ к пониманию, что на самом деле произошло. Деньги перед налетом даже не заносились в банк. Они хранились у Тани, в этой квартире. А Царьков в момент нападения был в банке, прятался в туалете. Ладони у него были оклеены пластырем. До того он собирался пилкой косметической стереть себе узоры на пальцах, но потом передумал. Как в случае горения объяснить, что у тебя кожа стерта? Он вообще очень волновался. Все-таки первый раз должен был убить человека.

– Ты хочешь сказать, что именно он застрелил охранника?

– Да, – подтвердила Таня. – После этого у него начались проблемы со здоровьем. Он часто говорил, что это божья кара.

Подошел Булыкин, у него был только один вопрос. Откуда у Тани сведения насчет подкупа Шокина?

– Я своими глазами видела, как Царьков давал полковнику конверты. А что там может быть, если не деньги?

– Откуда ты взяла эту цифру – сто пятьдесят тысяч? – уточнял Никита.

– Я своими ушами слышала, как Царьков сказал Гридасову и Корытину, что Шокин обходится им в сто пятьдесят штук в месяц.

– Кстати, – сказал Никита, – куда девался Гридасов?

Таня отвела взгляд:

– После того, как пропал Гридасов, Антон очень изменился. Нервный стал, грубый, молчаливый. Я не хочу сказать, что именно он убил Гридасова, но мне кажется, он в этом участвовал.

У Булыкина заиграл мобильник. Незнакомый голос сказал:

– Товарищ Булыкин? Из Москвы беспокоят. Госнаркоконтроль. Мы в курсе ситуации. Побудьте со свидетельницей до утра, не отходите от нее ни на шаг. Завтра в первой половине дня мы ее заберем. К вам прилетят два наших сотрудника. Не надо говорить адрес, мы знаем. Спасибо, вы очень нам помогли.

На другом конце провода дали отбой.

Никита ничего не понимал. Если это звонок действительно из Москвы, как там узнали его номер? Как узнали, что тут происходит? Нет, шалите, ребята. Какая к черту Москва? Это очередная хитрость Кваса-Царькова.

23 июня 2006 года, пятница, утро

Радаев ушел, как только начало светать. Осторожно прокрался мимо спящего на лестничной площадке Антона. Других препятствий не было.

Подремал в сквере, и в 8 утра позвонил Томилину. Сказал, что нужен бинокль.

– Нужен – бери, – сказал Станислав Викторович.

Заходить к Томилиным не хотелось. Квартира могла быть под наблюдением.

– Мне к вам нельзя.

– За Дашей должен заехать Олег. Он может передать, – предложил Томилин.

Это был самый лучший вариант.

Помятый и невыспавшийся, Радаев старался не смотреть на девушку. Его внимание привлекла болтавшаяся на плече у Олега видеокамера. Эх, как бы она пригодилась ему. Но он не умеет ею пользоваться.

– Ты, кажется, что-то задумал. Может, чем-то помочь? – сказал Олег, передавая бинокль.

Молодой Лещев нутром почуял, что Павел собирается на серьезное дело, как-то связанное с разоблачением наркоторговцев.

– Хочешь посчитаться за Ваню? – спросил Павел.

– Хочу.

– Тогда отвези Дашу и возвращайся сюда. Прихвати на всякий случай что-нибудь пожевать. Воды тоже прихвати. А камуфляж дома есть?

– Отцовский охотничий.

– Прихвати.

– Может, ружье взять? – спросил Олег.

– Возьми на всякий случай.

Они приехали на дачу к Булыкину. Там царил погром. Пикинес и Шуруп вломились в дом, поломали мебель, побили зеркала и окна, нагадили на кухонный стол.

Павел достал из тайника винтовку, надел камуфляж Никиты. Только теперь сказал Олегу, куда и зачем они едут.

– Можешь просто отвезти меня в лес, а можешь остаться там со мной. Решай.

Подъехали к Топельнику задами, по бездорожью. Олег уложил мотоцикл во впадину, забросал ветками. Стало ясно – он остается.

Переключили на всякий случай мобильники на вибраторы. Засомневались: а вдруг техника откажет? Это может стоить жизни. Отключили совсем. Переговаривались шепотом. Договорились передвигаться врозь, не теряя друг друга из виду. Если кого-то одного грифы обнаружат, другой может подстраховать. В критической ситуации решили стрелять на поражение.

– Лучше мы их, чем они нас, – сказал Радаев.

К другой стороне леса, где две недели назад Павел видел Антона, надо было пройти километра четыре.

Топельник был почти сплошь ивовый. Но изредка встречались березы с искривленными стволами. Сначала шли, проваливаясь по щиколотку. Потом наловчились ступать