Бронезавры XIX века. Боевые корабли 1865-1885 - Алексей Борисов

судно будет на ровном киле, артиллерийский офицер при помощи электрозапала производил залп всей батареи сразу. Примерно таким образом “Шах” расстреливал “Гуаскара” в завершающий момент боя при Ило, когда корабли сблизились вплотную.

Понятно, что подобные системы управления огнем применимы только на коротких дистанциях боя, при стрельбе прямой наводкой, так как, по сути, представляют собой управление одним залпом. Стрельба на больших дистанциях требовала в то время довольно длительной пристрелки, так как адекватных приборов для определения дистанции в то время еще не было. Соответственно, системы типа Давыдовской не годились для перестрелки на больших расстояниях и, тем более для стрельбы из мортир.

Определение дистанции в то время производилось, в основном, двумя способами: либо по меткам на окулярах бинокля (зная высоту мачт неприятельского корабля и подсчитав, сколько меток его контур занимает в окулярах бинокля, офицер мог судить о дистанции до цели), либо более изощренным способом решения треугольников.

В этом случае один наблюдатель с визиром становился возле фок-мачты, другой – у бизань-мачты, оба они определяли направление на неприятельский корабль и докладывали артиллерийскому офицеру, под каким углом от нормали или от диаметральной плоскости собственного корабля они видят цель. Зная расстояние между фоком и бизанью своего корабля и два угла, артиллерийский офицер определял высоту треугольника, вершину которого представлял собой корабль-цель.

Нечего и говорить о том, что оба способа давали более чем приблизительный результат и для управления огнем в настоящем бою мало годились. Реально действующие системы централизованного управления огнем смогли появиться только после внедрения оптических дальномеров.

Судя по докладу Баранова, оптический визир на “Весте” был разбит турецким снарядом в самом начале боя. Так что можно предположить, что система Давыдова на пароходе была, но вряд ли могла быть применена с большой пользой.

Возвращаясь к событиям Русско-турецкой войны на море, отметим, что 13 декабря 1877 г. вспомогательный крейсер “Россия” захватил у Анатолийского побережья турецкий транспорт “Мерсина”, на котором переправлялись 800 солдат и офицеров турецких войск. В отместку броненосцы “Османие” и “Ассари Тевфик” предприняли 31 декабря бомбардировку Евпатории, выпустив 140 снарядов без особого эффекта, 1 января 1878 г. – 132 снаряда выпущено по Феодосии, 2 января обстреляна Анапа. Более какими-либо заметными действиями турецкий флот в эту войну не отметился.

Бомбардировка Александрии

В одной из предыдущих глав уже говорилось о том, что, при всей малособытийности периода 1865-1885 гг. в плане боевых действий на море, французскому флоту довелось таки испытать хотя бы отчасти свои силы в ходе войны с Китаем 1884-1885 гг. Но флот Республики оказался не единственным в этом плане “счастливчиком”. На долю морских сил Британии выпало несравненно более масштабное и значимое испытание.

Как уже говорилось, Египет в ту эпоху числился вассалом Османской империи, но с очень широкими правами автономии. У страны была собственная армия, периодически происходили попытки создать сильный флот, постоянно существовало тяготение к суверенизации. Очередной кризис разразился в 1879 г.: группа армейских офицеров выступила против иностранного контроля над Египтом и засилья турецких командиров в египетской армии. В ходе этой акции выдвинулся энергичный офицер Ахмад Араби-паша (в ряде источников – Ораби-паша или Ураби-паша). В 1881 г. Араби-паша, в чине полковника, возглавил восстание каирского гарнизона, проходившее под лозунгом “Египет для египтян”. Восстание привело к падению действовавшего правительства; в новом правительстве Араби-паша занял пост военного министра.

Однако волнения не прекращались. Как это часто бывает в истории, революционные позывы масс свелись не к тому, чтобы создать что-нибудь самим, а к тому, чтобы что-нибудь у кого-нибудь отобрать. Началось массовое вытеснение из Египта европейцев, сопровождавшееся погромами, в ходе которых было убито до 50 человек. В 1882 г. хедив Тевфик утратил контроль над событиями и вынужден был покинуть столицу; фактическим руководителем Египта стал Араби-паша, который провозгласил курс на национализацию Суэцкого канала и изгнание из Египта иностранцев, включая турок.

Действия Араби-паши не могли не вызвать ответную реакцию европейских стран: в Александрию – крупнейший портовый и экономический центр Египта – были направлены военные корабли ведущих держав. Особо энергично действовали англичане: Суэцкий канал сокращал путь от Туманного Альбиона до Индии в 2 раза, и переход его в руки местных националистов мог сильно навредить интересам Британской империи.

Так на рейде Александрии оказался английский Средиземноморский флот во всей своей красе и могуществе, а командир этого соединения – адмирал Фредерик Бошан-Сеймур (Beauchamp-Seymour, в некоторых источниках фамилия этого офицера указывается на английский манер – Бичем-Сеймур) – отправил военному губернатору Александрии Рагиб-паше ультиматум, требуя очистить от войск защищающие порт форты и передать часть укреплений англичанам для их разрушения.

Понятно, что подобного рода ультиматум не мог быть принят, но Бошан-Сеймур этого и не ожидал, желая лишь предлога для начала атаки. Хотя его эскадра к бою с береговыми укреплениями готова не была: на кораблях находился обычный боезапас, предназначенный для боя с неприятельскими броненосцами и состоящий на ⅔ из бронебойных снарядов, малопригодных для стрельбы по фортам и насыпным валам; в распоряжении английского адмирала не было десантных сил; и фугасные снаряды, и морская пехота только ожидалось прибытием с Мальты и Кипра (снаряды вез пароход “Хамбер”, так и не успевший к началу сражения).

Силы сторон

На рейде Александрии собрался цвет британского флота – ядро Средиземноморской эскадры:

батарейные броненосцы “Александра” (командир – коммодор Ч.В. Хотэм), “Султан” (коммодор У.Х. Хант-Груббе), “Саперб” (коммодор Т.Х. Уорд);

башенные “Инфлексибл” (коммодор Дж. Фишер) и “Монарх” (коммодор Х. Фейрфакс);

барбетно-казематный “Темерер” (коммодор Х.Ф. Никольсон).

Ожидался подход “Ахиллеса”, но он запаздывал.

В состав эскадры были включены шедший на Тихий океан броненосец II класса “Инвинсибл” (коммодор Х.М. Мулинэ) и оказавшийся в средиземноморских водах броненосный корвет “Пенелопа” под командованием коммодора д’Арси Ирвайна: два этих корабля оказались ценным приобретением благодаря их малой (точнее говоря, меньшей, чем у большинства броненосцев Royal Navy) осадке, позволявшей им действовать ближе к берегу, чем основное ядро эскадры.

При эскадре находились пять канонерских лодок и вооруженный пароход “Геликон”, использовавшийся в качестве посыльного судна. Тактико-технические характеристики этих кораблей приведены ниже:

Канонерская лодка “Бикон” (“Beacon” – “Маяк”) – год постройки 1868 г., водоизмещение 603 т, размерения 47,2 х 7,6 х 2,9 м, вооружение: 2-160 мм MLR, 2-20-фунтовые BLR. Скорость – 9,5 уз., экипаж – 80 человек. В бою при Александрии находилась под командованием командера Г. Харда.

Канонерская лодка “Биттерн” (“Bittern” – “Выпь”) – 1870 г. постройки, водоизмещение 805 т, размерения 51,8 х 8,8 х 3,2 м. Вооружение: 1-178 мм MLR, 2-127 мм BLR. Скорость – 10,2 уз., экипаж – 90