Дикий мед - Энн Мэйджер

Хани держала свою прелестную головку склоненной, даже когда всходила по лестнице и пела, так что он не мог разглядеть ее лица. Ему пришло в голову, не делает ли она это намеренно, пытаясь скрыть его.

На ней были зеленые прогулочные шорты и такого же цвета хлопчатобумажная рубашка с длинными рукавами. Огромные висячие серьги танцевали в ушах. Она казалась крупной сверху и полноватой в бедрах, но зато имела тонкую талию. Ноги великолепны.

— Прошу прощения, — пробурчал он с нарочитой суровостью. — Вы Хани? Новая управляющая у Нелл?

Она отпрыгнула, поперхнувшись на полуслове.

Посмотрела на него медленно, осторожно. Затем заразительная улыбка озарила ее лицо и показалась очень располагающей. Опять он почувствовал странное желание не вести себя официально, говорить с ней запросто.

Он должен был признать, что ее лицо вряд ли можно было назвать красивым. Просто живое и непосредственное, с выражением доброжелательности. И все же в ней была какая-то особенная красота.

Мягкость ее рта, бархатистость кожи он тоже заметил. Она нервно облизала губы, а у него при этом в пояснице что-то кольнуло.

Она подошла поближе, и он опять отметил, что у нее роскошное тело.

— Я вам задал вопрос! — настойчиво повторил он.

— Хани — это я. — Голос был мягким и немного дрожал, будто она чего-то боялась и не хотела выдать эту боязнь.

Он попытался придать голосу суровость.

— Тогда это ваша.., э-э.., машина, я полагаю?

— Вы имеете в виду «Бомбу»?

Наконец-то эта колымага точно названа.

— 'Вы знаете, что там нет парковки?

— Ой, ну наверное. — Она не смотрела на него. Вы получили мою записку?

Теперь она надела солнцезащитные очки и загадочно взглянула на него. На какую-то долю секунды ему показался странно знакомым этот поворот головы. Разрази его гром! Да ведь он ее где-то видел.

Он, конечно, вспомнил бы ее глаза, если бы видел их раньше. Они были так же прелестны, как и волосы. Зеленые радужки, длинные красивые ресницы.

Почему он вообразил ее в своей постели? Она его больше не боится, ногами оплела его тело, огнистые волосы щекочут его грудь, зеленые глаза сгорают от страсти, ее руки и губы послушны ему.

Поколебавшись, она шагнула на ступеньку, где стоял он. Она оказалась рядом, совсем близко. Оба испытали чувство комфортности. Ему пришлось напомнить себе, что он любит видеть в женщинах, помимо броскости, еще ум и опытность, что вряд ли его увлечет наивное, неискушенное создание, будто явившееся из эпохи шестидесятых годов.

— Я прошу меня простить, если закрыла вам проезд, — проговорила она несколько вызывающе.

Или, может, ему показалось?

Он вполне отдавал себе отчет в том, что исходящий от нее жасминовый аромат явно его провоцирует.

— Рада с вами познакомиться, мистер?..

— Камерон. — Хотя он процедил это сквозь зубы, особой злости в его голосе не было.

— Мне всегда приятно знакомиться с соседями.

— Я обычно избегаю таких знакомств.

— Обычно? — Она хихикнула, будто хотела несколько расслабиться, и протянула свою мягкую ручку.

Чем ближе к нему была ее рука, тем заметнее дрожала.

Камерон грубо проигнорировал предложенное рукопожатие, хотя внутренне противился своей суровости.

— Заводите машину, — ворчливо бросил он, намереваясь как можно скорее прервать никчемную встречу.

— Спешу, спешу. — Она игриво отсалютовала и легкой, чуть прыгающей походкой направилась к машине.

Никогда еще полные бедра не выглядели так аппетитно, как эти, обтянутые мальчишескими шортами.

Нет, он определенно видел ее где-то раньше.

Она обернулась. Пышные волосы на секунду взвились и вновь упали на шею, плечи. Она улыбнулась:

— Идете?

Она, кажется, обрела уверенность в себе. Ответа не ждала, сразу плюхнувшись в машину. Попыталась завести, но зажигание не работало.

Эпизод затягивался. Он поспешил за ней. Она все еще пыталась завести мотор, когда он резко открыл дверцу и пробормотал:

— Так вы батареи посадили.

— Может, вы попытаетесь? — спросила она, с готовностью отодвигаясь. Но не слишком далеко, так как и переднее сиденье было загромождено ящиками.

Когда он сел, их руки случайно соприкоснулись. Светлые ноготки, мягкая, нежная теплота.

— Вам надо нажать на газ. Легонько. Вот так, авторитетно сказал он.

— О-о… — Ее зеленые глаза были внимательны. Понимаю!

Повернув ключ, он нажал на педаль. Мотор фыркнул и заглох.

— Что-то неисправно.

— Видимо.

Он нажал кнопку запора, чтобы открыть капот, и вышел из машины. Немедленно заметил отошедший проводок зажигания.

— Сейчас должна завестись, — заметил он и с шумом закрыл капот.

— Спасибо большое. — Она достала из машины довольно тяжелый ящик и направилась к деревянной лестнице, ведущей к ее домику.

— Эй! — окликнул он, опять раздражаясь. — Вы что думаете? Я завел вашу колымагу, так поспешите отъехать. И оставьте этот чертов ящик. У меня совещание скоро.

Повинуясь, она отступила назад и в этот момент своим зеленым каблуком зацепилась за бордюрный камень. Ящик был довольно тяжелый, так что она потеряла равновесие и плюхнулась на газон. Ящик вырвался из рук. Его содержимое вывалилось и покатилось навстречу Джошуа. Не успел он отпрыгнуть, как, зацепившись за что-то, раскрылась банка с зеленой краской и, стремительно полетев дальше, ударила его по ноге.

— Ox! — Он вскрикнул от боли.

Она медленно приподнялась, он же проворно отпрыгнул от ручейка краски. Брюки из дорогой шерстяной ткани были испорчены.

— Ой, простите. — Оправившись от падения, она подбежала к нему.

Не обращая внимания на опрокинутую банку и запачканные брюки, он произнес:

— Вы всегда так неуклюжи?

Она склонилась возле него.

— Всегда — когда на меня кричат.

Ее мягкий, испуганный голос вызвал у него чувство неловкости и — к чему он совсем не привык чувство вины. Но не успел он опомниться, как она дотронулась до него. Ее пальцы нежно скользнули по брючине, проверяя, нет ли ушиба.

Эта ее близость и легкое прикосновение пальцев совсем вывели его из равновесия; дыхание стало прерывистым, пульс участился.

Джошуа схватил ее за руку.

— Эй, со мной все в порядке, — грубо оборвал он.

— Хорошо, что все в порядке. Я.., я куплю вам новый костюм…

— Сомневаюсь, что у вас хватит денег.

— Я…

— Забудем об этом! — произнес он на одном дыхании.

С изумлением и благодарностью она наблюдала, как, присев на корточки, он укладывал ящик.

Когда она подавала ему оставшуюся упаковку бумажных полотенец, их руки опять нечаянно соприкоснулись.

Скажи ей, чтобы отогнала машину. Выбрось ее из головы.