Закономерный финал - Анна Яворская

– Не вопрос. Подожду тебя на улице.

***

Обещанное синоптиками потепление наступило с запозданием в два дня. В субботу Адил носился по автомойке как угорелый, хвастаясь что скоро день рождения и ему исполнится четырнадцать лет.

– Я получу паспорт! И буду тыкать его всем придуркам, которые обзывают меня чуркой!

Амина, немолодая женщина-администратор, родом из Северной Осетии, лениво потянулась и вышла из-за администраторской стойки.

– Гражданин ты или не гражданин, для скинов наша мойка все равно не будет белой. – печально вздохнула она и потопала в туалет.

Толстый любитель шансона Сашка Воробьев по кличке Круг, выполз из комнаты отдыха в бокс на очередной перекур. Он был заспан и помят – дождь лил с ночи и останавливаться не собирался.

– Хоть бы на химчистку кто заехал. – зевнул Сашка почёсывая пузо. – В кармане голяк.

Макс дремал в комнатке для посетителей, ровно посапывая под приглушенные звуки телевизора. Ему мерещились горы золотых слитков и чемоданы денег. И Наташа, чьи волосы тоже были из чистого золота, призывно постанывала, запуская свою руку под платье: «Иди ко мне. Купи меня. Возьми меня прямо сейчас!»

– Эй! – Адил бесцеремонно растолкал приятеля и сунул ему в руку бутылку холодного пива. – Сашка зовёт бухать.

– А ты чего одет? – «Блин, на самом интересном». Макс сонно и с отвращением посмотрел на пиво, но отказываться не стал и жадно приложился к горлышку.

Адил сменил старые вещи, в которых обычно моет машины, на уличную одежду.

– Домой пойду, ловить тут нечего.

– Блин… Мы же нажремся, даже на Амину не посмотрим.

– Да ты вообще бухать начал! Когда только пришел сюда, казался таким славным. – Мальчик расстегнул куртку и плюхнулся в кресло, озабоченно рассматривая приятеля.

– А ты не подноси! Умничает он!

– А мне то что?  Я по возрасту везде на подхвате, взрослые бесятся когда начинаю с ними спорить. Но у тебя свои мозги должны быть. Почему ты начал пить?

– Хм… – Максим посмотрел на Адила, затем на пиво, затем на телевизор. Достал из-под дивана пепельницу и закурил.

– Ты чего! В клиентской нельзя курить! – возмутился мальчик, но Макс отмахнулся.

– Машин нет и вряд ли будут. Амина продрыхнет в администраторской до конца смены. Похуй. Знаешь… – Парень задумчиво затянулся и уставился в потолок. – Вот была у меня мечта – вырваться из своей маленькой забитой деревушки в большой город. Думал, ну нет образования, но я же с мозгами, пробьюсь! Когда приехал в Питер, почти сразу понял, что таких умников здесь вся Россия. Ладно, проехали. Был ещё шанс продать душу дьяволу и разбогатеть. Не сразу я к этому пришел. У нас бабка в деревне умерла, лет пять назад. Родных не было, и старую хату соседи по дровам растащили. Я тоже бегал, одним из первых. Ценностей не нашел, их там отродясь не водилось, зато у покойницы оказалось много книг. Я люблю читать, и стал эти книги себе перетаскивать. Никто не возражал, книги у нас народ не чествует. Короче, среди прочего, оказались там книги по магии. Разной, и черной и белой, и куча тетрадок, переписанных от руки красивым ровным почерком.

Я спрятал колдовские книги подальше от родительских глаз, и принялся их изучать. Потом практиковать пытался, долго пытался, не год и не два. Но, видимо, одних знаний недостаточно. Нет у меня дара. Тогда я и придумал пойти на крайность и продать дьяволу душу за мирские блага. Решил заняться этим в Питере, подальше от любопытных глаз. Боялся, что люди увидят перемены и догадаются… Наивный! Как видишь, никаких перемен… И пока я жил этой мечтой, у меня было будущее. Кто же спивается когда впереди такие перспективы?!

Но Наташка права. Я никто. И работать мне на этой, или какой другой автомойке, до скончания века. От таких мыслей рука сама к бутылке тянется…

Адил стащил с головы шапку и почесал голову.

– Ок. Не хотел я тебе раньше времени говорить. И не скажу. Только пообещай не спиться за месяц. Один месяц. Обещаешь?

– Что такого случится за месяц? – без особого интереса спросил Макс.

– Не скажу. Раньше времени нельзя говорить, а то не получится. Просто пообещай и всё!

– Ну хорошо. – Парень заулыбался. – За месяц ещё никто не спивался. Но бухать-то можно?

– Твоё дело. – без энтузиазма кивнул Адил. – Извини, что не приглашаю на днюху. Прабабушка Диляра живёт в Токсово у младшего сына, и мы едем отмечать туда. Она старенькая, и может статься так, что в последний раз её увижу. Так что, повеселимся по возвращению.

– Я даже придумал что тебе подарю. Но разумеется, раньше времени не говорят.

Мальчик кивнул, подставил ладошку для дружеского хлопка и вышел из клиентской.

«Как так случилось, – думал Максим распрощавшись с Адилбеком, – что из всех знакомств, которые я завел в Питере, этот четырнадцатилетний узбек оказался самым адекватным?»

***

Сны становились все тяжелее и извращенней. Наташа вылезала из неизвестно чьей пустой могилы, тянула к нему руки с веревкой и назойливо умаляла её взять. Верёвку. А иногда себя. Золотые волосы струились по плечам, извиваясь живыми пульсирующими локонами, тело было мокрым от дождя и потным, всё в могильной земле и казалось, дотронься до него, оно окажется холодным как труп.

– Возьми! – улыбалась Наташа золотыми зубами и глаза её тоже оказывались цвета червоного золота. – Возь-ми нааасссс…

А воздух увеличивал плотность, забивая лёгкие вязким содержимым. И когда дышать становилось совершенно невозможно, Наташа приникала к нему в отвратительно-ледяном поцелуе и чревовещала:

– Хорошенький! Какой хороооошенькийййй… Дышиииии мноооойййй…

***

– Ёханый бабай! – Макс проснулся от резкой боли в локте и понял, что свалился с кровати.

Потирая ушибленный локоть, и бормоча нескончаемые проклятия в адрес рыжеволосого монстра, парень шаркающей походкой подошел к холодильнику, достал оттуда опустошенную на треть двухлитровую баклагу с пивом, и жадно присосался к горлышку. Голова после вчерашнего гудела и отдавала болью по всей окружности. Еще и скула, в которую зарядил тощий кассир-алисоман, после того, как Макс заверил, что фронтмен «Алисы» давно исписался.

«Что же мы так нажрались?» – он обвел мутным взглядом всю комнату, желая удостовериться, что вчерашние собутыльники не остались на ночевую. Сам Максим финал посиделок помнил весьма туманно.

Повод для пьянки припомнился сразу – сегодня выходной. А то, что алисоману на роботу, его половые трудности.

– Ой ёп! – оказывается, с ними тусил и Сашка Круг. – Два дебила! Заколебали своими музыкальными разборками. – Было смешно наблюдать как поклонники разных музыкальных направлений, словно дети хвастающиеся игрушками, с воплями «А у меня! А у меня», совали друг-другу в рожи смартфоны с любимыми видеозаписями. В голове до сих пор эхом отдавалось: «А Наговицын… Нет, Цой это икона… Ты Петлюру слышал? Щас включу…» В конце концов, непримиримые в музыкальных предпочтениях противники, очень скоро сошлись на творчестве Сергея Шнурова, и самую пьяную часть вечера сопровождали песни группы «Ленинград».