Одинаковые. Том 2. Гимназисты - Сергей Насоновский

города будет, не далеко от Гатчины. А ребенка, нужно было удавить по-тихому, да в прорубь спустить на Неве. Там мы ужо не раз, выполняя поручения топили разных… Мы не хотели, но уже давно у графа Вельского на крючке сидим, вот и приходится делать, что просит.

В итоге, понять зачем графу нужна смерть дитя и, получается, свидетеля в лице Алены, мы понять не смогли. В тонкие материи личной жизни граф естественно своих «работников» не посвящал, давал лишь простые и понятные для сего племени задания. Из полезного, удалось вызнать адрес, где обитали бандиты, да место куда добытое прятали. Ухоронок было две и обе в доме за пустырем недалеко от Путиловского завода. В общем заслужил Ерофей легкую смерть, но так и не смог выторговать жизнь. Да и не собирался я, по правде говоря, оставлять его на белом свете.

Закидав тела бандитов ветками, свежим лапником, и присыпав сверху овраг снежном, мы направились в город. За собой, конечно, постарались замести следы. Но если несколько дней снега не будет, да кто-то поставит цель здесь пошукать, то с собаками точно найдут место преступлений ну и четыре замерзшие тушки. Но честно сильно сомневаюсь, что такое может быть.

Мы въехали в город, выпрыгнув в пятистах шагах от дома бандитов, а Кузьмич с Лехой направились пристроить кибитку. Да просто бросить ее решили с открытыми дверьми. Петербург этого времени кишит лихими людишками, долго она без пригляда не останется. А нам такое свидетельство связи с пропажей четырех человек, ну вообще не надобно. И с продажей заморачиваться тоже не стали.

Вдвоем с Никитой проникли во двор дома, где обитали убиенные. Это была небольшая избенка с одной комнатой, русской печкой, да хилым заборчиком по периметру.

— Что-то как-то убого… — подумал я, разглядывая жилье варнаков.

Пробраться в дом не составило труда, так как у Ерофея был изъят ключ от навесного замка, закрывающего входную дверь.

Тайники были найдены тоже быстро, а более скрупулёзное изучение пространства под светом керосиновой лампы, которую догадался прихватить с собой в лес Кузьмич, дало еще один тайник. По итогу нам достался мешок с драгоценностями фунта на три, пока копаться в них нет времени и желания, разберемся позже, также были бумажные ассигнации всего триста сорок рублей и двести рублей серебром. Из оружия была какая-то винтовка, не заинтересовавшая нас, да два револьвера Уэбли, вот их мы забрали вместе с огненным припасом.

Добрались до своей квартиры уже после полуночи, долго пришлось на пустынных улицах искать ночного извозчика. Эх можно было на кибитке доехать до дома, но решили перебдеть, чем недобдеть. Алена сидела встревоженная, но как только мы вошли стала суетиться и накрывать на стол, без требования отчета, за что ей спасибо.

— Золото, а не баба… — подумал я, накладывая полную ложку сметаны в тарелку со щами.

Ну что ж, часть проблемы мы решили, но сам граф никуда не делся, и выходит, что он не успокоится. Похоже придется и его навестить, подумал я, ухмыльнувшись недоброй улыбкой.

Глава 5

Вопрос с Вельским решили не откладывать в долгий ящик. Кто знает этого маразматика, что от него можно ждать. Думая день, два и он обнаружит пропажу посланных решить вопрос варнаков. И тогда может появиться вторая группа. Раз бандиты шли по конкретному адресу, значит и граф может быть в курсе. А узнали они место нахождения Алены с ребеночком через врача. Поняли, собаки, что девочка так или иначе попадется к оному из практикующих в столице врачу, вот и провели, так сказать, опрос. Ну и наш доктор выдал, что была такая пациентка. Надо ли за длинный язык наказывать эскулапа, я еще не решил, пока признаться не до него.

Проведя разведку дома семейства Вельских, Леха с Никитой приставили следить за трех беспризорников, за малую награду. Нам было нужно, чтобы те подали сигнал, когда граф соберётся выезжать в свое имение. И буквально через день один из мальчишек поставил крест на доме около булочной. Мы не хотели, чтобы даже беспризорники были в курсе нашей связи с аристократом. Потому как не понятно, чем для него закончиться такая встреча.

Около булочной наличие отметки контролировал дворник, который с желанием получить в награду полушку примчался к нам в квартиру, сообщить об сигнале. Мы быстро собрались, взяв с собой собранные заранее рюкзаки с необходимыми для дела вещами и оружием. Подоспели вовремя, так как именно подходя к дому графа увидели выезжающий из кованых ворот экипаж. Повезло, что в пятисот метрах от дома остановилась пролетка, из которой вышло два мужчины средних лет. Леха рванул к ней и нанял возничего. Здесь был один важный момент, который пришлось решать на ходу. Ведь возничий в свидетелях нам не нужен, но и причинять вред в принципе не имеющему отношения к делу человек, тоже не хотелось. Поэтому, надеясь, что граф отправился именно в свое имение, а не по другим делам, мы не стали просить ехать в след за его экипажем, а просто назвали адрес. Возница было хотел отказаться от дороги за город, но получив двойную от стандартной цены, перестал выделываться и погнал запряженных в пролетку лошадей.

В городе дорогу, чистили многочисленные дворники, а вот за городом снега намело прилично, и не совсем приспособленная для такого пути пролетка то и дело застревала в снегу. За время пути пришлось раза три вылезать и используя детский труд вытаскивать ее по направлению движения. Подъезжать к имению непосредственно мы не стали, а вылезли на дороге примерно за две версты до него. И дождавшись, когда пролётка скроется из вида пошли по дороге в нужном нам направлении.

Загородное имение Вельского занимало гектар пять площади, дорога, которая вела в него петляла между деревьями, посаженными аккуратными рядами. Летом здесь должно быть красиво, — подумал я.

Слишком близко подходить мы не стали, а как только смогли разглядеть усадьбу, представляющую из себя большой одноэтажный дом на пригорке, окруженный садом из каких-то плодовых деревьев, сейчас лишенных листвы и плодов соответственно, мы углубились в лесопосадку. И укрывшись от чужих взглядов за елями, стали готовиться к операции «Ы».

— А почему «Ы»? — спросил Никита.

— А чтобы никто не догадался! — почти шепотом ответил Леха.

И мы дружно рассмеялись, правда беззвучно.

— Вот опять слишком редко говорю межу собой… Спалят тебя Штирлиц, спалят, — подумал я и улыбнулся сразу во все девяносто