Ветеран особого подразделения - Валерий Рощин

УАЗ повернул за ними; противный металлический голос из встроенного мегафона оглушил тихие кварталы приказом остановиться. В ответ десяток собак разразились истошным лаем…

Серебров и Супрун бежали прочь, уже не таясь. Бежали, не зная, куда ведет проулок и что ждет впереди.

А впереди очень скоро появился еще один ментовоз — белая «пятерка» с красно-синими мигалками на крыше. Между ней и беглецами оставалось метров двести, и это небольшое пространство включало в себя очередное пересечение с таким же проулком. Но успеют ли они добежать? А если успеют, то оторвутся ли от двух машин?

— Давай через забор! — предложил Аркадий. — А там по участкам — на соседнюю улицу.

Обширные земельные участки в станице закрывали от посторонних глаз в основном приличные по высоте и крепости кирпичные заборы, а тот, на который указал Серебров, был ветхим деревянным штакетником.

Мужчины легко перемахнули через несерьезную преграду. Илья пнул заливавшуюся злобой мелкую псину, и пустился вслед за товарищем к противоположной стороне участка.

— Суки… Сейчас свяжутся по радио с остальными и обложат нас здесь, как волков флажками!.. — мешая слова с тяжелым дыханием, сетовал майор.

— Да… неслабо мы попали… — ворчал в ответ подрывник, — мало того, что в собственной машине чуть не сгорели, так еще и в террористы запишут!

Выбравшись на соседнюю улочку, они повторили успешный маневр — перелезли через очередной забор и вновь пересекли два граничащих меж собой участка. Потом побежали вправо, выдерживая общее направление на север — к шоссе на окраине станицы…

Этот проулок был пуст. Забрезжила надежда: неужели оторвались?

Однако надежда на благой исход тлела лишь до второго перекрестка. Слева к нему на всех парах топали четверо вооруженных автоматами милиционеров, справа прыгала на ухабах уже знакомая белая «пятерка». А навстречу внезапно вывернула темная иномарка с тонированными стеклами, также вероятно, задействованная в облаве.

Не сговариваясь, приятели повернули назад.

Кто-то из ментов прокричал «Стоять!» и дал вверх короткую очередь. Округа потонула в собачьем лае; сотни голубей, захлопав крыльями, взмыли в небо.

Спецназовцы наверняка успели бы воспользоваться опробованным приемом: сигануть через забор и хотя бы на короткое время затеряться средь садовых участков. Но иномарка вдруг резво прибавила скорость — прокрутив шинами по грунту, подняла клубы пыли и, поравнявшись через несколько секунд с беглецами, тормознула. Задняя левая дверца распахнулась, а сидевший за рулем мужчина крикнул:

— Садитесь! Быстрее садитесь!!

Размышлять было некогда, а выбирать было не из чего. Оба плюхнулись на заднее сиденье, и авто понеслось вдоль бесконечных и разномастных заборов, лихо вписываясь в крутые повороты и неся их в нужном направлении — к шоссе. Кажется, водитель не походил на офицера милиции, и сдавать властям беглецов не собирался. Толком разглядеть его из-за высокого подголовника не получалось. Серебров видел лишь синюю бейсболку, край аккуратной черной бородки, да затемненные стекла солнцезащитных очков…

«Ладно, господи… какая нам разница — кто он и откуда?.. — облегченно вздохнул Аркадий, когда иномарка вылетела за пределы станицы, а впереди показалась спасительная трасса. — Наша «доблестная и честная» милиция сама виновата в том, что в стране ее не уважают, и не прочь оказать помощь тем, кого она преследует. Ничего удивительного…»

Водитель хранил молчание, а у выезда на шоссе вопреки ожиданию не остановился и не поинтересовался, куда подбросить подвернувшихся пассажиров. Он уверенно повернул вправо и машина, набирая бешеную скорость, помчалась к Краснодару.

— Шеф, спасибо тебе большущее, — положил майор руку на плечо мужчины, — но нам в другую сторону. Притормози здесь, пожалуйста…

Не сбрасывая скорости, тот снял бейсболку и очки, отклеил от лица бороду. И обернувшись, усмехнулся:

— Нет уж, Аркадий, извини! Нам теперь с тобой долго ехать в одном направлении.

Часть вторая Большая стирка

Пролог

Чечня. Итум-Калинский район

Август 2001 г

Командир опустил бинокль и задумчиво сказал:

— Сейчас вернутся гонцы и сделаем так: каждый берет по волонтеру и следует до своей позиции. Палыч остается в этой избушке без крыши — обзор здесь отличный, сектор обстрела удобный. Илья возвращается по балочке наверх, Борька занимает позицию метров на тридцать ниже развалин, Юрка спускается до реки и пойдет к селу с юга, я обхожу с востока. Начинаем по моей команде. Вопросы имеются?

— Когда зарплату повысят? — улыбнулся кто-то из приятелей, давая понять, что яснее задачи не бывает.

— Вопрос не по окладу, — посмотрел майор на часы и качнул головой — посланные вниз по лощинке Савельев с Кузьминым задерживались.

Рука его потянулась к плечевому карману, из которого торчал короткий огрызок антенны портативной радиостанции…

И вдруг внизу у реки раздался хлопок. Раскатистое эхо, отражаясь от противоположного склона, многократно повторило резкий звук.

Бойцы, не сговариваясь, бросились к пролому в южной стене; застыли, узрев поднимавшийся от зарослей дым.

Тишину распорол треск двух коротких очередей. Стреляли там же, внизу. И опять над ущельем повисло безмолвие. Тяжкое, давящее и зловещее безмолвие…

Взрыв и стрельба внизу у реки стали неприятным сюрпризом, однако катастрофы в этом бойцы спецгруппы не видели. Ну, нарвались волонтеры Савельев с Кузьминым на дозор, а, может быть, и на всех оставшихся боевиков из банды Чилаева — что ж, иногда и не такое случается в их работе.

Всматриваясь в заросли и слушая тишину, майор с полминуты гонял желваки на скулах. Послать половину группы вниз? Или же спуститься по балке всем?.. Но засевшие там «духи» именно этого и ждут. И встретят «с оркестром» — сомнений быть не может. Они не дураки, воевать умеют и отлично понимают: появление в здешней глухомани российского спецназа не связано с масштабной войсковой операцией, иначе бы в небе кружили «крокодилы», по дороге на вершине хребта пылила бы тяжелая техника, а вниз по склону лавиной стекала бы пехота. Спецназ же в составе небольших групп, как правило, используется точечно. Все эти тонкости они давно знают…

— Ну что, Аркадий? — зашептал над ухом Супрун. — Действуем по плану?..

— Погоди, — мрачно откликнулся тот и, нажав клавишу на рации, позвал: — Сава, что там у тебя? Сава, ответь, Сербу!

Савельев с Кузьминым молчали.

— А слабо вернуться по лощинке наверх, и спуститься опять к реке восточнее села? — предложил Юрка Белый.

Серебров вновь поднял бинокль, посмотрел в указанном направлении. Задумчиво спросил, продолжая мысль капитана:

— И подойти к тем зарослям бережком?

— Ну да! А то здесь и до вечера можно проторчать.

— А если свалим отсюда — до ночи придется бегать по трещинам, — резонно возразил Куценко.

Да, сюрприз не стал катастрофой, но головной боли командиру добавил. Он сунул рацию в карман; ладонь непроизвольно зашарила по одежде в поисках сигарет… Потом поправила разгрузочный жилет и снова обосновалась на рукоятке автомата — курить не хотелось. Необходимо было срочно принимать решение.

Оно уже созрело и оставалось его озвучить. Троих он собирался оставить в развалинах для удержания этой выгодной позиции, с которой отлично простреливался весь склон за исключением низин и заросших кустами балок. А пятеро других, согласно предложению Юрки, обойдут село с востока и подберутся к проклятым зарослям вдоль реки. Конечно, времени группа потеряет много, но другого выхода не было.

Аркадий открыл было рот, но неожиданно подал голос не принимавший участия в обсуждения плана прапорщик Матвеев. Не отрываясь от оптики прицела, он объявил:

— Внимание, граждане! К нам гости. Вижу троих…

«Гостей» глазастый снайпер узрел на приличном расстоянии.

— Ниже, командир. Бери ниже — аккурат посередке: промеж развалинами и бережком. Деревце высокое за ориентир возьми.

— Деревце вижу…

— А правее него залысина без единого кустика. Усек?

— Ну…

— Теперь возьми метров на пятьдесят ближе к нам и ищи. Где кусты пониже, там их головы и мелькают. Видишь?..

Вооружившись биноклем и слушая подсказки Палыча, майор, наконец, заметил движение вдоль лощинки.

— Слушай, их больше, — озадаченно проговорил командир. — Тех, что ты приметил — лидеры. А за ними идет основная группа.

Прапорщик поводил стволом винтовки…

И удивленно присвистнул:

— Ни хрена себе — остатки банды!

— Чего там, мужики? — обернулся от пролома в соседней стене Супрун.

— Да так, Илюха… Одна новость «приятней» другой, — вздохнул Серебров. — То ли в разведку у нас стали набирать дебилов, то ли «духи» размножаются почкованием.