(не)любимая жена императора - Ксюша Канарская

снимать не будет. В одной блузе как-то слишком беззащитно себя чувствуешь.

Мужчина, видимо, решил дать ей фору. Она уже плыла, а он всё ещё стоял на мостике. А потом поднял руки, оттолкнулся, и вода сомкнулась над его телом.

Он бы точно её догнал, но капитуляция в её планы не входила.

Лера пошла на хитрость. О запрете магии речи же не было? Значит, позволено. Помогла себе немножко — буквально чуточку нагнала волны.

Он был просто невероятно обескуражен своим проигрышем.

Так забавно было наблюдать за его лицом. Лера едва не рассмеялась: удивлять мужчин оказалось приятно.

— Как?

— Наверное, дело в том, что ты слишком самоуверен. Нет?

— Значит, я опять не узнаю, кто ты? — произнес с досадой, почесывая затылок.

Улыбнулась.

— Получается, так, — промурлыкала она, играя голосом, как кошка клубком.

Его прыжка Лера не ожидала — иначе помогла бы себе магией. Но когда её обхватили сильные руки и прижали к мощному телу, напрочь забыла обо всём.

Ладони прошлись по спине, задержались на талии, а потом сжали ягодицы, прижимая её ещё теснее к… к этому? Она правильно поняла, что там упирается ей чуть пониже живота? Оно?

Её охватила внезапная паника — дыхание сбилось, руки забились в слабых попытках освободиться.

— Эй, тише, ты что?

Но его слова не успокоили. Лера хотела вырваться и сбежать слишком сильно. Поэтому вдвойне неожиданно было, когда он, обхватив ее за талию, силой погрузил в воду с головой.

Вода попала в рот. Стало по-настоящему страшно. А если он ее сейчас утопит?

И тут он вытащил её из воды, держа на вытянутых руках подальше от себя. Видимо, чтоб не пришибла. А ей очень хотелось.

— Ну что, успокоилась?

— Ты! Ты зачем это сделал? — отфыркиваясь, спросила она.

— Догадайся. Пошли уже на берег, грозная соблазнительница. — В его голосе звучала насмешка.

На суше произошёл новый всплеск эмоций, стоило ей выйти в мокрой блузе. Его глаза снова потемнели, кадык судорожно дёрнулся, он выругался сквозь зубы.

Надо как-то успокоить его. Не хотелось, чтобы их общение на этом закончилось.

— Лера.

Он замер.

— Что?

— Меня зовут Лера. А тебя?

— Эйн, — на лёгкую заминку она внимания не обратила.

— Приятно познакомиться. Так ты придёшь завтра? — Лера вдруг поняла, что ей нужно срочно уезжать — в его глазах слишком много огня, он обжигает даже на расстоянии. Она двинулась к Грому. Переоденется потом.

— А стоит? — он тоже начал приближаться, медленно, словно догадываясь о её намерении. Сейчас этот хищник точно её поймает.

Один рывок — и она уже в седле. Пятки в бока, и Гром уносит её прочь от опасности.

Она испугалась. По-настоящему. И на следующий день просто не пошла. Провалялась весь день в комнате, ничего не делая и вспоминая свои опасные, но яркие эмоции.

Вечером пришла тётя. Хотела узнать, как продвигается дело с «избавлением от сентиментальности».

— Ты не выбрала никого из тех солдат. В чём дело? Передумала?

Лера покачала головой. Надо бы оправдаться. Но говорить об Эйне совершенно не хотелось. Вдруг тётя решит, что он не подходит.

— Нет, тётя. Мне приглянулся другой.

— Кто?

— Никлас на воротах, — соврала без раздумий. Тем более, что Никлас и правда привлекал ее взгляд несколько раз.

— А-а-а, да у тебя губа не дура. И что?

— Мне нужно время, сами понимаете. До конца недели.

— Хорошо. Тогда я поверю, что ты действительно серьёзно настроена. — Герцогиня гордо выпрямилась, напоследок пронзила её требовательным взглядом и удалилась.

Пришлось снова ехать к реке. Как ни крути, но если и лишаться невинности — то лучше с Эйном. И он, кажется, не против. По крайней мере, если судить по его взглядам и реакциям.

Остаётся надеяться, что он придёт.

А вдруг нет? Она будет корить себя до конца жизни.

На берегу никого не было. Она тяжело вздохнула, сползла с Грома и села на траву.

Так разбиваются надежды. Сложила локти на колени и уткнулась в них лицом, едва не заплакав.

Теперь придётся делать это с Никласом. Фу.

— Ты не за этим вернулась? — раздался рядом знакомый голос.

Она подняла голову. Эйн. Стоит, улыбается.

Высокий, стройный и безумно обаятельный. В руках по паре обуви. Она обе забыла здесь.

— Угу. — А у самой глупая улыбка до ушей.

— Что ж ты теряешь такую хорошую обувь, а, леди Лера? — его улыбка буквально сводила с ума.

Ой-ой. Как догадался, что она леди? По обуви?

— А давай без леди?

Он прищурился. Творец! Как у него это получается? Её сердечко поскакало в галопе. От радости Лера совсем забыла, что главная цель — вовсе не потеря невинности, а искоренение мечтательности.

— А давай, — согласился Эйн и махнул рукой.

Он подошёл ближе, протянул ладонь, помогая встать, и обнял. Сегодня она снова натянула корсет, испугавшись чересчур страстных реакций мужчины в прошлый раз.

Он провёл руками по её талии, чувствуя плотную ткань, и ухмыльнулся.

Взял её за подбородок, подняв к себе ее лицо. Его глаза опустились к её губам, а потом он наклонился и легко коснулся их. Лера вздрогнула — её пронзила искра, будто ток.

Он выдохнул, и его тёплое дыхание коснулось её щеки. Хотелось ещё. И побольше.

Эйн обхватил её голову обеими руками и притянул к себе. Поцелуй стал глубже.

Что он творит с её губами!

Он ласкал их, прикусывал, гладил языком, а потом проник внутрь — и её накрыла волна необузданного возбуждения.

— Если испугаешься — просто скажи. Ещё не поздно остановиться. — Его голос стал низким и хриплым.

Она боялась, но останавливаться не хотела.

— А можно не торопиться? Мы ведь почти не знакомы. Я слишком много прошу, да?

Он тяжело вздохнул. Было слышно, как он выпустил воздух и снова шумно вдохнул.

— Нет, милая, не много. Как скажешь. Не торопиться — так не торопиться.

Эйн сдержал слово. А Лера — своё. Данное леди Эллиноре. Уже к концу недели она позволила ему гораздо, гораздо больше…

Лера играет с магией

Эйнир ждет Леру у реки

Глава 9

Оставшееся до отъезда время Аллерия была настолько занята, что думать об Эйнире просто стало некогда. И хорошо.

Каждое утро до обеда ей изготавливали новый гардероб —