Легенда преступного мира - Николай Иванович Леонов

квартиры у пенсионеров. Всего за полгода мошенники сделали бомжами восемь человек. Полиция шайку задержала, состоялся суд, все получили сроки. Однако реальный организатор этой аферы – Павел Брухашко, который менее года назад вышел из заключения, где отбывал срок за аналогичные проделки, каким-то невероятным образом смог отвертеться и прошел по суду лишь свидетелем. Хотя – это было видно даже невооруженным взглядом! – он и в этот раз был главным в шайке аферистов. Завершая публикацию, ее автор попенял суду и следствию, которые почему-то «не заметили» решающей роли в преступлении Паши Тротила…

– Ага! Вот тебе и реальный факт: журналист дал информацию о Тротиле, а тот затаил зло и при первой же возможности с ним рассчитался. – Стас громко постучал пальцем по крышке стола. – Ну что, будем брать обоих – и Браунинга и Тротила? – Он сидел напружинившись, словно готов был вскочить с места и, выхватив пистолет, куда-то бежать и кого-то задерживать.

Но Гуров его эмоций не разделял. Все так же, с оттенком иронии, он поинтересовался:

– И что мы им предъявим? В чем уличим? Гарантирую, что у них обоих уже имеется подкрепленное свидетелями железное алиби. Даже если мы доведем дело до суда, его там развалят тот же Гугва или Рубник. Нет, мы будем тупо копать, копать и копать, укрепляя доказательную базу. И лишь когда у нас на руках будут железные факты виновности в преступлении Браунинга и Тротила, мы их задержим.

Его последние слова заглушила требовательная трель телефона внутренней связи.

– О! – обрадовался Станислав. – Похоже, Валера еще чего-то накопал!

– Это не Жаворонков, это – Петр, – как будто скучая, обронил Лев и поднял трубку.

Звонил и в самом деле Орлов.

– Ну, как там дела? Подвижки уже есть?

– Есть, есть! – громко сообщил Крячко.

– Что, и в самом деле есть? – с осторожной радостью уточнил Петр.

– Есть лишь условно подозреваемые! – суховато пояснил Лев, с укоризной взглянув на Стаса.

– Хм-м-м… Ну-ка оба ко мне! Сейчас вместе разберемся, что у вас там есть и чего у вас нет, – строго распорядился Орлов.

…Доклад Гурова о Браунинге и Тротиле генерал выслушал очень внимательно. Выслушал и пламенный спич Стаса о необходимости спешных, решительных действий. Поразмыслив, Петр резюмировал:

– В общем, так… Поскольку других подозреваемых на данный момент нет, этих двоих взять в разработку. Но не тянуть, а отработать их максимум за пару дней. Мне сегодня уже дважды звонили. И из министерства, и из какого-то фонда защиты журналистов. Достали уже!

…Выйдя в коридор, приятели быстро определились со своими дальнейшими действиями. Тротила пока решили не трогать, а вот Браунинга – хорошенько прощупать. Эту миссию Стас решительно взял на себя.

– Лева, давай, я им займусь? – предложил он. – Сейчас тряхну его старых знакомых, выясню, где он прячется, и вытрясу из него «чистуху». А ты доработай «досье». Вдруг Токарнов еще что-то писал про Тротила? А завтра с утра займемся этим хреновым «риелтором». Оʼкей?

– Да, хок-кей, хок-кей… – отмахнулся Гуров. – Дерзай! Премия имени Шерлока Холмса тебя уже ждет в Лондоне на Бейкер-стрит.

Удивленно похлопав глазами, Крячко осторожно поинтересовался:

– А разве такая премия есть? Что-то ни разу о ней не слышал…

– Я тоже не слышал. Но, думаю, что-то похожее персонально для тебя придумают. – Лев хлопнул приятеля ладонью по плечу и зашел в кабинет.

– Х-ха! – саркастично произнес Станислав, направляясь к выходу.

Сев за свой стол, Гуров стукнул пальцем по клавише «энтер» и, положив руку на мышку, продолжил просмотр материалов Токарнова за текущий год. Как явствовало из тематики публикаций, диапазон его профессиональных интересов был весьма широк. Помимо изобличения откровенных уголовников, маскирующихся под цивилизованных предпринимателей, помимо жуликов и хапуг полукриминального пошиба, орудующих в сфере теневой экономики, Дмитрий уделял внимание и чиновникам, управленцам как криминально-легального, так и легально-криминального характера.

Читая криминальный очерк о некоем Хриттусе, заме главы одной из столичных управ, который, что называется, «потеряв берега», хапал деньги и из казны, и в форме взяток (минимальное «подношение» равнялось полумиллиону рублей), Лев не мог не прийти к выводу: а ведь этот чинуша тоже мог бы нанять киллера. Токарнов его, можно сказать, «размазал по асфальту», что наверняка не могло не разъярить героя публикации.

Не менее острой была статья и о некоем паевом инвестиционном фонде «Блистательный мир», который, судя по характеру его деятельности, имел все признаки финансовой пирамиды. Его создала бывшая адвокатесса, некая Жанна Альеми. Вкратце коснувшись былой, адвокатской, деятельности этой мадам, Дмитрий, приводя реальные факты, дал неприглядный портрет запредельно меркантильной и морально нечистоплотной особы, готовой ради денег пойти на любую подлость, на любое преступление. И вот теперь экс-адвокатесса создала ПИФ, который работал по шаблонам печально известного «МММ». Людям обещали громадную прибыль за сделанные ими вклады, но на самом деле это было вульгарной финансовой аферой все того же мавродистского пошиба.

Далее, в более поздних номерах «Кримин-лайфа», Гуров нашел послесловие к очерку об Альеми. В нем Токарнов сообщил читателям, что следственные органы и прокуратура обратили внимание на деятельность «Блистательного мира», которая судебным решением была приостановлена. В отношении Жанны Альеми и ее подельников началось следствие, которое запросто может вылиться в судебное дело. Следовало думать, экс-адвокатесса, которая некогда отмазывала крупных уголовников от ответственности, за что и была лишена адвокатской лицензии, тоже едва ли могла испытывать признательность к своему разоблачителю.

Льву эта фамилия была знакома. О Жанне Альеми он слышал еще лет десять назад. Уже тогда она слыла «еще той штучкой» в плане тесных связей с крупным, организованным криминалом. Славилась еще и использованием в своей работе самых грязных и недостойных методов, в частности шантажа и подкупа свидетелей, а также организации в отношении их всевозможных провокаций.

«Надо бы к этой Жанне присмотреться как следует. Очень даже непростая особа!..» – мысленно отметил Гуров.

Хлопнула дверь, и в кабинет ворвался чем-то взвинченный Станислав Крячко. Оглядевшись, он передернул плечами.

– Что-то холодновато у нас! – поморщился Стас.

Взглянув на приятеля, Лев невозмутимо произнес:

– Как сказал один юморист, если тебе холодно – встань в угол. Там всегда строго девяносто градусов.

Крячко громко фыркнул – острота пришлась ему по душе.

– Прикольно! – оценил он, вскинув большой палец. – Ну что… Нашел я Браунинга. Только, Лева, нам он ничего уже не скажет.

Разведя руками, Стас издал громкое «пф-ф-ф-ф!».

– М-м-м! Надо понимать, он умер или его убили? – испытав мимолетную досаду, уточнил Гуров.

– Этот вопрос пока не выяснен. Он сейчас в морге, и им там занимаются патологоанатомы… О-хо-хо-о-о! – Крячко плюхнулся на свой стул. – Как говорится: что такое «не везет» и как с ним бороться?

– Занятно! – Лев поднялся со своего места и прошелся по кабинету. – Нет, ну ты глянь, как все